— Значит, Вы не отвечаете за отряд, обосновавшийся в принадлежащем графу де Реинтуру городке?

Холодный взгляд и гордое молчание, мол о чем вы, лорд?

— Неужели Вы не следите за своими людьми? Такие самоволки необходимо давить в зародыше, Вы же знаете, лорды? Иначе бунт…

Зрители дружно кивнули.

— Лорд, леди, мы взяли на себя ваши заботы, ликвидировав вышедший из-под контроля отряд. Конечно, мы понесли убытки, кои мы с вами сейчас и обсудим. Давайте пройдем в ваш кабинет? Не думаю, что вашим гостям будет интересен финансовый вопрос.

— Вы! — леди Котбус злобно сверкая глазами, сделала пару шагов в сторону дядюшки, тот приподнял бровь, ожидая дальнейших действий.

— Как вы посмели нести эту чушь! Граф де Реинтур мертв! Вы не можете представлять его интересы! — тонкий палец уперся в грудь лорда.

— О-о-о, и откуда у вас такие сведения, леди? — дядюшка прищурился, внимательно всматриваясь в глаза побледневшей женщины.

— Это провокация! — поняв, что ляпнула нечто, о чем стоило бы помолчать, леди Котбус еще выше вздернула подбородок, полная решимости вести игру до конца.

— Вы не так поняли слова моей супруги, — в словесную баталию попытался вклиниться граф.

— Я понял ее верно. Я действительно представитель не старого графа де Реинтур, а его внука. О том, что граф ушел за Грань знали двое. Откуда знает об этом Ваша супруга?

Вызов. Откровенная провокация и обвинение в смерти старого графа. Эту мысль уловили все присутствующие в зале.

— Зачем? Зачем мне убивать графа? Он наверняка умер естественным путем.

— Видимо за тем же, зачем вторгаться в Троинь? Очень интересный вопрос, не правда ли леди Котбус? — лорд мягко наступал на женщину, вынуждая ее пятиться.

— Отойдите от меня, — шипела леди. — Кто-нибудь, помогите же!

Толпа зрителей живой волной отхлынула к стенам залы, с любопытством следя за развивающейся трагедией, никто особо помогать не хотел.

— Что Вы себе позволяете? За такие наглые обвинения я вынужден вызвать Вас на дуэль! — покрасневший граф потрясал в воздухе шпагой, до сих пор оставаясь на месте.

Трус, какой же трус и глупец.

— Граф, у меня создается впечатление, что Вы даже не знали о диверсии, предпринятой Вашей супругой? Я прав? — лорд подливал масло в огонь, сузившимися глазами наблюдая за пыхтящим графом.

— Я пожалуюсь королю! — воскликнула графиня, опять ткнув пальцем в грудь дядюшки. У нее пальцы лишние?

— Вы пожалуетесь? — "удивился" Геарден. — Дорогая леди, — язвительно продолжил он, — Становитесь в очередь. Уже сегодня я направлю свое прошение о Вашей причастности к убийству родственника моего подопечного и оккупации Троиня!

— Ах, Вы! — не выдержавший накала страстей, граф размахивая шпагой, бросился вперед. Его жена, не ожидавшая последних слов лорда, под натиском его прищуренных злых глаз, отступила назад. Секунда, и острый, блестящий кончик шпаги проткнул тело женщины, выйдя окровавленной сталью, и практически мгновенно обрывая ее жизнь.

Несчастный случай для всех присутствующих, кроме меня. Поймав быстрый внимательный взгляд лорда, хмыкнула. Не для всех. Ну что ж, все равно! Шах и мат.

Визг, крики, обвинения… После нескольких минут непонимания и тишины, зал взорвался какофонией звуков. Бледный граф, упав на колени, трясущимися руками обхватил тело супруги, прижимая его к груди. Растерянные посветлевшие глаза, дрожащие губы, он не воспринимал слов, обвинений, сыплющихся на него со всех сторон. Толпа в экстазе атаковала впавшего в немилость человека: женщины, охая и ахая, изображали обмороки, мужчины обвиняли Котбуса во всех смертных грехах. И это те люди, которые совсем недавно с радостью пользовались благосклонностью хозяев.

Противно.

Переместившись за спину Киану и обняв его за плечи, прошептала:

— Смотри, несколько человек — это уже толпа, безумная, безмозглая, и неважно, кто они, лорды или простолюдины… Лишь одна ошибка — и неугодного разорвут на части. Учись управлять толпой. Правильное слово, правильный жест — и ты король… оступишься — и ты труп.

