Сыч и правда не стал нарезать круги над судном, а спикировал сразу к ним и заорал, маша крыльями и подпрыгивая. Багир посмотрел на это все с важным видом и кивнул.

— Карабл замэтыл! Малэнкый! Два замэтыл? Там ыдут! Сюда ыдут! Пушэк нэт — это хорошо!

— Серьезно? Он даже такое может докладывать?

— Канэшна! Пушка бы быль — он бы прятаться пашэл! Умный птиц! Опытный!

— Нам надо поторопиться… — Ур недовольно дернул хвостом. — Я надеялся, что нас оставят в покое, но, видимо, не в этот раз.

— Вы идите… — Гаспар устало махнул рукой, — мы с Янеком скоро будем.

— Принял. Поскакали!

Махнув в сторону мостика, до которого оставалась одна палуба, Ур запрыгнул наверх и побежал по галерее. Калибр последовал за ним. Марио с Багиром так не умели, поэтому немного поотстали, нагнав киттов в рубке.

— И правда — два катера, — Ур утвердительно кивнул. — Идут вдоль берега в нашу сторону.

— Возможно, теперь-то это люди Гаспара? — предположил Марио. — Мы уже недалеко от предполагаемой точки перехвата.

— Надеюсь… Кстати о Гаспаре. Понимаю, что вы тут уже сородичами стали, но все наши козыри ему выбалтывать необязательно.

— Да, товарищ Заместитель по Боевой Подготовке… Виноваты.

— Хотя я тоже хорош… ляпнул про разведку не подумав. Расслабился.

Недовольно дернув хвостом, Ур запрыгнул на крышу рубки и принялся рассматривать приближающиеся катера.

…

«Тротиловые мартышки» выглядели как нашкодившие дети. Дядюшка Гаспар, встретивший абордажную партию, сидя в кресле на мостике, дождался пока все собрались, осмотрел их и покачал головой.

— Вы все пропустили, господа! И будь я проклят, но месяц!.. Месяц вы сидели на заднице, ожидая судно на горизонте, и никто не понял, что что-то пошло не так?

— Тут Острова. Местные никогда ничего вовремя не делают, — пояснил жилистый крепыш, видимо оставленный за старшего. — А Янек четко сказал: «Не импровизировать!»

— Почему?

— Потому что будет как в Тамвебане.

— Тоже верно… Ох мы тогда херни наделали по дурости… — Дядюшка Гаспар ностальгически улыбнулся. — Возможно, кстати… Хотя у кого там такие деньги есть? Ладно… По крайней мере, когда судно увидели, все сделали четко… Ох…

— Опять нога? — обеспокоенно поинтересовался Янек.

— Да…

— Аптечка! Посмотри!

Плотная, коротко стриженная женщина в такой же как у остальных, только более чистой полевой форме, сноровисто размотала повязки и страдальчески сморщилась.

— Что там? — поинтересовался Гаспар.

— Выглядит хреново…

— Режь.

— Нет.

— Режь, я тебе говорю! Лучше потерять ногу, чем жизнь!

— Если я буду резать, вы потеряете и то и другое! — Аптечка беспомощно огляделась, — Нам нужен врач. Настоящий!

— У нас есть доктор, — напомнил Марио. — Ур! Ты же говорил, что он с Михаем и Бардьей, верно?

— Верно.

— Где они?

— В деревне.

— Это далеко? — Янек отодвинул Марио. — В какую сторону?

— На полпути между Малатаном и Дарджаном.

— Показывай дорогу!

— Во-первых, не командуй! Во-вторых, эта лохань приметная. Так что берите своего командира и выгружайте в катер.

— А с судном что дэлать, да? — спросил Багир.

— Затопить…

— Э!

— Оно приметное и его ищут!

— Отправляйтесь с синьором Гаспаром к Доктору, — предложил Марио, — а мы отгоним судно в укромное место.

— Кан может вернуться.

— Это не проблема, — Янек указал на своих парней. — Вернется — встретим.

— Ради чего рисковать?

— Э-Э-Э!!! — Багир, у которого от прилива эмоций кончились слова, развел руками, пытаясь донести мысль жестами. — Инструмэнт, да! Сварка разный, да! Гэнератор с элэктрычэство!

