Мать смотрела на неё теперь уже не на источник.

— Что ты собираешься сказать?

Дочь опустила глаза.

— Я не хочу выходить за Корвина.

Я не знала, кто такой Корвин. По лицу родителей стало понятно, что знать мне и не требуется. Господин Арвен покраснел.

— Что?

— Я не хочу этого брака.

— Ты сама согласилась.

— Потому что обещала.

— Именно. Обещала.

На воде снова проступил разорванный круг. Теперь его увидели все. Госпожа Арвен закрыла глаза.

— Только не здесь.

— А где? — спросила дочь. — Дома я каждый раз пытаюсь сказать, а вы начинаете обсуждать дату свадьбы.

— Мы обсуждаем потому, что всё решено!

— Вами.

— И тобой.

— Я сказала «да», потому что вы были счастливы.

Господин Арвен ударил ладонью по каменному борту.

— Хватит.

Голос разнёсся по помещению. Вода дрогнула. Я вспомнила рассказы Нисы. Ссорились родственники. Рушились помолвки. Люди уезжали ночью. Вот оно. Не абстрактное проклятие. Место просто вытаскивало наружу то, что семьи годами умели прятать за хорошими манерами. Если сейчас позволить разговору продолжиться здесь, утром Арвены действительно уедут. И история о том, как проклятый курорт разрушил очередную помолвку, вернётся в столицу раньше них. Я подошла ближе.

— Господин Арвен.

Он повернулся ко мне.

— Простите, это семейное дело.

— Именно поэтому предлагаю продолжить его в доме.

— Источник заставил её...

— Источник не заставлял вашу дочь говорить.

Все посмотрели на меня. Я продолжила прежде, чем успела решить, насколько разумно вмешиваюсь.

— Он показал знак. Значение этого знака мы знаем только из старой легенды. Ваша дочь сама решила объяснить, что её тревожит.

— Вы защищаете её?

— Я защищаю свой курорт от обвинения в том, что он принимает решения за людей.

Дочь неожиданно сказала:

— Она права.

Госпожа Арвен посмотрела на неё. Девушка выпрямилась.

— Я собиралась отказаться ещё до поездки.

Вот теперь это меняло всё.

— Тогда тем более, — сказала я, — источник ничего не создал. Он оказался плохим местом для тайны.

Брина кашлянула.

— Очень плохим.

Тейр бросил на неё взгляд.

— Не помогаете.

— Я и не пыталась.

Господин Арвен провёл ладонью по лицу. Злость в нём оставалась, но первый всплеск прошёл.

— В дом, — сказал он дочери. — Сейчас.

Она кивнула. Госпожа Арвен направилась следом. У двери остановилась и посмотрела на меня.

— Вы знали, что это может произойти?

— Нет.

Это была чистая правда.

— А Брина?

Старая женщина ответила сама:

— Я знала легенду. Если бы знала, кого именно она касается, закрыла бы источник ещё утром.

Госпожа Арвен задержала на ней взгляд. Потом ушла. Мы остались втроём. Я опустилась на скамью.

— Вот вам и первый день.

Тейр стоял у бассейна и смотрел на уже спокойную воду.

— Могло быть хуже.

Я подняла голову.

— Каким образом?

— Здание не рухнуло.

— Невероятно обнадёживает.

Брина присела рядом.

— Раньше из-за таких вещей гости и боялись сюда ездить.

— Теперь понимаю.

— Не совсем.

— Что ещё?

Она указала на воду.

— Источники не всегда показывали знак. Иногда человек просто начинал говорить.

— То есть всё ещё лучше, чем могло быть.

— Я же сказала.

Мы с Тейром одновременно посмотрели на неё. Брина поднялась.

— Пойду проверю, не собирают ли Арвены багаж.

— Очень смешно.

— Я не шутила.

Она ушла. Я осталась рядом с Тейром.

— Вы закрываете курорт?

Он повернулся.

— Почему?

— Магическая реакция, конфликт гостей, неизвестное свойство.

— Я запрещал использование Первого источника. Северная купальня считалась стабильной. Реакция не была опасной физически.

— Но?

— Но теперь я включу её в отдельное наблюдение.

— Гости смогут пользоваться?

— До утра — нет.

