— Эм… И ты так делала каждый день?

— Ну да, а что такого? — невозмутимо ответила Мария. — Это всего лишь бурбон. Не делай из этого проблему. Хотя, тебе сложнее, ведь ты шофёр. Но ничего. Можно же выпивать вечерами.

— Нет, нельзя, — он тут же покачал головой из стороны в сторону. — Мария, вообще-то, наутро остаётся перегар, за который тоже лишают водительского удостоверения. И вообще, я не люблю бухать. Иногда выпить пива — это нормально. У нас дома такое считалось обыденным. Но пристраститься к крепким напиткам и употреблять их в рабочее время — ни разу не нормально. Вообще-то, это алкоголизм. Тебе нужно обратиться в клинику для лечения от зависимости.

— Ой, Томми, не будь ханжой! — закатила она глаза на его отповедь, после чего вылила в рокс остатки бурбона. — За наше знакомство!

В следующий миг она опустошила посуду, а её глазки собрались в кучку. Она покачивалась настолько сильно, что казалось, будто тут же рухнет на пол. Её речь стала бессвязной и едва понятной.

Алекс посмотрел на своё пиво, которого оставалась ещё четверть. И удивился тому, что за то время, пока он опустошил такое количество своего напитка, девушка умудрилась вылакать целую бутылку бурбона.

— Ты меня презираешь? Да? — мутным взглядом пялилась она на парня. — Знаю, что презираешь… Эх! Наконец, я встретила нормального мужика, который сразу не тащит меня к себе в кровать, а ты смотришь на меня с презрением. Ну да, я знаю, что так пить ненормально. И что с того? Я всегда так делаю ещё со старшей школы. Может быть, у меня плохая семья? Отец алкоголик и игроман, постоянно избивающий нас с матерью. И вообще, пошло всё под хвост Сатане! Имею право пить. Да! Имею право! И не смей смотреть на меня с осуждением. Лучше отвези меня к себе и утешь…

Дальше разговоров не было, поскольку девушка упала лицом в стол.

Александр смотрел на неё с глубокой задумчивостью, не зная, как быть. Своего адреса она не назвала, а тащить к себе это пьяное тело ему было противно. К тому же, дамочка не заплатила за свой заказ.

В итоге он тяжело вздохнул, расплатился с официантом, допил своё пиво и вызвал такси до ближайшей дешёвой гостиницы.

В мотеле он снял недорогой номер, после чего под многозначительными и «понимающими» взглядами портье затащил туда бессознательное женское тело. Вот только дальше развитие было не таким, как в некоторых фильмах для взрослых. Ему противно было от мысли о том, чтобы воспользоваться беспомощной девушкой. Да и вообще, заниматься любовью с неподвижным телом ему казалось чем-то близким к некрофилии. Об одной мысли об этом ему становилось дурно.

Оставив девушку в кровати, он покинул номер и отправился к себе домой. Настроение у него было ниже нуля. Денег за этот день он потратил прилично, а вместо удовольствия или хотя какой-то пользы получил в награду лишь нервотрёпку.

— К чёрту эти свидания вслепую! — решил он в этот момент. — Такое чувство, что на них ходят одни звезданутые бабы!

После серии неудачных свиданий Александр думал о том, стоит ли вообще искать себе девушку? Организм говорил однозначное — да. А вот разум шептал иное: «Оно тебе надо? От девушек одни проблемы, вспомни все свои недавние отношения». И он вспоминал, после чего приходил к неутешительному выводу, что одному проще.

На работе появились новые водители — пара темнокожих парней, которые часто болтали друг с другом на своём языке и почти не знали испанского. Это пробудило у Шульца воспоминания о его желании изучать фарси и тигринья.

Найти в Испании курсы по обучению этим языкам оказалось непросто. Но некоторая настойчивость позволила парню найти частного репетитора. Ею оказалась девушка по имени Лейла, беженка с Дальнего Востока, которая хотела заработать денег не как многие беженки — раздвигая рогатку за деньги, а обычным трудом.

