— Вы можете себе позволить не обращать на это внимания, но мы вынуждены учитывать настроения общества.

— Мы были буквально в шаге от того, чтобы управлять этими настроениями. Теперь нам приходится начинать все сначала… Что ж — приступим! Сперва я хочу увидеть эту защиту в действии…

Воспоминания снова нахлынули без предупреждения, оглушив его. Капитан мотнул головой и рыкнул на Бартлоу, который подбирался к нему, затем поискал глазами МакКефри, подозревая, что тот может воспользоваться его беспомощностью.

— У вас… флешбеки? — Бартлоу был одновременно удивлен, восхищен и напуган. — Видимо, попытки погружения повредили долговременную память. Но теперь она восстанавливается! Это удивительно!

— Парсон… это че за пидор?

— Для вас он мистер Парсон! — раздраженно поправил МакКефри, который стоял все там же, озираясь и даже не попытался завладеть хотя бы ножом.

— Ты меня еще поучи… Я вопрос задал.

— Вас это не касается.

— Сча точно в жбан накерню — довыебываешься.

— Прекратите мне угрожать! И вообще! Вы должны быть в камере!

— Ну давай — загони…

— Погодите, Полковник! — Бартлоу умоляюще сложил руки. — Он нам нужен!

— Зачем?

— Нам придется нести кучу аппаратуры и материалов. Еще один человек необходим!

— Вы в своем уме⁈ — страдальчески скривился МакКефри, — Его нельзя вести в…

— Укрытие? — догадался Капитан, — У вас есть укрытие?

— Туда ограниченный доступ!

— Тебе показалось, что у вас выбор есть?

— Вы не сможете меня заставить!

— Спорим?

— Джентльмены — прекратите! — снова встрял Бартлоу. — Мы мало того, что теряем время, так еще и можем привлечь этими криками зараженных!

— А тут и такие водятся? — заинтересовался Капитан. — Чем хворают?

— Та штука… она разгромила блок биоисследований в желтом крыле и персонал, и подопытные заразились улучшенной версией «Легиона».

— Продолжай…

— Что продолжать?

— Говорить продолжай, — Капитан подбадривающие кивнул. — Жду, когда понятно станет.

— Я не владею всей информацией, только в общих чертах.

— А мне подробнее и не надо. Давай в общих.

— Вы, как моряк, должны знать, что такое «морское безумие», верно?

— Вы что? Это говно тут наварили? Вы совсем идиоты?

— Конечно нет! Мы его улучшили!

— Как?

— Теперь зараженные нападают только на здоровых и не дерутся друг с другом! Они действуют слаженно! Как легион!

— Идиоты… — тяжело вздохнув, Капитан огляделся. — Ладно — похоже, вам точно помощь нужна. Пошли! Показывай дорогу!

— Почему вы тут командуете! — возмутился Полковник. — Я тут уполномоченное лицо!

— Хошь тебе сейчас это «лицо» отрихтую так, что перестанешь быть похож на фото в удостоверении? И вопрос с начальствованием решится сам собой, так как подчиненные не признают. Не хошь? Тогда пиздуй давай, пока ветер без камней, а то здесь походу и правда стоит поторапливаться…

…

«Это какой-то ритуал?» — МакКефри покосился на Капитана, который толкал нагруженную кресло-каталку животом, руками плетя что-то из сорванного кабеля и пластин от аккумулятора, которые он, пока Бартлоу собирал необходимые материалы, вытащил, отбил от обмазки и сколотил в плотный свинцовый шар. Капитан отрицательно мотнул головой и продемонстрировал увесистый шарик, замотанный в «обезьяний кулак».

— Кистень…

— Чего?

— Не знаю точно чего, но руки помнят.

— Он вообще зач… Ох, дерьмо…

На скрип колес и голоса в коридор вышло несколько человек. В отличие от Бартлоу и Полковника, они были не только потрепанные, но и залиты кровью с ног до головы. Но самым страшным были их лица, которые выражали неуместный и жуткий восторг хищника, увидевшего добычу. Капитан, при виде них, быстро завязал на другом конце кабеля петлю и толкнул кресло-каталку в сторону.

— Осторожно! — панически прошептал Бартлоу, — Они заражены!

— Ты про них вот говорил?

— Разве не очевидно?

