— Не знаю, сказал сидеть тихо и не отвлекать.

— И ты послушался?

— Интересно же, — легкое пожатие плечами.

— Лорд? — отойдя от мальчишки, повысила голос, — Я книгу принесла. Помочь чем-нибудь?

— М? — отвлекшись от вырисовывания толстой прямой линии, Геарден поднял голову, — Нет, спасибо. Книга больше не нужна.

И тут же отвернулся, разглядывая четкий рисунок.

Фыркнув, села рядом с Киану, рядом, навалившись всем телом, приземлился тяжело вздыхающий Душ.

Закончив рисунок, дорисовав звезду и круг в центре, дядюшка аккуратно положил в него тело турсин и статуэтку. Не обращая на нас внимания, взял лежащий рядом мешочек и новый мел. Подходя к каждому лучу, вычерчивал на конце какой-то символ и клал сверху темный округлый камень, вынимая его из мешочка.

— Что за Грань?! — тихо чертыхнувшись, лорд задумался.

— Что?

— Да нет, думаю все нормально. — и еле слышимое, — Надеюсь.

— Эм, лорд, вы знаете что делаете? Мне кажется, вы несколько неуверенны?

— Нет! Все в порядке. Неужели Вы думаете, я не делал этого раньше? — насмешливо посмотрев на меня, Геарден отвернулся, дорисовывая символ.

— Я знаю, вы делали, в статуэтке же душа вашего дома. Просто вы сами говорили, что не переносили душу в живое тело. Вот и…

— Миледи! Я знаю, что делаю!

— Хорошо, хорошо… — успокаивая, подняла руки вверх в примиряющем жесте. Ну знает, так знает. Зачем так нервничать? Да и за книгой, зачем бегала? Для развлечения?

Дорисовав символы и разложив камни, лорд кинул мешочек с оставшимися камешками на пол. Оценив композицию, нахмурился, но, вздохнув пару раз, начал обходить лучи заново, закрывая ладонью каждый камень и что-то сосредоточенно шепча. Воздух в помещении уплотнился, камни засветились. По рисунку прошла рябь, как будто кто-то включил шнур в розетку и белая гирлянда, любовно уложенная на полу, засияла мягким белым светом. Камни вспыхнули, став похожими на прожекторы, ударили в потолок направленным цветным лучом. Забавно… Каждый Охотник Желает Знать… О боже! Почему лучей шесть, а не семь?

Нахмурившись, Геарден поднял мешочек и вынул седьмой камень. Посмотрев на ладонь, он попытался шагнуть дальше от пиктограммы, но не успел. По пальцам руки, вымазанной мелом, прошел слабый электрический разряд, и камень вспыхнул, добавляя в игру на потолке новый луч — фиолетовый. Цветные пятна, заиграв в воздухе, скрестились строго над центром пиктограммы, ударяя широким столбом чистого белого света вниз, поглощая тело турсин и статуэтку.

Дернувшись, лорд упал на колени, руками стирая часть рисунка. Новая конвульсия и дикий, страшный крик.

— Дядя! — успев схватить Киану за талию, крепко прижала к себе, получая беспорядочные болезненные удары.

— Отпусти! Ему нужно помочь…

— Нет! Не…

Новый пронзительный крик-вой, тело лорда выгибаясь под неестественным углом, дрожало. Скрюченные пальцы с отросшими когтями скребя по ровной поверхности пола, тянулись к засветившейся статуэтке, но, не добравшись буквально несколько сантиметров, замерли. Геарден застыл и стал таким же мертвым, как и тело турсин перед ним. Погасла пиктограмма, исчез свет, осталась неестественная тишина, давящая на уши.

— Отпусти! Дядя…

— Сиди! Да успокойся ты! — одной рукой удерживая мальчишку, второй попыталась схватить за лапу Душа, вскочившего и бросившегося к потухшей звезде. Не получилось, пинок по ребрам и едва не откушенные пальцы.

— Дядя? — опустившись на колени, Кеа тряс родственника, останавливался и прислушивался, пытаясь поймать дыхание.

— В-вру-у, — не отставая от мальчишки, Душ бегал вокруг статуэтки и тела турсин, подвывая и тыкаясь в обоих носом.

Поднявшись на колени, подползла к застывшему мужчине. Приложив ухо к груди, прислушалась. Еле слышимое "тук" через каждые несколько минут.

— Что с ним? Милан?

— На кому похоже. Только это не кома.

— А что?

— Не знаю. Тело относительно живо, душа отправилась погулять. Скорее всего. Не ощущаю души, — открыв веко, отшатнулась, наткнувшись на огромный застывший зрачок, смотрящий в никуда.

— В-в-воу?

— Откуда я знаю! Где он ритуал взял? — подняв рукопись деда, пробежалась глазами по плотным, мелко исписанным листам. Трудно различимые каракули с треском складывались в более-менее понятные слова.

— Милана, сделай что-нибудь!

— Делаю! — разозлившись, заорала на мальчишку. — Я все делаю! Какого лешего твой дядя решил проводить ритуал без подготовки?

— Он подготовился!

— Да ну на?! Он подготовился, — указала рукой на неподвижное тело, — Не вижу!

— Он же проводил подобный ритуал, — Киану упрямо поджал губы, с трудом сдерживая слезы, застывшие в широко раскрытых глазах.

— Подобный! Киану, подобный, но не такой! Он не переносил душу, запертую в камне, находящуюся под охранкой, в живое тело! Этого он не делал!

— Мила-а-ан?

— Что Милан! Почему вечно г***но разгребает Милана?! — уткнувшись в рукопись, быстро пролистывала страницы. Мозг фиксировал расчеты и данные, схемы, чертежи. Откинув в сторону уже не нужные бумаги, пролистала книгу. Надеюсь получится. Если верно поняла, Геарден проводил настройку души на параметры тела, с последующим переносом и закреплением. Но не учел маленький нюансик. Совсем крохотный. Простенькую ловушку в статуэтке, стандартную, установленную им же самим при изготовлении Души для своего дома. Наверняка где-то взял готовую формулу и использовал ее не вдаваясь в подробности, вот и получил, по лбу.

— Помоги, — подхватив руки лежащего мужчины, потянула в центр пиктограммы, — Хватай за ноги.

— Ты уверена?

— Уверена, уверена. Хуже точно не сделаем, — а может и сделаем. По хорошему, нужно чертить звезду из семи лучей, но сейчас у нас два тела и вместилище, содержащее две души. Неугомонный родственник наблюдает за нами из масенькой толстенькой каменной тетеньки. Интересно, как он там помещается? Представив напыщенного и гордого лорда, борющегося за квадратные сантиметры с законной хозяйкой обиталища, усмехнулась и едва удержать от того, чтобы не засмеяться в полный голос. Да уж. Подвывающий Душ и с трудом сдерживающийся Киану меня не поймут. Закусив губу, попыталась сосредоточиться на последующих действиях. Вроде отпустило, угу…

Уложив тело лорда рядом с турсином, с трудом утрамбовала покомпактнее его длинные руки и ноги. Отрастил конечности, на мою голову.

— Что теперь?

— А теперь дружно отошли и сели, подальше отошли и сели! Киану?! Ду-у-уш! Хватит подвывать, вы мне мешаете. К двери отошли! И чтобы не звука, ясно? — проследив, как две понурые фигурки прижались к дверям лаборатории, схватила мел и принялась дорисовывать пиктограмму.

Не знаю, что получится, но что-то точно получиться должно. В голове с огромной скоростью вертелись прочитанные данные, выстраиваясь в подходящие к нашему случаю схемы. Дочертив звезду, поправила символы и заново уложила камни, последний, седьмой, установила в центр пиктограммы, посредине прижавшихся к другу дружке тел. Ну, с Богом. Коротко выдохнув, стала напитывать камни силой, осторожно обходя каждый луч.

Вновь уплотнился воздух, новая рябь пробежала по толстым меловым линиям, ослепительно засверкав, сконцентрировав свет в камни. Красный, оранжевый, желтый… и седьмой, фиолетовый лучи сплелись в яростном танце под потолком лаборатории, через несколько мучительных минут ударив мощным белым лучом в фиолетовый камень, поглощая его, засверкавшую статуэтку и две неподвижные фигуры.

Ну же, ну… Сглотнув, попробовала посчитать до десяти, если не пошевелятся, придется перерыть все имеющиеся в замке бумаги. Терять Геардена так глупо не хочу, он еще нужен живым. Черт возьми! Еще две недели, а потом хоть трава не расти! Хоть заэкспериментируйтесь тут до изнеможения!

Ну же, ну…

Словно почувствовав мой мысленный вопль, лапы турсин дернулись, когти прошкрябали по полу, задевая лежащего рядом Геардена. Тот вздрогнул, инстинктивно отмахнулся от мощного удара и случайно оттолкнул лежащую рядом статуэтку, практически сразу же рассыпавшуюся в пыль.