Репетитор была молодой и красивой, но её красота отличалась от европейских стандартов. Округлое лицо, выразительные чёрные глаза, густые тёмно-каштановые волосы, которые постоянно прикрывал платок. Одевалась она скромно в закрытые вещи: в основном это было сочетание платья и брюк.

Нет-нет, да Алекс засматривался на неё не как на учителя, а как на девушку. Поскольку они занимались с глазу на глаз, никто не мешал им отступать от темы обучения и заводить личные разговоры. Слово за слово, и вскоре перед парнем предстала вся её подноготная.

Ей двадцать три года — всего на пару лет старше него, а если следовать его легенде, то ровестница. Она дочь богатого иранского бизнесмена, который отправил её на учёбу в Европу, в Барселону. Вот только после обучения, почувствовав вкус свободы и отсутствие ограничения прав женщин, ей совсем не захотелось возвращаться обратно в Иран. Отец приказал ей вернуться, чтобы выдать её замуж за своего делового партнёра четвёртой женой. Его партнёру за сорок лет, ближе к пятидесяти. По меркам молодой девушки — старик. Тем более, она не хотела становиться второй-третьей или десятой женой. Ей хотелось быть единственной и любимой. В этом их с Алексом желания совпадали. В смысле, ему достаточно было бы одной супруги.

Разговоры о личном незаметно переросли во встречи за чашечкой кофе в кафе, в прогулки по парку, походы в кино и… В какой-то момент они оба оказались в одной постели. А там так же незаметно в ванной у парня начали прибавляться пузырьки с разнообразными женскими средствами для ухода и вторая зубная щётка. И как-то так вышло, что они стали жить вместе в его квартире.

В общем, Лейла из платного репетитора превратилась в бесплатную учительницу фарси. Алекс не дурак отказываться от столь очаровательной и чистой красавицы. Он оказался у неё первым мужчиной, что немного подогревало его чувство собственной важности.

Время полетело с невообразимой скоростью. Вскоре сдали дом, в котором парень купил квартиру. Благо, что он сразу заплатил за ремонт от застройщика, поэтому не пришлось ждать и переживать кошмарный момент в жизни, под названием ремонт. Они с Лейлой сразу смогли въехать в свою квартиру. После этого им стало полегче в финансовом плане, поскольку с них спала нагрузка по оплате аренды, хотя ипотечные платежи и остались.

С тех пор, как Лейла начала жить с Алексом, она перестала работать. В её сознании женщина должна сидеть дома и заниматься хозяйством, а мужчина зарабатывать деньги. Непопулярная точка зрения на Западе, но Шульцу она нравилась. И всё же в одного тянуть семью из двух человек ему было непросто. Пока он жил холостяком, денег ему хватало, ещё и откладывать получалось. Теперь же их стало хватать впритык. А что будет дальше, когда у них появятся дети?

Он задумался о смене деятельности. Управляя грузовиком, он не станет зарабатывать больше. Нужно было найти работу, на которой возможен карьерный рост. Вот только белым воротничком можно устроиться лишь с высшим образованием.

Александр считал, что ему поздно получать образование. Точнее, по возрасту он вполне подходил на роль студента, вот только за чей счёт банкет? Ему нужно содержать семью. Он не может позволить примерить на себя роль студента. Но у него было желание устроиться в этой жизни лучше. И если для этого нужна была какая-то бумажка, то не проще ли её купить так же, как он до этого приобрёл документы на другую личность? Тем более, диплом необязательно должен быть настоящим.

В итоге он вышел на нужных людей и за недорого приобрёл фальшивый диплом, даже парочку, поскольку ему сделали скидку при покупке двух и больше документов.

Вооружившись подвешенным языком, желанием получать больше денег и красивым дипломом, он принялся рассылать резюме и ходить по собеседованиям. Вначале ему постоянно отказывали, пока он не нащупал правильный алгоритм ответа на вопросы на собеседовании. Всего через месяц он уже сменил работу с водителя бетономешалки на сотрудника в отделе продаж торговой компании. В зарплате он ничуть не потерял, зато перед ним открылись заманчивые перспективы карьерного роста.