Император Аменемхет Мудрый после ночного происшествия находился в скверном расположении духа. Хотя происшествие, это мягко сказано, на самом деле случившееся было настоящей катастрофой.

Хотя могло быть и хуже. Поначалу Император даже решил, что Источник предал его и теперь повинуется новому хозяину. Но быстрая проверка показала, что источник по-прежнему откликается на зов Императора и послушен его воле. Но это не отменяло того факта, что теперь появился ещё один человек, прошедший ритуал Единения с Источником и который может повелевать потоками энергии Жаровни наравне с самим Императором.

Незнакомец после ритуала исчез, и пока было непонятно, что он предпримет в дальнейшем. Император знал, что по завершении ритуала, Источник по требованию обретшего Власть, может переместить его в любое место, включая и другие Миры. Поэтому таинственный незнакомец может сейчас находиться где угодно. Скорее всего, в столице его не было, поскольку Император чувствовал всех сильных магов, подключённых напрямую к Источнику.

На ночном происшествии неприятности не закончились. К концу дня пришли сообщения из приграничных с Королевством Ночи провинций. Огромная, стотысячная армия противника, пришла в движение, передовые отряды пересекли границу и стремительно двигались вглубь страны. Вторжение началось.

Армия Империи была в целом готова к войне. Передовые заслоны уже вступили в контакт с отрядами противника. Численность имперской армии, готовой выдвинуться навстречу войскам противника, составляла тоже порядка ста тысяч, так что силы были примерно равны.

Но существовала большая проблема. По данным разведки, вторгшуюся армию Королевства Ночи возглавляли, брат короля Ночемира, герцог Маробод и королевский сын, принц Аларих. Оба они были Архидемонами на пике развития, а возможно, даже слабыми Лордами демонов.

Сам Император считался Высшим магом, но на самом деле, благодаря Ритуалу Единения с Источником, он уже достиг ранга полубога. Поэтому в сражении двух армий силы главных магов были бы примерно равны.

Но проблема заключалась в том, что Император в сложившихся обстоятельствах не мог покинуть столицу. Уже не являлось секретом, что в столице зреет заговор и стоит только Императору покинуть столицу, как заговорщики выступят, захватят столицу и ударят императорской армии в спину.

Поэтому Император не мог возглавить армию. В то же время не отправить армию навстречу вторгшимся войскам противника было нельзя, поскольку если не преградить им путь, то вскоре они захватят половину Империи, разобьют по частям войска провинций и затем двинутся на столицу.

Но армия без Императора будет обречена на поражение. Даже все Архимаги Империи не смогут дать должный отпор двум чудовищам, возглавляющим армию вторжения. Императорская армия неизбежно будет разгромлена в сражении.

Проблема, стоящая перед Императором, выглядела неразрешимой. Однако и промедление в принятии решения было смерти подобно.

Когда Стефан исчез, Фридрих поначалу обеспокоился. Приятель пропал неожиданно, и Фридрих решил, что тот попал в неприятности. Но Ширин беспокойства не проявляла и заявила, что господин может сам о себе позаботиться. Она явно что-то знала, но делиться информацией с Фридрихом не спешила. Хотя после ночного покушения они стали достаточно близки и спали теперь в одной постели.

А потом Фридриху стало не до тайн приятеля. Армия Королевства Ночи вторглась в Империю и было объявлено военное положение.

Хотя для его дел введение военного положения и ночного комендантского часа оказалось большим плюсом. Многочисленные военные патрули существенно затруднили действия диверсионных групп Королевства Ночи.

А поскольку в группы охраны важных для армии персон кроме армейских бойцов из специальных частей теперь были включены маги, способные видеть ауры, то полудемонам-оборотням стало трудно подобраться к охраняемым персонам, поскольку их замечали ещё издалека.

Более того, теперь в срочном порядке в столицу собирали магов, способных видеть ауры, даже слабосилков, и включали их в состав военных патрулей. Поэтому боевые группы диверсантов выявляли одну за другой и вскоре те из них, которые ещё не были уничтожены, были вынуждены затаиться.

