Вот она.

Еще одна развилка.

Если продавец отказывается, сделка должна закрыться.

Вторая печать потеряет основание.

— Отказ продавца зафиксирован, — сказала я.

— Нет, — произнес Тевард.

Элд посмотрел на него.

Тевард продолжил:

— Государственная сторона не отзывает лот.

— Я продавец, — сказал Элд.

— Вы представитель зарегистрированного права.

— В документах я продавец.

— На основании решения Палаты.

Мне не требовалось вмешиваться.

Они сами показывали присутствующим, кто действительно принимает решения.

Представитель контрольной комиссии уже записывал каждую реплику.

Я сказала:

— Господин Элд заявил отказ. По правилам я обязана прекратить сделку.

— Его заявление ошибочно, — ответил Тевард.

— Тогда кто уполномочен его отменить?

Тевард остановился.

Если скажет «я», признает прямой контроль над продавцом.

Если промолчит, аукцион закрывается.

На контрольной рамке третья полоса вспыхнула еще ярче.

Сор сказал:

— Внешний контур держится. Началась попытка снять внутреннюю связку.

Кайрен посмотрел на часы.

— Четыре минуты.

Теперь зал перестал быть аукционным.

Люди вставали.

Военные у дверей получили короткие распоряжения.

Представители города говорили между собой.

Я ударила молотком по кафедре.

Один раз.

Звук остановил шум лучше любого крика.

— Торги не закончены. Все остаются на местах до завершения государственной процедуры.

Люди повернулись ко мне.

— Господин Элд, последний вопрос. Вы добровольно подтверждаете право распоряжаться лотом сто тринадцать на основании документа, который передали мне?

Он посмотрел на Теварда.

— Да.

— Подтверждаете, что остаточный номер РТ-09 является законным основанием для возникновения вашего права сегодня?

Пауза.

— Так указано в решении Палаты.

— Я спрашиваю не что указано. Вы подтверждаете?

— Подтверждаю.

Я достала второй документ.

Тот самый отчет о платежах.

— Гарантийный сбор за лот тоже прошел через РТ-09.

Тевард понял раньше Элда.

Я увидела это.

— Три предыдущих сомнительных сделки, найденные в документах дома Кастель, финансировались через тот же остаточный номер, — продолжила я. — Его ответственным держателем все девять лет является Тевард Лоэн.

— Это уже известно комиссии, — сказал Кайрен.

Представитель контрольной комиссии подтвердил:

— Известно.

Я положила бумаги рядом.

— Значит, господин Элд утверждает, что получил сегодня право на командорскую печать через номер, которым распоряжается глава Палаты. Гарантийный сбор за эту же продажу пришел через тот же номер. А Палата несколько дней добивалась обязательного проведения торгов и сегодня временно восстановила статус единственного покупателя, без которого второе командное право не могло активироваться.

Тевард произнес:

— Это совокупность обстоятельств. Не доказательство умысла.

— Я не говорила об умысле.

Кайрен посмотрел на контрольную рамку.

— Зато сейчас кто-то использует право, возникшее из этой совокупности обстоятельств, чтобы открыть государственное хранилище.

Тевард повернулся к нему.

— Вы не можете утверждать, что приказ исходит от господина Элда.

— Могу утверждать, что он исходит от второго командного права, владельцем которого система признала запись, представленную вашим ведомством.

Элд отступил на полшага.

Я заметила.

— Три минуты десять секунд, — сказал Сор.

Внутри меня все сжалось.

Не от страха.

От понимания, что документов все равно может оказаться недостаточно, если хранилище откроется раньше, чем мы закроем сделку.

Я снова посмотрела на право Элда.

Усиленная проверка продавца требовала не только имени.

Требовала подтвержденного права распоряжения.

Его у него не было.

По крайней мере, не на основании РТ-09.

Вот наша законная причина.

Не подозрение.

Не государственный заговор.

Не поведение Теварда.

Конкретное нарушение зарегистрированного условия.

— Господин Келс.

Представитель торговой палаты подошел.

— Да?

— Если право продавца создано через регистрационный номер, которому запрещено создавать новые права, считается ли условие проверки исполненным?

Он перечитал документ.

— Нет.

— Если продавец не способен представить другое основание?

— Сделка не может быть подтверждена.

— Может дом прекратить ее немедленно?

Келс посмотрел на контрольную рамку.

Потом на зал.

— При существенном нарушении условия продавцом — да.

Тевард шагнул к нам.

— Я возражаю.

— Вы продавец? — спросила я.

Он остановился.

— Нет.

— Покупатель?

— Нет.

— Владелец дома?

— Нет.

— Тогда ваше возражение будет внесено в протокол, но не блокирует мое решение.

Я взяла регистрационную книгу.

Серебристая линия по полю сделки все еще горела.

Кайрен сказал:

— Две минуты тридцать.

На рамке третья полоса почти полностью стала белой.

Сор выругался сквозь зубы.

— Внутренний контур начал открываться.

— Сколько?

— Не знаю.

Кайрен приложил настоящую печать к рамке.

— Закрываю внешний контур полностью.

Свет на его печати изменился.

Не стал ярче.

Просто по краю появилась четкая линия, такая же, как в первый день на двери хранилища.

— Командор, — сказал Сор, — если полностью закрыть внешний контур, люди внутри хранилища тоже не выйдут.

— Там есть наши?

— Двое.

— Они знают приказ.

Сор подтвердил.

Кайрен коснулся второй отметки.

— Закрыть.

Третья полоса на рамке остановилась.

Но не погасла.

Два командных права спорили друг с другом.

И теперь я наконец понимала, почему старую систему считали опасной.

Кайрен мог закрыть.

Вторая печать могла открыть.

Ни одна не имела абсолютного преимущества до завершения девятиминутного периода.

— Элира, — сказал он.

Мне не требовалось объяснение.

Я коснулась кольцом поля продавца.

Регистрационная книга потребовала основание.

Я произнесла вслух, чтобы каждый государственный наблюдатель услышал:

— Продавец Саверн Элд не подтвердил законное право распоряжения лотом. Представленное основание создано через остаточный регистрационный номер РТ-09, не имеющий полномочий создавать новые имущественные права. Усиленное условие проверки продавца нарушено.

Серебристая линия на странице изменила направление.

Тевард шагнул вперед.

— Не смейте.

Вот первая фраза за все время, которую он произнес не как глава ведомства.

Как человек, потерявший контроль.

Я посмотрела на него.

— Это мой аукцион.

И приложила кольцо к отметке отмены.

Линия вспыхнула.

На контрольной рамке третья полоса дернулась.

— Одна минута двадцать, — сказал Сор.

Почему так долго?

Я ожидала, что отмена произойдет сразу.

Вместо этого на странице появилась новая строка:

«Требуется подтверждение нарушения».

— Кем? — спросила я.

Келс уже читал.

— Независимым государственным регистратором.

— Кенор!

Он подошел.

Тевард преградил ему путь.

— Вы не имеете права подтверждать спор, находящийся в ведении Палаты.

Кенор ответил спокойно:

— Я подтверждаю не имущественный спор. Я подтверждаю факт несоответствия основания полномочиям регистрационного номера.

— Это одно и то же.

— Нет.

Он обошел Теварда.

В зале никто не двигался.

Кенор приложил государственный ключ к странице.

Ничего.

— Почему?

Он попробовал снова.

— Палата блокирует внешний запрос.

Кайрен повернулся к Теварду.

— Снимите.

— Не могу отменить защиту дела во время активной процедуры.