У туалета меня уже поджидал Антоний, который попытался прижать меня к стенке и поцеловать. От неожиданности я не успела увернуться, а он продолжал лапать меня и тыкаться в мою шею слюнявыми губами. Меня бы стошнило, если бы не Мануэль, который отпихнул меня от него и не разбил бы ему нос. Я не стала ждать окончания драки, а быстренько сбежала в зал. Честно говоря, мне не было дела до них. Я была больше, чем уверена, что это игра.

И как это ни странно, на этом всё и закончилось. Больше ко мне никто не приставал, не обзывал. Меня даже на медленный танец пригласили, поцеловали руку и проводили обратно к столику. Который уже был занят какими-то девицами. А они и не подумали вернуть мне место.

Ну что ж. Я на всякий случай улыбнулась молодому человеку – может его никто не просил меня приглашать. Может, я ему понравилась. Хотя я особых иллюзий на этот счёт не питала. Послала ему воздушный поцелуй и направилась на выход. Гекс насчитал три несостоявшиеся подставленные мне подножки и один тычок с иглой в руку.

И вот что это было? Марита как ушла танцевать, так и не вернулась. Понятно теперь, откуда у неё танцевальное платье от мадам Ториньи и дорогостоящая причёска. Это плата за работу. Бедная девочка. Жаль, что её так задёшево можно купить. Но вот для чего нужно было вытаскивать меня на танцы?

— Тебя проводить? Мне пора. Лукас уже меня заждался, – спросил Веллор, когда около семи вечера мы закончили возиться со сборкой артефакта. Я помотала головой и написала, что ещё подумаю над активацией.

Разглядывая получившуюся вещицу, я задумалась. Любимое занятие всегда поднимало мне настроение и приносило облегчение. Потому что вытесняло другие мысли, не давая мне впадать в отчаяние и вселяя надежду на удачу.

А самыми интересными здесь для меня были занятия мэтра Белтрена Рантес-Ларú по созданию артефактов. Сам мэтр Белтрен был одним из древнейших светлых фейри, переживший семь своих молодых жён, нескольких детей и внуков. Даже для фейри, живущих в несколько раз дольше людей, он был очень стар. Он передал свой титул одному из сыновей и провёл в монастыре двадцать лет. А когда ему наскучило молиться, решил, что ему пора передавать свои знания молодым магам.

После первого же занятия, он подозвал меня и спросил, какой артефакт я бы хотела сделать больше всего. И с того момента мы вместе работали над кулоном запечатления движения. А Веллор был безумно рад, что по моей просьбе мэтр Рантес-Ларú разрешил ему участвовать в такой бесценной для него разработке. Он сразу оценил пользу такого артефакта для службы безопасности.

Из задумчивости меня вывел браслет, который мигал красным, напоминая, что у меня сегодня заканчивается время на штрафную отработку по боевой магии, которую я получила за то, что опять опоздала с возвращением в Академию. Если сегодня не приду, то на следующей неделе мне придётся отрабатывать удвоенные часы. Вот такие порядки.

Отработка была назначена на тренировочной арене. Добежав до неё, я быстро переоделась в спортивную форму, помня о том, что меня пытались порезать, кольнуть, чтобы получить мою кровь, проверила на месте ли кевларовое плетение, и, чтобы не украли дорогой для меня кулон, повесила его себе на шею и навела иллюзию простой тонкой цепочки.

У мэтра Гириа сегодня утром было плохо с настроением после вчерашних выходных. Сейчас похмелье все-таки прошло или его сняли целебным потоком магии. Но всё равно он был не в духе, поэтому он просто настроил мне и ещё парочке проштрафившихся студентов автоматический тренажёр подачи файерболов с чередованием увеличения и уменьшения силы магии. И ушёл в учительскую.

Я лениво отбивала файерболы, витая в своих мыслях. Точнее витая в мыслях об активации артефакта. Как бы сделать так, чтобы активация была возможна с использованием магических потоков этого мира?

— Смотри, краснопузая недомагичка тренируется!

— Как страшно! Просто прятаться хочется!

— Убогая!

— Немая!

— Нищебродка!

— Слабачка!

Началось! Я огляделась: на тренировочной арене собралась интересная компания: Элеонора со своей свитой и Антонио со своими дружками. Остальные куда-то делись. А они окружили меня и осыпали оскорблениями. Интересно, бить начнут сразу, или ещё подождут чего-нибудь?

Подумала и активировала артефакт. Потом придумаю как объяснить. Я попыталась сосредоточиться на тренажёре, но кто-то из них изменил траекторию полёта файербола, и я промахнулась. Правда я успела увернуться, но все-таки словила довольно ощутимый удар.

Какое-то время я вертелась как вжух-скользяк на угуне, но так долго продолжаться не могло. Надо что-то придумать. Думай, Наина, думай. И, о нет! От боли, которое получало тело проснулась хозяйская сущность. Если я не смогу её заткнуть, то не смогу и сосредоточиться на ударах. А она выла все сильнее, я все чаще пропускала удары, тренажёр почему-то все наращивал и наращивал магическую силу удара файерболов.

Вдруг, я заметила, что файерболы, которыми я отбивала перенаправленные удары тренажёра вперемежку с защитным щитом, стали становиться ярче, ярче, ещё ярче… А потом у меня в голове завизжала хозяйская сущность и…

Все, что я помню, так это то, как перед самым сильным выбросом магического удара я сбросила на всех без исключения защитное поле такой силы, что его не пробил бы даже всполох магической огненной реки.

Сначала раздался пронзительный свист, а потом грохнуло так, что меня просто снесло. Взрывной волной что ли? А потом посыпались стены. Огромные булыжники валились сверху, превращая здание тренировочной арены в руины.

Не зря я всегда держала на готове это плетение, ох не зря. Произошло то, чего я больше всего опасалась: со страху хозяйская сущность просто ударила со всей силы своей магией по всему, что было в округе. Но я не могу её осуждать. Она боялась, она защищалась. Тем самым защищая и меня. А мне потом последствия разгребать.

Защитное поле отлично справилось со своим предназначением, но в какой-то момент камень, упав рядом со мной, подбросил меня как мячик, и я упала, сильно ударилась головой и потеряла сознание.

Вроде очнулась. Кажется, я парю в черной дыре: ни звуков, ни картинки перед глазами. Полная тьма. Всё плыло в каком-то тумане… Уже в каком-то тумане… Значит, где-то есть свет. Меня мутило и сильно болела голова. Потом появилось какое-то светлое пятно, резко отпрянуло. Вокруг меня стали образовываться молнии. Потом исчезли. Я попыталась ещё раз открыть глаза.

Небо. Звёздное небо. Наверное. А потом опять эти всполохи беззвучных молний. Я ослепла? Не похоже. Оглохла? Да, я оглохла. Всё! Теперь я глухонемая! Я начала задыхаться, сердце вырывалось из груди, накатывала тошнота.

Потом я увидела, что какой-то силуэт чем-то машет передо мной. Какая-то табличка с буквами. Буквы расплывались, не складывались в слова. Сосредоточившись усилием воли, я все-таки прочла: «Сними поле». А что значат эти слова? Защитное поле! Надо снять защитное поле. Я махнула рукой и меня накрыло звуковым хаосом: воющей сиреной охранного плетения, чьими-то криками, ругательствами, визгом и стонами.

— Срочно сюда духа-хранителя! – услышала я вроде бы знакомый голос, но кто это крикнул, не поняла.

— Вызовете сюда верховного мага! Команду спасателей срочно сюда. И целителей! – узнала я чёткие распоряжения мэтра Левего. Я попыталась встать, но перед глазами все вертелось и плыло, голова звенела, и утихшая было сущность опять начала свою воющую песню. Ко мне подбежал Лукас, попытался поднять меня. Но его оттащил инквизитор и рявкнул:

— Не тронь! – и добавил уже не ему, – Всех принцев любых государств срочно вывести отсюда и поместить в королевский дворец под усиленную охрану!

Последнее, что я помню, это то, как Лукас пытался вывернуться из рук помощников духа-хранителя и пробраться ко мне. И он не успокоился, пока мэтр Левего не спеленал его в кокон неподвижности и под усиленной охраной его не унесли подальше от меня.