— Ты прав! Чёрт с ними, — я выдохнула.

Он обнял меня еще крепче.

— Спасибо, — прошептал он мне на ухо.

— Не за что, — я уткнулась носом ему в плечо, вдыхая его умопомрачительный аромат.

Мы стояли так долго, не в силах оторваться друг от друга.

Но, Вадим, как истинный джентльмен, отстранился первым, хотя я ощутила с каким трудом ему это далось.

Мы пошли собирать чемоданы.

Время уже было много.

Тоскана, чёрт возьми.

Мы едем в Тоскану.

*****

Самолёт пошёл на посадку.

За иллюминатором расстилались холмы, кипарисы, золотистая земля, которую я узнала бы из тысячи. Тоскана.

Место, где пять лет назад мы клялись друг другу в вечной любви.

Куда я поклялась себе больше никогда не возвращаться.

И вот я здесь. С ним.

В качестве кого сама не знала.

Вадим сидел рядом, читал какой—то отчёт на планшете.

Он работал всю дорогу, звонил, писал, отдавал распоряжения.

Я смотрела на его профиль: жёсткая линия подбородка, лёгкая щетина, морщины у глаз, которых не было раньше.

Но они не мешали ему оставаться красивым и мужественным, даже наоборот.

— Что ты смотришь? — спросил он, не поднимая головы, почувствовав мой взгляд.

— Пытаюсь понять, зачем я согласилась.

— Все просто потому что ты меня любишь, — он отложил планшет, повернулся ко мне. — И потому что тебе надоело воевать.

— С чего ты взял? — спросила я, понимая, что он видит меня насквозь.

— Ты здесь, — он взял меня за руку и улыбнулся. — Это всё объясняет.

Я не убрала руку, потому, что его прикосновения мне давали сил.

Потому что я устала сопротивляться своим чувствам.

Самолёт коснулся взлётной полосы, пробежал по бетону и постепенно остановился.

За иллюминатором замелькали огни аэропорта Флоренции.

— Нас уже ждет машина, — сказал Вадим, вставая. — Через час будем на месте.

— Ты всё спланировал? — я удивилась тому, что уже даже машина нас ожидает.

— Я всего лишь спланировал неделю, в которой мы оба сможем забыть, кто мы и откуда, забыть все, что нам мешает быть счастливыми.

Мы поднялись со своих мест и направились к выходу.

Глава 18.

Машина ждала нас у выхода из аэропорта.

Черный мерседес с затемненными стеклами, водитель в костюме вежливо открыл мне заднюю дверь, я увидела бутылку воды и фрукты на заднем сиденье.

Вадим ничего не упустил, все по высшему классу, как он любил.

Я села в машину, устроилась поудобнее и смотрела в окно, наслаждаясь видом.

Огни Флоренции остались позади, мы выехали на трассу, и через полчаса потянулись холмы, кипарисы, виноградники

— Ты устала? — спросил Вадим, открывая бутылку с водой и протягивая мне.

— Немного, — я и правда хотела пить.

— Скоро будем на месте, — он откинулся на сидение и прикрыл глаза.

Я даже не спрашивала, куда мы едем.

Мне было всё равно.

Лишь бы не Москва.

Лишь бы не постоянное напряжение последних месяцев.

Машина свернула на грунтовую дорогу, обсаженную кипарисами, и через несколько минут остановилась у двухэтажной виллы из светлого камня.

Узкие окна с синими ставнями, кованые решётки, лаванда вдоль дорожки.

— Узнаешь? — спросил Вадим, открывая мою дверцу.

Я вышла из машины и огляделась. У меня дыхание перехватило.

— Это…

— Да, — он обнял меня за талию. — Та же вилла. Где я сделал тебе предложение пять лет назад.

— Зачем ты привёз меня сюда? — мое сердце сжалось от воспоминаний.

— Чтобы напомнить, с чего всё начиналось, — он посмотрел на меня. — И чтобы начать заново.

Я молчала, не находя слов.

Смотрела на дом, на сад, на холмы, которые помнили нашу первую ночь, наши клятвы, нашу любовь.

— Пойдём, — Вадим взял меня за руку и потянул к дому.

Внутри всё было таким же, как пять лет назад.

Большая гостиная с камином, кухня с деревянными балками на потолке, винтовая лестница на второй этаж.