Так что определённые успехи в выполнении стоящих перед Столичной Стражей задач, были.

А вот с противоборством действиям заговорщиков дела обстояли не так радужно. Сторонников Императора продолжали убивать, и пока Фридрих и его подчинённые ничего не могли с этим поделать.

К тому же Канцлер Кальпурий требовал бросить все силы на защиту важных для армии персон, мотивируя это начавшейся войной. И хотя формально он был прав, но Фридриху не нравилось, что фактически указания Канцлера способствуют действиям заговорщиков. У Фридриха даже начали закрадываться подозрения, что делается это не без участия агентов заговорщиков в Имперской Канцелярии, которые вводят в заблуждения Канцлера, заставляя недооценивать опасность внутренних врагов.

Неожиданно последовал вызов во дворец Императора. Лейтенант Императорской Гвардии в сопровождении десятка гвардейцев и двух боевых магов третьего ранга явился к Фридриху поздно вечером, что было до крайности необычно.

Фридрих занервничал, но на арест это не было похоже. По дороге Фридрих гадал, кому это он мог так срочно понадобиться во дворце. В голову лезли всякие догадки, но чего Фридрих не ожидал, так это того, что его проведут прямо в один из кабинетов Импертора.

И хотя не так давно Фридрих уже встречался с монархом, но тогда он сопровождал Маршала Регенсберга и Канцлера Кальпурия. Но сейчас никого постороннего в кабинете не было, и Фридрих очутился с Императором с глазу на глаз, такая приватность точно не сулила ничего хорошего.

Император сидел за огромным столом, сделанным из необычного дерева, которое мягко светилось изнутри тёплым желтоватым светом. Он некоторое время молча рассматривал стоящего навытяжку Фридриха, а затем махнул рукой:

— Расслабься. В целом я доволен твоей работой, — после чего предложил Фридриху присесть в массивное кресло, стоящее перед столом.

Фридрих опустился в предложенное кресло, однако расслабляться и не подумал. Ночной вызов и личная беседа с Императором наедине явно указывали на чрезвычайную ситуацию, но пока Фридрих не представлял о чём пойдёт речь.

— Ты и твои люди неплохо справились с задачей обеспечения безопасности важных для армии персон и насколько я понимаю, диверсионные группы противника потерпели ряд неудач, а большинство из них к настоящему моменту или уничтожены, или затаились.

Это хорошо. Но в то же время продолжаются нападения на близких к трону людей и их гибель, дело рук уже не шпионов Королевства, а неких заговорщиков. И несмотря на все усилия, гибнут всё более важные для безопасности государства люди. И в этом направлении успехи Столичной Стражи не радуют. Также у нас пока нет никакого представления об этих заговорщиках и тех, кто с ними связан. И мне не совсем понятно, почему в то время как противодействие хорошо подготовленным шпионам Королевства протекает весьма успешно, ситуация с заговорщиками становится всё более опасной. В чём причина?

— Я не снимаю с себя вины, Ваше Императорское Величество, — напрягся Фридрих. — Частично отсутствие успехов объясняется тем, что нам приходится иметь дело с аристократами. В отличие от тех, кто связан с армией или имеет с ней дела, аристократы не выполняют наши рекомендации по организации охраны, не разрешают нашим людям сопровождать их во многие места, рассчитывая на свою охрану. Кроме того, моих людей не всегда допускают до расследований, ведущихся по фактам таких покушений, этим занимаются следователи Тайной Канцелярии, которые в большинстве случаев не делятся с нами деталями расследования и не позволяют опрашивать важных персон.

Но основная причина даже не в этом. У меня имеется прямое указание Канцлера Марка Кальпурия сосредоточить все усилия Столичной Стражи на защите связанных с армией персон от диверсантов Королевства Ночи. Канцлер счёл, что дела высшей знати и политические вопросы, а это именно всё что касается заговорщиков, не наше дело, поскольку этим занимается Тайная Канцелярия. Поэтому мы должны помогать следователям Тайной Канцелярии и агентам, но самим проявлять инициативу и лезть в детали расследования, нам не рекомендовано.