— Зачем?

— Зачем она умерла?

— Да…

— Она опасна. Была. Женщины бывает порой намного опаснее, смертельно опаснее мужчин.

— Я чувствовал…

— Это хорошо… Пошли, сейчас здесь делать больше нечего.

Урок жесток, очень жесток для ребенка. Но я хочу, чтобы он жил, нормально жил и реально воспринимал окружающий мир. Может быть то, как мы с лордом учим парня, жестоко. Да даже не может быть, наверняка, неверно. Но я постараюсь показать ему и другую сторону жизни, благородство, верность и честь, преданность и любовь.

— Пойдем…

— Милан, я хочу остаться до конца. — парень упрямо мотнул головой и сжал губы. Ну что ж, это твое право. Давай досмотрим это представление до конца.

А действие вокруг развивалось. Геарден решил обратить внимание на себя, командный уверенный голос влился в общий поток.

— Лорды, леди это ужасная трагедия… — лорды и леди плевать хотели на комментарии дядюшки, они самозабвенно доказывали всем и каждому, что они то знали о гнильце в душе новоиспеченного вдовца, они прямо печенками чувствовали, что ничем хорошим этот довольно таки долгий брак не закончится…

Поняв всю бесполезность относительно спокойного тона, дядя набрал в легкие больше воздуха и рявкнул:

— Молчать! — гости ошарашено закрыли рты, леди, изображающие обморок приоткрыли глаза, пропустить новый акт в дешевой трагедии никто не хотел.

— Уважаемые! — уважаемые прислушались, ловя каждое слово, — Это ужасная трагедия! И здесь в зале скорби не место веселью и праздности! Вам стоит разойтись по своим комнатам, а лучше покинуть эту обитель печали.

Дядюшка многозначительно посмотрел на дверь, мгновенно раскрытую наемниками, чей внушительный вид говорил: "да, действительно, покинуть гостеприимный дом просто необходимо, а то мало ли что…". Наглядный пример в виде злобных физиономий и различного оружия заставлял работать фантазию, представляя во всех красках, что же это может быть.

— Э-э-э, позвольте, а Вы вообще кто такой, уважаемый? — худой молодой человек в черном протиснулся ближе к лорду, блеклыми голубыми глазами окидывая неподвижное тело женщины, и державшего его на руках мужчины.

Презрительно осмотрев черноволосого парня, дядюшка процедил:

— С кем имею честь?

— Я племянник леди Котбус! И имею право знать, на каком основании Вы приказываете в этом доме? — звонкий голос парня внимательно слушали все гости, довольные развитием событий, и явно не хотевшие покидать сие интересное место.

— На основании представителя пострадавшей стороны, это во-первых, а во-вторых, как имеющий опыт в улаживании различных конфликтов.

— Вы пострадавшая сторона? — некрасиво взвизгнул молодой человек. — Только из-за вас погибла тетушка Галира! Если бы не вы, со своими беспочвенными обвинениями и необоснованными претензиями!

— Так-так, Вы, уважаемый, я так понимаю, любимый племянник покойной? — заинтересованно поинтересовался Геарден. — Какая жалость, такая женщина и погибла во цвете лет…

— Да! И если бы не вы! Вы! Никто не знал… А вы… Это из-за вас она умерла! Да кому нужен этот паршивый Троинь! Он ничейный… тетушка была права… Это вы толкнули ее на шпагу дядюшки! — запальчиво продолжал парень.

— Хватит! — холодный голос лорда прервал излияния молодого человека. — Никто не может обвинить меня в смерти вашей тетушки, это страшная случайность. В своей непричастности я могу поклясться! А вот что вы говорили про Троинь? И про то, что "никто не знал"? И в чем же права была леди Котбус?

— Что? Да как Вы смеете! Вы не можете ничего доказать! — голос племянничка достиг небывалых высот, отчего многие гости поморщились, а леди попытались прикрыть ушки, но тут же убрали ладони, боясь пропустить новую порцию скандала.

— Молодой человек, мне не нужно доказательств, я предположил, и этого достаточно. С Ваших оговорок всем ясно, что городок предполагалось отдать скорее всего в Вашу собственность. А вы были в курсе всех замыслов покойной! Не правда ли, лорд Котбус? — все дружно посмотрели на поникшего лорда.