Судоплатов после окончания проверки пристально смотрел на меня, видно решая и меня пропустить через гипноз. Затем подмигнул:

— Надеюсь кроме товарища Андреева ты никого о происходящем в нашем Управлении информировать не будешь?

— Я и Андрееву не собираюсь докладывать все о том, что будет происходить в нашем коллективе.

Хмыкнув, Павел неверяще произнес:

— Ну, ну! Поживем — увидим! Предлагаю пригласить товарища Короткова для совместной разработки операции по его отправке в Германию, предлагаю назвать ее «Вояж».

Неожиданно для меня самого поступил звонок от Андреева:

— Здравствуйте, товарищ Сергеев! Вы не сильно заняты? Можете подъехать ко мне на Старую площадь?

Дав согласие, я поспешил к своему куратору.

Поздоровавшись, тот поинтересовался:

— Как вам бывший монастырь? Устраиваетесь в его стенах?

— Вполне подходящее место для дислокации.

— Скажите, Алексей Андреевич, а для чего вы привлекли эстрадного артиста Гутмана?

Я даже не стал удивляться информированности куратора. Похоже его источник был среди тех, кто обеспечивал безопасность внешнего периметра, к примеру охрану КПП.

— Гутмана я привлек из-за его дара гипноза для выявления предателей и шпионов. Те, кто поддается гипнозу, не может соврать он в красках распишет все свои преступления, выдав всех своих сообщников. Я пришел к выводу, что невозможно массово применять методы физического воздействия для выбивания правды. Гипноз сделает это намного эффективнее.

— И что, гипноз действительно работает?

— Работает, необходимо начать обучать гипнозу будущих медиков для лечения нестандартными методами и сотрудников спецслужб. Причем допрашиваемый под гипнозом не вспомнит о допросе и не узнает о факте раскрытия своих тайных мыслей и поступков. Так, к примеру, задумавший диверсию, будет уверен, что его никто не остановит, хотя можно получить весь задуманный им план выполнения диверсии с именами и описаниями подельников и узнав места закладки тайников.

— Раз вы уверены в действенности допроса с применением гипноза, то вот вам, товарищ Сергеев очередное задание Партии: вам необходимо провести проверку всех сотрудников секретариата ЦэКа, начав с самого верха. В идеале проверка всего аппарата ЦэКа и первых секретарей ЦК компартий республик, крайкомов и обкомов.

Я едва сдержался от ухмылки, но не от провоцирующего вопроса:

— Полагаю, начать нужно с вас, Андрей Андреевич? Причем весь допрос сниму на кинокамеру и предъявлю вам кино-отчет.

Андреев пораженно закипел только от мысли, что кто-то сможет залезть ему в голову. Успокоившись, покачал головой:

— Начать нужно с члена Политбюро товарища Хрущева. Возможно потребуется проверить и остальных членов Политбюро. Хрущев уже в Москве. Я-то думал, что придется готовить целую операцию по похищению Первого секретаря ЦэКа Украины для жесткого допроса, а тут такие перспективы! Возвращайтесь на свой Объект. И готовьтесь вместе с вашим Гутманом по первому же звонку прибыть в Кремль. Надеюсь ваш еврей удержит свой язык о том, что он услышит.

— Можно с помощью специальных наушников лишить гипнотизера слуха на время допроса руководителей Партии.

— Вы просто кладезь идей, товарищ Сергеев. Готовьте наушники.

Я решил не упускать возможность пообщаться с членом Политбюро:

— Андрей Андреевич, у меня есть еще одно предложение. Наркомат внутренних дел слишком огромный и неповоротливый механизм. В сфере ответственности НКВД находятся коммунальное хозяйство и строительство, другие отрасли промышленности, а также политический сыск и право вынесения приговоров во внесудебном порядке, система исполнения наказаний, внешняя разведка, пограничные войска, контрразведка в армии. Я считаю, что в ведении НКВД во главе с товарищем Берия следует оставить милицию, пожарных, внутренние войска, ГУЛАГ, большинство тюрем и конвойное Управление. А в наркомат государственной безопасности должны отойти погранвойска, разведка, контрразведка, политический сыск в полном объеме, контроль за армией и флотом, НКВД и Партийными чиновниками. Контроль над Партией следует поручить отдельному Управлению, которое вы будете курировать.