— И куча гниющего мяса…

— Ай, что ты заладыл, да! Выкынэм, паром обдадым, как новий будэт, да!

— Давайте решайте уже… — недовольно прервал их Янек.

Ур недовольно хлестнул хвостом, после чего вышел, но через минуту вернулся, недоуменно оглядываясь.

— Камушек где?

— Какой?

— Она еще там, что ли?

Камушек все еще была там, у борта корабля. Лежа на дне своей лодчонки, она очень пыталась быть незаметной. И это ей блестяще удавалось. Ни оборванцы с моторок, ни люди Кана, ни «Тротиловые Мартышки» не обратили на неё никакого внимания, будучи больше сосредоточены на происходящем выше. Ур спрыгнул к Камушку, страшно перепуганному таким обилием суровых людей с оружием, и указал на Гаспара, которого со всеми предосторожностями спускали в катер

— Смотри сюда. Вот этих приматов надо доставить к Доктору.

— Камушек не сможет их увезти! Они слишком большие для маленькой лодочки Камушка!

— Тебе не надо их везти. Твоя задача дорогу показать. И прекрати трястись — здесь все свои. И относительно свои…

— Камушек не может прекратить трястись… Но Камушек все сделает.

— И скажи, что мы скоро будем. Сейчас только решим, куда можно такую посудину спрятать…

— Камушек знает много мест! Камушек любит прятаться!

— Ты размеры посудины видишь? Для ней нужно много места.

— Камушек знает, где есть много место и никто не плавает. Никогда!

— Почему?

— Там очень высокие скалы. Неудобно жить. А если никто не живет — зачем туда плавать?

— Как его найти?

— Камушек не знает, как объяснить. Камушек может только показать…

— Ты че? Пытаешься найти предлог, чтобы с теми не плыть?

— Камушек их не знает! Камешек их боится.

— Да чтоб вас… — злобно фыркнув, Ур задрал голову и, увидев наблюдавшего за ними Калибра, указал на катера. — Дорогу до деревни сможешь показать?

— Теоретически.

— Мешок с перьями этот где? Пни, пусть ко мне летит — я его проинструктирую. Сейчас.

— А ты, — Ур ткнул в Камушка, — тогда лезь наверх. Покажешь, где это укромное место.

— Хорошо!

Под «лезь наверх» Ур подразумевал дождаться, пока Гаспара спустят и подняться по шторм-трапу, однако Камушек зацепилась за трап снизу и, ловко хватаясь за ступеньки руками и пальцами ног, принялась карабкаться вверх. Ур, бурча про обезьян, пополз следом. Появление Камушка вызвало в незнакомых с ней людях сдержанный интерес. Марио при виде одетой в одни амулеты аборигенки галантно поклонился и слегка покраснел. Багир широко улыбнулся, подкрутив усы, но вспомнил, что сам еще недавно хвастал, перебирая с интимными подробностями, своими отношениями с настоящей ведьмой и на всякий случай прикрутил фонтан своего обаяния.

«Тротиловые Мартышки», как и положено людям их рода занятий, легко одетых женщин ценили, даже если те не принадлежали к их виду, поэтому смотрели с интересом. Но не комментировали. Точнее, кто-то попытался, однако Аптечка одарила его таким взглядом, что тот сразу заткнулся.

— Тебе мало было свой «крючок» в дезрастворе отмачивать?

— Так это я просто…

— Ага… Просто, как обычно, верхняя голова за нижней не поспевает. Ты никогда не задавался вопросом, почему граков никогда нет в борделях?

— Потому что они лопнут? — хохотнул кто-то.

— От твоего не лопнут… — это вызвало взрыв веселья уже у остальных, — и нет, дело не в этом…

— Какая-то подстава есть?

— Ага. Если засунешь в неё свой член или язык — я уж не знаю, какие у тебя там фантазии, то потом месяц будешь его чесать и плакать.

— Почему?

— Что-то там несовместимое. Это у врача надо спрашивать, — достав сигарету, Аптечка закурила и повернулась к Марио. — У вас же там настоящий врач?