"Антон, ты можешь сегодня прийти пораньше? Я хочу поговорить с тобой."

Ответ пришёл через минуту:

"Конечно, Кирюш. Я приду. Я тоже хочу поговорить. У меня есть что тебе сказать."

Я замерла. У него есть что мне сказать. Что? Он хочет признаться в чём-то? Он хочет сказать, что уходит? Я снова начала паниковать.

Но потом я взяла себя в руки. Я решила, что не буду гадать. Я просто подожду. Пока он не придёт.

Вечером, когда дети уснули, мы сели на кухне. Антон выглядел серьёзным. Он взял мою руку и сказал:

— Кира, я хочу кое-что тебе сказать.

— Что? — спросила я, чувствуя, как сердце колотится.

— Я хочу... — он замялся. — Я хочу попросить тебя о помощи. О настоящей помощи.

— Какой?

— Я хочу, чтобы ты работала со мной. В клинике. Как администратор или маркетолог. Ты же умеешь это делать. Ты же блогер. Ты умеешь привлекать людей. Я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Чтобы мы были командой.

Я смотрела на него с открытым ртом. Он предлагал мне работу. Работу в его клинике. Он хотел, чтобы я была рядом. Не чтобы уйти, а чтобы быть вместе.

— Антон, — сказала я, — ты серьёзно?

— Серьёзно, — сказал он. — Я устал быть без тебя. Я хочу, чтобы мы работали вместе. Чтобы мы проводили больше времени вместе. Чтобы ты перестала ревновать, потому что будешь видеть всё своими глазами. И чтобы моя жизнь стала твоей жизнью.

Я заплакала. Но не от обиды. От счастья. Он хотел быть со мной. Он хотел разделить со мной свою жизнь. Свою работу. Своих пациентов. Даже своих пауков-птицеедов.

— Я согласна, — сказала я. — Я согласна на всё.

— Но есть одно условие, — сказал он.

— Какое?

— Ты должна перестать слушать Галку, — улыбнулся он.

— Я постараюсь, — сказала я.

— И ты должна перестать читать мои переписки.

— Я постараюсь, — повторила я.

— И ты должна перестать ревновать к пинцетам.

— Я постараюсь, — засмеялась я.

Мы обнялись. И я поняла, что это — новый этап. Этап, на котором мы будем вместе. Настоящей командой. Семьёй. Не только дома, но и на работе.

Я посмотрела на Антона и сказала:

— Спасибо, что ты у меня есть.

— Спасибо, что ты есть у меня, — ответил он.

И мы пошли спать. Вместе. Навсегда.

Но я знала, что это ещё не конец. Это только начало. Начало нашей новой жизни. Жизни, в которой я буду работать, а не сидеть в декрете и придумывать измены.

Я уснула с улыбкой на лице.

А утром я позвонила Галке и сказала:

— Галка, я выхожу на работу.

Галка закричала от радости и сказала:

— Я так рада за тебя, Кирка! Ты будешь за ним следить!

— Нет, — сказала я. — Я буду с ним работать. Это разные вещи.

— Для тебя — одинаковые, — засмеялась Галка.

Я закатила глаза. Но я знала, что Галка — это Галка. И она никогда не изменится. Но я изменюсь. Я обязательно изменюсь.

И я начала свою новую жизнь.

С новым браслетом. С новой работой. С новым мужем, который любил меня больше жизни.

И даже Игорь, циничный патологоанатом, одобрил мой выбор.

— Ну наконец-то, — сказал он, когда я пришла в клинику в первый день. — Ты перестанешь звонить мне по пустякам?

— Постараюсь, — улыбнулась я.

— Я серьёзно, — сказал он.

— Игорь, — сказала я, — ты тоже прекрасен.

— Я знаю, — сказал он и пошёл к своим вскрытиям.

Я стояла в клинике и смотрела на всё это: на операционные, на коридоры, на врачей, на пациентов. И я поняла, что это — моё место. Моё новое место. Где я буду работать, жить и любить.

Я подошла к кабинету Антона. Он сидел за столом и что-то писал. Я постучала.

— Войдите, — сказал он.

Я зашла.

— Здравствуйте, доктор, — сказала я.

— Здравствуйте, — он поднял голову и улыбнулся. — Вы моя новая сотрудница?

— Я ваша жена, — сказала я. — Ваша навсегда.

— Моя, — сказал он.

Мы поцеловались. И в этот момент я поняла, что всё будет хорошо.

Потому что мы вместе. И мы справимся. Даже с Галкой.

Я улыбнулась и села за свой новый стол.

И началась моя новая жизнь.

Глава 10. Стеклянный потолок, или Как я стала маркетологом и чуть не уморила хомяка

Итак, я вышла на работу. В клинику "Белый клык". В должности маркетолога и администратора-совместителя. Антон объяснил мне мои обязанности: вести соцсети, отвечать на звонки, создавать рекламу, привлекать клиентов. Звучало просто. Звучало как лёгкая прогулка. По сравнению с тремя детьми в декрете — это был просто курорт.

Я ошиблась. Жёстко.

Мой первый день начался с того, что я отвела старших детей в детский сад, младшего оставила с мамой и пришла в клинику в 8 утра, нарядная, с браслетом на руке и с мечтами о том, как я буду круто вести соцсети. Я представляла себя в кресле, с ноутбуком, с чашкой кофе, с видом на операционную. Как в кино. Как героиня модного сериала.

Реальность оказалась суровее.

Администратор Марина встретила меня у входа и сказала:

— Кира, ты сегодня первая. Антон ещё не пришёл. Он на домашнем вызове к рожающей собаке. А у нас проблема.

— Какая? — спросила я, чувствуя, как внутри поднимается тревога.

— Привезли хомяка. Он в критическом состоянии. Его нужно срочно осмотреть. Антон придёт через полчаса. А пока...

— Что пока? — я в панике переспросила.

— Пока ты должна его зафиксировать. На столе. Чтобы он не убежал.

Я посмотрела на Марину, потом на клетку, которую она держала в руках. Там сидел маленький, дрожащий хомячок. Он был такой милый, такой беспомощный, и он смотрел на меня своими чёрными бусинками-глазами.

— Я? — переспросила я. — Я должна фиксировать хомяка? Но я же маркетолог!

— В клинике все умеют фиксировать, — сказала Марина и всунула мне в руки клетку. — Идём. Мы должны уметь заменять друг друга.

Я пошла за ней, чувствуя себя героиней фильма ужасов. Хомяк смотрел на меня. Я смотрела на хомяка. Мы не доверяли друг другу. Это была взаимная вражда с первого взгляда.

В операционной я надела перчатки, взяла хомяка и попыталась его удержать. Он оказался невероятно юрким. Он выскользнул из моих рук и побежал по столу, потом по полу, потом под шкаф.

— Лови его! — закричала Марина.

Я упала на колени и начала ловить хомяка. Он бегал вокруг, как маленький оранжевый ураган. Я попыталась схватить его, но он увернулся. Я ударилась головой о шкаф и чуть не заплакала.

— Кира, быстрее! — крикнула Марина. — Он может испугаться и умереть от страха!

— Я тоже могу умереть от страха! — заорала я в ответ.

Наконец я поймала его. Он был в моих руках, дрожал, смотрел на меня с укором. Я посадила его на стол и прижала рукой.

— Всё, — сказала я, — я его держу. Приводите Антона!

Через пять минут пришёл Антон. Он посмотрел на меня, стоящую с хомяком, и улыбнулся.

— Ого, — сказал он. — Ты уже работаешь!

— Я работаю! — сказала я сквозь зубы. — Хватай свой инструмент и спасай его!

Антон осмотрел хомяка и сказал:

— У него травма лапки. Ничего серьёзного. Я зафиксирую, и он побежит домой.

Я выдохнула. Хомяк был спасён. Я была спасена. Я вытерла пот со лба и улыбнулась.

— Это был мой первый пациент, — сказала я. — Я никогда не забуду его.

— Это был хомяк, — сказал Антон. — Их тысячи. Но ты — запомнишь. Это точно.

Я засмеялась. И поняла, что работать в клинике — это не только чашка кофе и ноутбук. Это ещё и хомяки. Много хомяков.

Мой второй день начался с того, что я вела сайт клиники. Антон сказал: "Покажи, как мы работаем. Сделай живой контент". Я взяла телефон и пошла в операционную. Там как раз была операция у собаки. Я снимала, как Антон работает, как ассистирует Алина, как собака дышит под наркозом. Всё было круто. Профессионально.

Но когда я выложила видео в сторис, я увидела комментарий: