Поэтому формально такая древность как «Колонизатор» под нынешние запреты не подпадает, чем и воспользовался наш благодетель, нашедший и скачавший максимум информации о корабле, всё, что смог выскрести из закрытых информаториевсвоей родины.

Я сердечно поблагодарил доброго че… в смысле — разумного, всё время забываю, что не все тут люди, кто похож на человека, и с некоторым предвкушением открыл присланный на нейросеть файл. «Колонизатор» значит, типа «титан», вот как ты называешься, годзилла сотовая!

Нет, я, конечно, многого ожидал от нашего трофея, но чем больше я погружался в описание корабля, тем сильнее брови лезли на лоб, а внутренний хомяк впадал в оргастический экстаз.

Древние сполоты очень основательно подошли к вопросу экспансии, постаравшись вложить в каждого «Колонизатора» максимум необходимого для освоения далёких планетных систем. По их расчётам каждая колония обязана быть максимально автономной и при этом — технически обеспеченной.

Поэтому на каждом титане, кстати, не столько построенном, сколько выращенном, имелись полные технологические цепочки производств от геологоразведки до готовой продукции.

А продукция эта заслуживает отдельной поэмы: линия по производству среднеразмерных кораблей при соответствующей перенастройке способна выдавать посудины типа «средний грузовоз», «шахтёр», «рейдер», «корвет», «фрегат», «эсминец». Правда, не выше третьего класса, но всё же!

Другая линия производит мелкоту — москитов, истребители, челноки, боты, атмосферники.

Для крупняка предусмотрены заготовки для постройки пустотной верфи на базе некрупного космического тела с минимальной гравитацией — планетоида или астероида. Ну и линия по изготовлению комплектующих для крупных кораблей.

Это всё, так сказать, для «наружного пользования». А для «внутреннего» производств оказалось вообще несметное количество — от буровых установок до медкапсул.

Естественно, всё это не рассчитано на промышленные масштабы. Если каких-нибудь ремонтных дроидов можно штамповать по три-четыре штуки в день, то кораблик вроде «шахтёра» получится только один в неделю. Да и то при условии, что линия бесперебойно обеспечивается высококачественным сырьём.

Так, что тут ещё… О, нейросети! Правда, это не линия, а скорее гибрид производственной линии с медкапсулой и инкубатором, потому что нейросети, как и многое на этом странном корабле, выращиваются. Причём, нейросети тут можно выращивать аж до высшего ранга, что соответствует самому свежему поколению в Содружестве.

И что самое заманчивое, высший ранг тут — это не просто крутая нейросеть, а симбионт, то есть условно живой организм, способный адаптироваться, развиваться в установленных пределах и регенерировать при повреждениях. При этом такая нейросеть абсолютно универсальна, в отличие от специализированных рангом ниже.

Кажется, у меня впервые за всё пребывание в этом новом мире появилась личная хотелка. Сильная хотелка. Очень сильная. Уже пару раз сталкивался с тем, что рамки «техника» заметно сужают возможности личного усовершенствования, тем же пилотом или абордажником, в смысле полноценным, а не эрзац, с моей нынешней нейросетью мне не стать. Не сказать, чтобы сильно хотелось освоить именно эти специальности, но уже бывали ситуации, когда требуется разносторонний функционал, но пока никак. А учитывая наши грандиозные планы и моё в них непосредственное участие, такой бонус к универсальности мне жизненно необходим. Так что… ах, да, Шпак, напомни, когда дело дойдёт до производства нейросетей.

«Непременно напомню», — тут же отрапортовал подзабытый голос встроенного помощника.

А вот с базами знаний произошла заминка. Сначала я не мог найти упоминание о них, но, разобравшись в функциях поиска, обнаружил странное: отдельных индивидуальных баз у сполотов или не было совсем, или такое существовало лишь на «Колонизаторах», но все необходимые базы были установлены прямо в медкапсулах в качестве дополнительного программного обеспечения. А что? Удобно, просто, эффективно. Для наших же целей полезность такого формата обучения очень сложно переоценить.

Искины. При упоминании искусственных интеллектов в контексте титана, меня слегка передёргивает: ещё свежи воспоминания о колбах с протухшими мозгами. И хотя от неприятных запахов, тактильных ощущений и прочих неприятностей я был надёжно отгорожен скафандром, но ассоциативное мышление с воображением прекрасно справились с этой преградой.

Так вот: искины выращивались там же. Насколько я понял, где-то в недрах корабля находится группа огромных реакторов с биомассой, которая оттуда распределяется по инкубаторам отдельных производств.

Производство искинов и нейросетей было скорее лабораторией, в которой выращенные мозги пересаживали на постоянное место жительства в колбы и обучали всему, что должен знать благовоспитанный искин, передавая его затем по месту службы.

Интересно, что мелкие кораблики и мозги к ним тоже выращивались по отдельности. Ну, древним сполотским инженерам виднее, каким бы странным это ни казалось мне, человеку далёкому как от биологии, так и от кораблестроения. Вот старый добрый передаточный механизм для какого-нибудь хитрого станка разработать — это да, тут и я подискутировать могу о рациональности той или иной технологической операции, а в биолабораторных процессах — увы.

Кажется, я слишком сильно увлёкся изучением присланных мне материалов, забыв не только о еде, сне и времени, но и о том, что я тут как бы немножко руководитель всего этого безобразия.

Поэтому, когда безобразие в лице Александра Второго без спроса (или я его просто не заметил) проникло в мою каюту и поинтересовалось — буду ли я сегодня жрать или ещё денёк-другой попоститься желаю, я несколько удивился: «а чёйто такая забота?»

На что мне было отвечено в духе: «служивый люд царя спасённого видеть желает». И только после этого я догадался время посмотреть. Ага, время обеда. Следующего дня. На нейросети семь сообщений от товарищей. Нехило так я залип, что даже урчание обиженного полным игнором желудка мимо ушей пропустил. Негоже так с любимым организмом поступать, пойду пожру.

За обедом застал чету Токмашевых, Фуркана и делающего вид, что полностью поглощён поглощением размазни в тарелке, Эдика. Выклянчил у нашей электронной кормушки нечто, похожее на сильно разваренные тефтели в манной каше — выглядит не очень, но хоть вкус мяса отчётливо угадывается — и занял своё любимое место.

— Ну, чё там? — деланно безразлично поинтересовался Канюк, облизывая ложку.

— Дофига чё. — в тон ему ответил я, вонзая свой шанцевый инструмент в псевдотефтель.

— Глеб, имей совесть, — подключился профессор, — мы заинтригованы до крайности.

— Вот именно, Глеб, какого хрена? — вот теперь капитан эмоций не скрывает и видно, что он возмущён и полон любопытства, — заперся, на сообщения не отвечаешь, сейчас ещё кота за все неровности тянешь.

— А чего не постучали-то? Саня, вон, взял, да зашёл, без этих ваших… — я неопределённо покрутил ложкой в воздухе, — а то я бы так и сидел, изучал. Шибко дохрена там всего.

— Ну, так сначала так и подумали, что занят, — смутился друг, — потом уже поздно было, а утром думали, что отсыпаешься, вот и не ломились.

— Давай уже, рассказывай, не томи, — решил продемонстрировать своё нетерпение турок, — мы аж со вчера ждём.

— Щас. — я торопливо закидал топливо в проголодавшийся биореактор и рассказал. Относительно кратко, без технических подробностей, но с ремарками к самому интересному и заслуживающему особого внимания.

Глядя, как разгораются глаза у товарищей при каждом изложенном факте, я выстроил их таким образом, чтобы самое интересное оставить на десерт.

— В общем, если сможем запустить все линии, то в итоге имеем неплохие шансы стать довольно грозной силой если не во Фронтире, то в приграничье точно. А со временем, если перегнать титана домой, то станем полноценной космической державой по меркам Содружества, по крайней мере, где-то на уровне окраинных миров.