Чиновники зашумели, как стая рассерженных ворон.

— Но как?! — воскликнул бородатый. — У нас же есть чёткие инструкции: заполнить три экземпляра, получить подпись семи начальников, дождаться согласования…

— …и пока всё это происходит, — перебила Лина, — трещина в реальности становится шире, а город забывает, как выглядят дома. В прошлый раз из‑за задержки с согласованием наш главный архив превратился в библиотеку, где все книги писали сами себя — и очень критиковали предыдущее руководство. Я предлагаю упростить.

Она взмахнула рукой, и на стене появилось голографическое изображение новой схемы — яркой, с подмигивающими стрелками и улыбающимися иконками:

Шаг 1. Курьер получает посылку. Шаг 2. Курьер чувствует, куда её нужно доставить. Шаг 3. Курьер говорит: «Поехали!» — и отправляется в путь. Шаг 4. Если что‑то идёт не так, курьер говорит: «Хватит!» — и стабилизирует ситуацию. Шаг 5. По прибытии курьер говорит: «Готово!» — и посылка выполняет свою функцию.

Зал замер. Тишину нарушало только тихое жужжание голограммы да редкое поскрипывание колёсиков Яши.

— Это… — бородатый чиновник побледнел, схватился за бороду и начал её нервно расчёсывать, — это же анархия!

— Свобода, — поправила Лина. — Творчество. Доверие к курьерам. И, кстати, — она подмигнула, — пункт 0 Устава гласит: «Правила пишутся для тех, кто боится действовать без них». Мы не боимся.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в зал ввалились Грум и Флик. Грум, пытаясь удержать равновесие, случайно задел метлу — та взмахнула прутьями и смахнула со стола стопку бланков, которые разлетелись по залу, складываясь в слово «Паника».

— Лина, у нас проблема! — выпалил Грум, рассыпав горсть пуговиц. Те сложились в надпись «Срочно!», но тут же рассыпались обратно, перестроились в «Ой» и снова рассыпались.

— Какая ещё проблема? — вздохнула Лина, уже предчувствуя, что её речь о реформах может закончиться раньше, чем она планировала.

— Новая посылка, — Флик выпустил облачко радужного тумана, которое тут же закружилось вокруг головы бородатого чиновника, превратив его бороду в пушистый розовый парик. — Только она… живая. И хочет сама выбрать курьера.

На руках у Флика сидела небольшая посылка, которая подмигивала всеми тремя глазами и нетерпеливо постукивала бантиком. Один глаз подмигнул Лине, второй — бородатому чиновнику, а третий — вообще непонятно куда, будто видел что‑то за пределами зала.

— О, — Лина рассмеялась, чувствуя, как напряжение уходит. — Вот и первое испытание для новых правил.

Бородатый чиновник схватился за голову, потом за бороду, потом снова за голову.

— Живая посылка?! Это противоречит разделу XVII, параграфу 8! Там чётко сказано: «Посылка должна быть неодушевлённой, прямоугольной и не иметь мнения по вопросам доставки!»

— Зато соответствует духу города, — подмигнула Лина. — Итак, по новым правилам, кто чувствует, что должен доставить эту посылку?

Все замолчали. Младшие чиновники переглядывались, старшие хмурились, а один даже начал незаметно заполнять форму «Заявление на досрочный выход на пенсию».

— Я! — неожиданно выступил вперёд Яша. — Пункт 1015: «Если посылка выбирает курьера, значит, это часть плана». А я всегда хотел поработать с нестандартным грузом.

Посылка радостно подпрыгнула и перелетела к нему, тут же начав что‑то шептать ему на ухо — судя по тому, как расширились колёсики Яши, это были какие‑то очень важные секреты.

— Отлично, — Лина хлопнула в ладоши. — Яша, действуй по новой схеме. Шаг 2: почувствуй, куда нужно идти.

Яша закрыл глаза, покрутился на месте, потом сделал несколько зигзагов, замер, снова покрутился и уверенно покатился к окну.

— Туда, — он указал колёсиком. — Где‑то за радугой, но до заката. И ещё… кажется, немного влево от вчерашнего вторника.

— Шаг 3, — подсказала Лина.

— Поехали! — провозгласил Яша.