— И кого вы видите во главе нового наркомата? — усмехнулся Андреев.

— Нынешнему Первому заместителю Берии, товарищу Судоплатову.

Сталин принял своего преданного соратника сразу после очередного совещания. Выслушав отчет о разговоре с Сергеевым, неверяще поинтересовался:

— Говоришь, что под гипнозом ничего нельзя утаить? Если это так, то почему никто не заинтересовался способностями этого еврея раньше? Он спокойно без всякого контроля разъезжал по городам. Ты понимаешь в чем опасность таких людей, Андрей Андреевич? Похоже, что нет. Опасное и бесконтрольное оружие, вот что такое эти гипнотизеры! Их немедленно нужно брать под жесткий контроль. Я так понял, что сильный гипнотизер может внушить что угодно. А вот предложение Сергеева о необходимости обучения гипнозу правильное. Вот только с стопроцентной уверенностью в том, что обученный человек не направит гипноз для личных целей. Давай для начала посмотрим на результаты допроса под гипнозом Хрущева, а потом я приму решение о остальных членах Политбюро.

(Помимо самого вождя членами Политбюро были Андрей Андреевич Андреев, Климент Ефремович Ворошилов, Андрей Александрович Жданов, Лазарь Моисеевич Каганович, Михаил Иванович Калинин, Анастас Ованесович Микоян, Вячеслав Михайлович Молотов. Кандидатами в члены Политбюро были Лаврентий Павлович Берия и Николай Михайлович Шверник.)

Андреев кивнул и достал из портфеля переданные Сергеевым два листа бумаги, на которых с помощью квадратиков и стрелок четко были изложены структуры двух наркоматов после их раздела:

— Есть предложение разделить НКВД на два наркомата.

Сталин пробежал таблицы глазами и задумался. Затем медленно ответил:

— Вполне закономерно после предложения выделить для начала охрану первых лиц страны. Правда Лаврентию явно не понравится лишение его дополнительных силовых рычагов. Ловко, твой Сергеев похоже решил сделать еще один скачок в карьере, став из заместителя управления заместителем наркома. Что ж, здоровые амбиции я могу понять — какой из солдат не мечтает о маршальском жезле. Я вот что думаю, слишком загадочен твой Сергеев. Перед утверждением его и Судоплатова после раздела НКВД на новые должности я хочу сам задать им вопросы под гипнозом. Сразу после допроса Хрущева.

— А Берию с его заместителями Кобуловым и Меркуловым?

— Ты прав, их тоже, следует проверить. Я должен быть уверен, что не ошибся в них, вознеся их так высоко. Заодно организуй вызов всех министров НКВД и их заместителей всех союзных республик, а также руководство краевых, областных, районных и городских управлений НКВД. Их проверку я поручу Судоплатову и Сергееву после проверки гипнозом их самих.

Андреев понимающе кивнул:

— Можно будет перед разделом наркоматов собрать всех этих руководителей под предлогом запланированного совещания. После проверки высшего руководства республик следует проводить проверки по каждой области или краю отдельно, направляя в них наших проверяющих вместе с гипнотизером. В случае выявления предателей, шпионов или троцкистов в зависимости от занимаемой должности будем решать их судьбу.

Андреев позвонил мне на следующий день, приказав вместе с Гутманом прибыть мне и Судоплатову.

К двум часам дня мы были в приемной вождя. Нас не мариновали, сразу впустили. В кабинете Сталин общался с Андреевым и Хрущевым, который непонимающе взглянул на нашу троицу.

Сталин указал на нас:

— Познакомься, Никита Сергеевич! Это сотрудники НКВД. — затем обратился к нам — Здравствуйте, проходите и садитесь, товарищи!

Я сел рядом с Андреевым и тот мне шепнул:

— Отдайте приказ о введении проверяемого в состояние гипноза.

Я повернул голову к севшему рядом со мной с левой стороны Гутману: