— Кстати, Софи, увольняйся, — в голосе Алекса прозвучала твёрдость. — Я не хочу, чтобы нашему ребёнку что-либо угрожало. Мне давно уже надоело, что ты продолжаешь работать за гроши.

— Но, Алекс, это же четыре с половиной сотни в месяц!

— Это всего лишь несколько сотен, — непреклонно качнул он головой из стороны в сторону. — Они не сделают нам погоды. Я на росте акций с шестидесяти вложенных тысяч получаю в несколько раз больше. Раньше я тебе не запрещал работать, потому что думал, что тебе нравиться хоть какая-то занятость. Но теперь, когда это стало опасно для вынашивания ребёнка, я не могу позволить тебе пахать за гроши. Дорогая, у нас достаточно денег. Настолько достаточно, что никому из нас не придётся работать до конца жизни. Прекрати гробить своё здоровье. Если тебе нужно хобби, найди что-нибудь другое.

— Но я откладывала… — грустно смотрела она на парня, словно побитый щеночек. — Скоро у нас появится малыш. Это повлечёт с собой больше расходов.

— Если нам будет мало денег, я продам часть акций, и денег сразу станет хватать, — уверенно заявил Шульц. — Дорогая, даже не думай забивать себе голову такой ерундой. Я достаточно обеспечен, чтобы никогда не задумываться о проблемах с деньгами.

— Звучит фантастически. Но, Алекс, откуда у тебя деньги? Ты же говорил, что ты сирота.

— Так и есть. Мне просто повезло.

— Алекс, признайся, ты был мафиози? — с напряжением вглядывалась в его лицо София. — У тебя такое крепкое тело и твой характер властный и жёсткий, словно ты когда-то был преступником.

— Нет! — покачал он головой из стороны в сторону. — Уж кого я не люблю, так это мафию.

— Но тогда как обычному сироте удалось заработать много денег? — с подозрительностью продолжила собеседница.

— Эх… — он потёр виски, не зная, с чего начать. — Честно говоря, я не совсем простой парень…

— Алекс! — в голосе Софии добавилось раздражённых ноток. — Не увиливай от ответа. Даже если ты занимался криминалом, я пойму. Я же твоя жена.

— Никакого криминала, — отвёл он взгляд в сторону. — Я просто спал за деньги с богатой женщиной, а потом удачно вложился в акции…

— Э-Э-Э-Э-Э?!! — в глазах Софии застыл шок. Её лицо вытянулось от сильнейшего изумления, словно кто-то невидимый потянул её за нос. — ЧЕГО-О-О?!! Это не шутка?

— Не шутка, — прикрыл он правой ладонью своё лицо, словно в ожидании пощёчины.

— Але-е-е-кс… — ошарашенно протянула София. — Как многого я о тебе не знаю. Ты что, проститутка⁈

— Содержанец!

— Алекс, ТЫ ПРОСТИТУТКА!!!

— Нет, я содержанец. Альфонс.

— Боже мой, — весело рассмеялась София. — А-ха-ха-ха-ха-ха!!! Мой муж — бывшая проститутка! Обалдеть!

— Не смейся, — обиженно надулся он, словно хомячок, не ожидая такой реакции. — Если бы тебе до знакомства со мной богатый тридцатилетний мужчина предложил бы стать его любовницей за тридцать тысяч евро в месяц — ты бы согласилась?

— До встречи с тобой? — задумалась она, после чего кивнула. — Тогда — да. Сейчас — нет. Нафиг мне какой-то там мужик, даже пусть с деньгами, если у меня есть любимый?

— Вот видишь! И я не устоял перед таким искушением.

— А сейчас⁈ — в напряжении прищурилась София. — Если бы сейчас тебе богатая девушка предложила сто пятьсот тыщ денег, ты бы стал с ней встречаться?

— Нет, конечно! — преувеличенно праведно-возмущённым тоном заявил он. — Ни за что! Я не из тех парней, которые изменяют. Если я встречаюсь с девушкой, то я в этот конкретный период верен лишь ей, и больше ни с кем не веду шашни на стороне. Сейчас мы с тобой. Все остальные девушки для меня лишь фоновые персонажи. Есть ли у них деньги, нет ли их, красивые они или нет — всё это для меня неважно. Ведь в моём сердце только одна лишь ты!