И запах дерева, настоящего, как запах книги, пронизывающий до самых глубин мозга.

— Твоя комната наверху, — сказал Вадим. — Та же, что и в прошлый раз.

— А твоя? — спросила я с любопытством.

— Рядом, — он улыбнулся. — Можем перестукиваться ...

Я поднялась наверх, зашла в комнату.

Белые простыни, окно с видом на оливковую рощу, на тумбочке стоял засохший букет полевых цветов.

Села на кровать, провела рукой по покрывалу.

Сколько воспоминаний.

Сколько боли и радости одновременно.

Я переоделась и спустилась вниз.

Вадим не услышал, как я спустилась.

Он стоял у плиты, жарил мясо и нарезал овощи.

На столе стояла бутылка кьянти, лежал свежий хлеб и в красивой тарелке лежали оливки.

Я села за стол. Он обернулся и, увидев меня, улыбнулся.

— Я не слышал, как ты спустилась. Ты как шпионка.

Он поставил передо мной тарелку и налил вина.

— За что пьём? — спросил он.

— За новую жизнь, — я подняла бокал.

Мы чокнулись и пригубили пару глотков.

Ужин был восхитительный, мы ели, весело болтали и наслаждались обществом друг друга.

— Вадим, — сказала я, отодвигая тарелку.

— Да? — он внимательно посмотрел на меня.

— Почему ты не сдался? Когда я сказала, что не могу простить. Когда подала на развод. Когда требовала, чтобы ты отпустил меня. Почему ты не сдался?

Он положил вилку и вытер рот салфеткой.

— Потому что я знал…я знал, что ты моя женщина. Даже когда ты меня ненавидела. Даже когда хотела забыть. Даже когда строила стены. Я знал, что рано или поздно ты вернёшься.

— Нагло, самоуверенно конечно, — я подняла бровь и покачала головой.

— Уверенно, — он улыбнулся. — Я люблю тебя, Лина. И ты это знаешь.

Я встала, подошла к нему. Села на колени и обвила руками его шею.

— Знаю, — прошептала я.

Он поцеловал меня.

Нежно, осторожно, боясь спугнуть.

Я ответила.

Потому что устала бояться.

Потому что хотела его. Потому что любила.

Мы целовались так, пока не кончился воздух.

Он весь был горячий как вулкан, вены на шее пульсировали, дыхание было сбивчивым.

Вадим подхватил меня на руки и понёс наверх. В свою комнату.

— Мы договаривались, — сказала я, когда он опустил меня на кровать.

— Я помню, — он навис надо мной, жадно глядя в глаза. — Но я устал ждать.

— Я тоже, — я обхватила ногами его тело и жадно притянула к себе.

В ту ночь мы не спали.

Любили друг друга, говорили, шептали, смеялись.

Забыли про обиды, про развод, про боль.

Были только мы. И Тоскана за окном.

Утром я проснулась от того, что солнечный свет падал на моё лицо.

Вадим лежал рядом и смотрел на меня.

— Доброе утро, — прошептал он, гладя рукой по моей щеке.

— Доброе, — я улыбнулась и снова закрыла глаза.

— Ты такая сладкая, — он поцеловал меня в щеку.

Сладкая?

Опять это слово…

Но сейчас мне нравилось, что он так меня назвал.

Это звучало так…что я понимала, как он соскучился.

— Я что—то не то сказал? — он заметил, что я напряглась после его слов.

— Нет, я просто прислушиваюсь к себе…и знаешь… я хочу попробовать, — я прижалась к нему. — По—настоящему. Без оглядки. Без страха.

— Не пожалеешь?

— Не знаю, — честно сказала я. — Но я хочу рискнуть.

Он крепко поцеловал меня своими горячими, мягкими губами и по мне вновь прокатилась волна трепетного счастья.

— Я рядом, — сказал он, нежно гладя меня по спине. — Всегда буду рядом.

Вместо запланированной недели мы провели на отдыхе целых две.

Две недели мы наслаждались друг другом.

И эти две недели в Тоскане пролетели как один день.

Мы гуляли по холмам, ездили в Сиену, пили вино на веранде, смотрели на звёзды.

Занимались любовью.

Говорили о книгах, о фильмах, о будущем. Молчали. Смеялись.

Ссорились по пустякам и мирились через пять минут.