Я кивнула.

— Разумно.

— Вы опять согласились.

— Не привыкайте.

Тейр сел на противоположную скамью. Несколько секунд мы слушали воду.

— Вы хорошо справились, — сказал он.

— С чем?

— С Арвенами.

— Они могут собирать вещи прямо сейчас.

— Возможно.

— Тогда определение «хорошо» у нас разное.

— Вы не стали отрицать очевидное, не обвинили девушку, не обвинили родителей и не использовали ситуацию, чтобы рекламировать магическую уникальность курорта.

Я повернулась к нему.

— А кто-нибудь сделал бы последнее?

— Вы удивитесь.

— Уже не хочу.

Он улыбнулся.

— Вы дали им возможность решить проблему самим.

— Это их семья.

— Большинство людей любят вмешиваться именно поэтому.

Я посмотрела на воду.

— Я слишком недавно вышла из комнаты, где другие люди прекрасно знали, как мне следует жить. Не хочу быстро превращаться в одного из них.

Тейр замолчал. Когда я посмотрела на него, выражение лица было серьёзным.

— Это из-за развода?

— Отчасти.

— И всё-таки вы не ненавидите Ориана.

Вопрос удивил.

— С чего вы взяли?

— Вы говорите о нём без ненависти.

Я подумала.

— Это тело помнит его слишком хорошо, чтобы всё было просто.

Фраза вырвалась раньше, чем я успела остановиться. Тейр нахмурился.

— Тело?

Опасность вернулась мгновенно.

— Привычка, — сказала я. — Восемь лет брака остаются не только в голове. Человек привыкает к голосу, шагам, присутствию.

Он некоторое время смотрел на меня.

— Понимаю.

Я не была уверена, что понимает. Но больше он не спрашивал.

— А вы? — сказала я.

— Что я?

— Серебряная вода отреагировала и на вас.

— Мы снова об этом?

— Я предупреждала, что для меня вопрос только начался.

— У вас семья гостей едва не распалась час назад.

— Поэтому мне особенно интересно понимать правила места, которым я владею.

Тейр поднялся.

— Не сегодня.

— Значит, есть что рассказывать.

— Спокойной ночи, госпожа Тирс.

— Это почти признание.

— Это пожелание спокойной ночи.

Он ушёл. Я смотрела ему вслед и думала, что человек, который так хорошо умел задавать неприятные вопросы другим, удивительно не любил отвечать на собственные. До полуночи Арвены не уехали. Уже достижение. Утром я проснулась раньше Нисы. Первым делом подошла к окну. Два экипажа стояли во дворе. Не запряжённые. Багаж не выносили. Я позволила себе облегчённо выдохнуть. Внизу Брина уже распоряжалась завтраком.

— Живы? — спросила она.

— Пока да.

— Арвены тоже.

— Вижу.

— Госпожа Арвен попросила поговорить с вами после завтрака.

— Это звучит опаснее источника.

— Возможно.

Я встретила её на террасе возле гостевого дома. Она сидела одна. Ночью, судя по лицу, спала мало.

— Госпожа Тирс.

— Доброе утро.

— Садитесь.

Я села напротив. Она некоторое время смотрела на долину.

— Мы должны были уехать.

— Я бы поняла.

— Муж хотел.

— Тоже понимаю.

— Дочь отказалась.

Я ничего не сказала.

— Она сказала, что если мы уедем только потому, что здесь наконец произнесла то, что боялась произнести дома, то всю жизнь будет считать, что мы убежали от разговора.

— Похоже, у вас умная дочь.

Госпожа Арвен усмехнулась.

— Вчера мне это качество нравилось меньше.

— Обычно так и бывает.

Она повернулась ко мне.

— Вы действительно не знали о свойствах источника?

— Знала только легенды, которые услышала уже после приезда. Точной реакции на вашу дочь никто не ожидал.

— А свою странную воду?

Значит, Тейр или Брина рассказали? По её взгляду поняла: скорее всего, Брина. Хотя могла и сама заметить разговоры.

— Первый источник реагировал на меня иначе. Мы пока не понимаем почему.

— Курорт действительно проклят?

Вот вопрос, от ответа на который могла зависеть первая настоящая репутация места.