— То есть, договориться не выйдет?

— Не советую даже пытаться. Вы что? Хотите с ними драться?

— Ну, раз по-людски не понимают…

— Это опасно!

— Не сцать! Их всего семеро…

— «Всего»⁈

— Всего… Точно не помню, но есть ощущение, что меня и не такой толпою пиздить собирались. А ну давай! Налетай! Боксеры и самбисты по одному, остальные могут кучей!

Хрустнув плечами, Капитан медленно пошел навстречу зараженным, которые, с леденящим душу хохотом разгонялись в его сторону. До первого оставалось метра три, когда кистень просвистел в воздухе, снося самому шустрому башку и забрызгивая кровью и ошметками остальных. Тело распласталось на полу, следующие перепрыгнули и их буквально смело следующим взмахом. Кто-то успел поднырнуть под разящим бойком и в награду за ловкость получил в грудь пинок, от которого улетел, собирая всех, кто оказался сзади. Кистень пропрыгал по головам пытающихся встать и успокоил последнего запоздавшего, вынырнув снизу вверх, разнося челюсть и ломая шею.

— Ох, хорошо-то как! — оглядевшись в поисках недобитков, выдохнул Капитан, — Давно, видать, не дрался по-взрослому! Ты че творишь?

— Дезинфицирую! — Бартлоу, с двумя опрыскивателями в руках залил кистень и Капитана какой-то воняющей лазаретом жидкостью. — На вас могла попасть их кровь! Лицо, рот, глаза — любые слизистые и все. Вы тоже заразитесь!

— А! Ну тогда давай! Мне только этого еще не хватало.

— Сандерсон… — голос Полковника сел от ужаса, — я надеялся, что он мертв…

— Сандерсон? — не понял Капитан, а потом увидел еще одну группу зараженных, которые подоспели на звуки потасовки. — Это тот телок здоровый? Твой парень?

— Нет… Санитар…

— Ох, ебать.

Сандерсон был, судя по всему, почти чистокровным северянином, мощью не уступавшим Капитану, но выше его почти на голову. Он шел словно таран, видимо возглавляя стаю зараженных.

— Насколько они умные? — отобрав у Бартлоу опрыскиватель, Капитан облился дезраствором с ног до головы.

— Достаточно, чтобы действовать скоординировано. Во всяком случае, пока мозг не претерпит глубокую трансформацию, вызванную адаптацией к новому состоянию.

— Я имею ввиду — уклоняться будет?

— Не знаю. Это вообще не моя сфера компетенции! Я так! Слышал от коллег.

— Нарушаете режим секретности? — недовольно буркнул полковник, искавший куда спрятаться. — Если мы выживем, я устрою разбирательства.

— Вам не кажется, что эти угрозы сейчас неуместны?

— Ебало завалили оба, — скомандовал Капитан, прикидывая как ему действовать, — и съебали подальше. Сча тут весело случится!

— Вы думаете, что справитесь с ним?

— Какой бы бык здоровый ни был, на банке один хуй напишут «Тушенка»…

— Чего?

— Съебались, я сказал! И коляски прихватите, чтобы под ногами не путались!

Сандерсон тем временем решил, что сблизился достаточно и, с ревом перейдя в атакующий режим, принялся разбегаться, намереваясь смести оппонентов массой. Бартлоу и МакКефри принялись шустро отступать задом, волоча за собой коляски, чтобы иметь хоть какое-то препятствие между собой и этим чудовищем. Капитан остался стоять, хладнокровно выжидая, пока Сандерсон приблизится. После чего взмахом послал кистень в район таза, так как в голову попасть мешали вытянутые вперед и целившиеся ему в лицо руки здоровяка, ибо этот мог перехватить ими кистень и выдернуть.

Удар бойка пришелся почти точно в неприкрытую ничем кроме кожи кость, сломав её с жутким хрустом, и Сандерсон, оглушительно заорав, рухнул на пол, пытаясь вцепиться в ноги. Капитан, матюгнувшись, тяжело подпрыгнул, но все равно зацепился и, поняв, что падает, мотанул кистень назад, дабы удержать равновесие, и приземлился валяющемуся под ним Сандерсону на шею коленом всем весом, после чего крутанул боек вперед, так как свита здоровяка отстала от того в рывке, но не сильно.