— А ты… — она едва не растаяла от его слов. — Алекс, твой язык всё такой же сладкий и ядовитый, как и в первый день нашего знакомства. Ты этому научился, когда был проституткой⁈

— К-хм… — едва не подавился он воздухом, поскольку девушка попала точно в цель. — Неважно, где я этому научился, главное, что мои слова идут от чистого сердца… Дорогая, что у нас сегодня на завтрак? Я бы уже чем-нибудь перекусил, — уставился он на наполовину готовый салат.

— Не смотри туда — это на ужин! — прикрыла своим телом салат София. — Найди что-нибудь в холодильнике, моя проституточка…

Когда у людей всё хорошо, то время летит с неуловимой скоростью. Казалось, будто вчера они праздновали Рождество и новый две тысячи седьмой год. Не успели моргнуть глазом, а уже первое июня и рождается сын. Ещё бы пара дней, и у отца с сыном день рождения был бы в один и тот же день.

Незадолго до этого Алекс решил, что с рождением ребёнка их семейный бюджет следует увеличить. Он внимательно отслеживал котировки ценных бумаг, и тридцать первого мая, когда фруктовые акции достигли пиковой цены в четыре доллара тридцать три цента, он продал часть из них. Он оперировал исключительно теми акциями, которые когда-то купил на шестьдесят тысяч. Он безжалостно продал все остатки от тех вложений, выручив восемьдесят шесть тысяч долларов. Этих денег их семье должно было хватить на год, чтобы жить на широкую ногу, ни о чём не беспокоясь.

Когда он забрал жену из роддома и привёз её с сыном домой, София была в шоке. Дом несколько преобразился. В нём появилась дорогая детская коляска, кроватка и прочие мелочи, которые появляются в квартире вместе с детьми.

— Ты зачем купил всё такое дорогое? — хмурилась девушка. — Алекс, наш бюджет не позволяет такие траты.

— Наш бюджет? — ухмыльнулся он. — Я решил его несколько увеличить… До четырёх тысяч семисот евро в месяц!

— Что ты сказал⁈ — застыла она в ступоре, крепко прижимая к себе младенца.

— Я говорю, что с сегодняшнего дня мы можем ежемесячно тратить почти по пять тысяч евро.

— Значит, мне не послышалось… — выдохнула она. — Ты ограбил банк?

— Нет, — качнул он головой из стороны в сторону. — Помнишь мои инвестиции год назад? Они выросли. Теперь мы можем себе позволить больше.

— Боже мой! — София выглядела шокированной. — Ладно, увеличение семейного бюджета. Это я могу понять. Но сразу почти в два раза! Это сложно осознать.

— Полетим в отпуск?

— Алекс, наш малыш только родился! Какой отпуск? — возмутилась она.

— Через полгода, — пожал он плечами. — Самое благодатное время. Ребёнок ещё ничего не понимает и большую часть времени спит.

— Никогда не понимала тех, кто путешествует с младенцами, — покачала она головой из стороны в сторону. — Нет уж! Никаких путешествий, пока малыш не подрастёт. Вот когда ему будет года три, тогда да.

— Как скажешь, — пожал он плечами.

— Давай лучше направим больше денег на погашение ипотеки, — предложила София.

— Милая, я не для этого обналичил акции. Чего тебе сделала эта самая ипотека? Она потихоньку платится, платёж остаётся неизменным и постепенно под гнётом инфляции уменьшается, в то время как цены на жильё ползут вверх. Зачем нам гасить кредит досрочно? Что от этого поменяется? Изменится только то, что у нас на руках будет оставаться меньше денег на иные нужды. Забудь об этом. Лучше купи себе что-нибудь хорошее. Ты давно хотела посудомоечную машину. Как насчёт покупки неё?

София некоторое время молча думала, после чего кивнула.

— Хорошо, посудомойка действительно лучше увеличения платежа по ипотеке. Ещё кухонный комбайн хочу. Знаешь, такой навороченный.

— И комбайн купим, — улыбнулся Александр. — Самый лучший. А ещё я предлагаю взять в лизинг автомобиль. Раньше можно было ездить на автобусе и такси. Теперь, когда у нас появился малыш, его нужно будет возить в больницу, потом в детский сад. Да и по магазинам так проще будет ездить. Так что автомобиль нужен.

— У меня нет водительского удостоверения.

— Разве это проблема? Софи, дорогая, получить права проще простого.

— А как же ребёнок? — прикусила она губу в раздумьях. — Я же не могу его оставить.