Окно распахнулось само собой, и он вылетел наружу, а живая посылка весело хихикала у него на руках, периодически меняя цвет с синего на фиолетовый и обратно.

— Видите? — Лина повернулась к чиновникам. — Просто, эффективно, с улыбкой. И, главное, работает.

Бородатый чиновник вздохнул, достал перо и начал его грызть.

— Ладно, — проворчал он. — Где тут подписать за утверждение новых правил? Хотя бы на пробу…

— Вот здесь, — Лина протянула ему бланк, который выглядел подозрительно просто: один лист, одна строка «Согласен с новыми правилами» и место для подписи.

Пока чиновник подписывал, город за окном менялся. Улицы стали ярче, дома перестали подмигивать прохожим, а небо приобрело насыщенный голубой цвет. Даже воздух казался легче, и где‑то вдалеке послышался смех детей, запускающих воздушных змеев в форме бланков согласования.

— Получается, — задумчиво произнёс один из младших чиновников, — если мы будем меньше усложнять, мир станет стабильнее?

— Именно, — кивнула Лина. — Иногда лучшее правило — это его отсутствие. Или, точнее, свобода создавать правила по ходу дела. С улыбкой.

Флик выпустил ещё одно облачко тумана — на этот раз оно сложилось в огромную надпись «УРА НОВЫМ ПРАВИЛАМ!» над залом заседаний.

— И ещё, — добавила Лина, — предлагаю ввести новую традицию: после каждой успешно доставленной нестандартной посылки — чай с печеньем. Для всей команды.

— Поддерживаю! — воскликнул Грум. — А можно с глазурью?

— Можно всё, — улыбнулась Лина, — если это делает мир лучше. И стабильнее.

Чиновники переглянулись, затем начали один за другим подписывать бланк. Бородатый в конце концов тоже поставил свою подпись и неожиданно улыбнулся.

— Знаете, — сказал он, — а это даже… весело. И знаете что? Я, пожалуй, отменю форму № 743 «Заявление на право думать о возможности начать думать о доставке».

«Вот и всё, — подумала Лина, глядя, как город за окном расцветает новыми красками, а в воздухе кружатся конфетти из разорванных бланков. — Мы не просто изменили правила доставки. Мы напомнили этому причудливому миру, что хаос — это весело, но порядок может быть ещё веселее. Особенно когда он построен на доверии, лёгкости и чашке чая с печеньем в глазури».

Она посмотрела на дверь, в которую только что вылетел Яша с живой посылкой, и тихо добавила:

— И, кажется, это только начало.

Лина замерла, глядя на новую посылку. Она была почти точной копией той, что они доставили не так давно: та же мерцающая поверхность, тот же едва уловимый мелодичный звон. Но на этот раз на боку красовалась странная пометка — три вопросительных знака и подпись: «Для тех, кто готов к следующему шагу».

— Опять? — Лина нервно рассмеялась, поправляя рукав рубашки. — Мы только что наладили систему! Разве нельзя хотя бы пару дней отдохнуть? Чай попить? С глазурью? А, может, даже и с двумя слоями глазури?

Грум подошёл ближе и осторожно постучал по посылке костяшкой пальца.

— Хм, — он почесал затылок, рассыпав горсть пуговиц. Те сложились в надпись «Интересно!», но тут же рассыпались обратно, перестроились в «Осторожно!» и снова рассыпались. — Она какая‑то… вопросительная. В отличие от прошлой. И, кажется, слегка пульсирует.

Флик подлетел к посылке и выпустил облачко радужного тумана. Туман обволок её, замерцал — и тут же опал, будто отскочил от невидимой стены, после чего закружился вокруг Грума, превратив его метлу в букет тюльпанов.

— О, — Флик удивлённо поднял брови. — Эта штука защищена от магии. Или просто не любит радужный туман. А ещё, похоже, у неё есть чувство юмора.

Яша покатился вперёд, внимательно изучая пометку. Его колёсики тихонько поскрипывали, оставляя на полу следы чернил.

— Посылки с нестандартными метками всегда требуют особого подхода. Но трёх вопросительных знаков я ещё не встречал. Может, это какой‑то новый язык? Или шифр?