Слова ударили слишком точно. Алина резко отвела взгляд. Потому что он был прав. И именно это оказалось самым страшным.

---

Всю оставшуюся дорогу домой слова Давида не выходили из головы. «Будто всё ещё ждёшь разрешения жить дальше». Как он вообще сумел так точно попасть в самое больное?

Алина медленно поднялась к квартире и только возле двери поняла, насколько устала. Внутри.

В квартире было тихо. Но теперь эта тишина уже не казалась такой мёртвой, как раньше.

Алина сняла пальто, включила свет на кухне и неожиданно поймала себя на мысли, что впервые за долгое время ей не хочется просто лечь и исчезнуть до утра.

Телефон снова завибрировал. Сообщение от Артёма: «Ты сбрасываешь звонки».

Она смотрела на экран несколько секунд. Потом всё-таки ответила: «Я была занята».

Сообщение прочиталось почти сразу. «Чем?»

Сейчас внутри неприятно кольнуло. Почему он всё ещё разговаривает с ней так, будто имеет право требовать отчёт?

Алина уже собиралась убрать телефон, когда пришло новое сообщение: «Можно я приеду?»

Она медленно села на стул и прикрыла глаза. Какая-то часть её всё ещё хотела услышать, что Артём ошибся. Что всё можно вернуть. Но рядом с этой мыслью теперь постоянно вставал другой образ.

Алина резко открыла глаза. Нет.

Телефон снова мигнул. «Алина?»

Она тяжело выдохнула и всё-таки набрала ответ: «Не нужно приезжать».

Долгая пауза. Потом: «У тебя кто-то появился?»

В груди что-то неприятно сжалось. Почему мужчины начинают замечать женщину только тогда, когда чувствуют угрозу?

Алина медленно напечатала: «Нет».

Ответ пришёл неожиданно быстро: «Тогда почему ты так изменилась?»

Она долго смотрела на эти слова. Изменилась? Нет. Она просто перестала цепляться за него так отчаянно. И Артём сразу это почувствовал.

Алина заблокировала телефон и отложила его в сторону.

---

Через несколько минут в дверь позвонили.

Сердце снова резко ударило. Господи. Только не Артём.

Она подошла к двери осторожно, даже не понимая, почему вдруг начала нервничать.

За дверью стояла Лера. С пакетом еды и подозрительно довольным выражением лица.

— Я принесла вино.

Алина выдохнула.

— Ты сейчас выглядишь как спасение.

— Конечно. Я всегда спасение.

Лера быстро прошла на кухню и сразу заметила напряжённое выражение лица подруги.

— Так. Что случилось?

Алина поставила чайник.

— Ничего.

— Врёшь. — Лера прищурилась. — Он звонил?

— Да.

— И?

— Хотел приехать.

Подруга закатила глаза.

— Конечно. Потому что мужчины очень любят возвращаться, когда женщина перестаёт за ними ползать.

— Звучит ужасно.

— Зато правда.

Лера достала бокалы.

— Ты отказала?

— Да.

— Умница.

Алина опустилась на стул. Несколько секунд молчала. Потом тихо сказала:

— Я сегодня ездила с Аслановым на одну из точек.

Лера моментально подняла голову. Слишком быстро.

— О-о.

— Не начинай.

— Я ещё ничего не сказала.

Но выражение лица у неё стало слишком хитрым. Алина почувствовала раздражение.

— Между нами ничего нет.

— Я опять ничего не сказала.

— Лера.

Подруга рассмеялась.

— Ладно, ладно. Просто расскажи.

Алина замялась. И именно это оказалось самым странным. Она не собиралась рассказывать о Давиде. Но мысли о нём всё равно постоянно возвращались.

— Он странный.

— В каком смысле?

— Очень спокойный.

— Это плохо?

— Нет... Просто рядом с ним всё время ощущение, будто он замечает больше, чем говорит.

Лера внимательно посмотрела на неё.

— И тебя это нервирует?

Алина отвела взгляд.

— Немного.

— Или нравится?

Тишина повисла слишком длинная. Лера медленно улыбнулась.

— Алина.

— Не смотри так.

— Как?

— Будто уже всё придумала.

Подруга фыркнула.

— Я пока ничего не придумала. Но впервые за две недели ты говоришь не только об Артёме.

И вот это неожиданно заставило Алину замолчать. Потому что Лера снова оказалась права.

---

Позже вечером, когда подруга уже ушла, Алина долго стояла возле окна с кружкой чая. Во дворе медленно проезжали машины, в чужих окнах горел свет, где-то смеялись люди.

Телефон коротко завибрировал ещё раз. Номер неизвестный.

Она нахмурилась и открыла сообщение.

«Завтра не опаздывай. У нас проверка».

Ни подписи. Ничего.

Но Алина сразу поняла, кто написал.

Глава 4. «Я не привык повторять»

Следующие несколько дней превратились в испытание.

Давид требовал внимания к деталям, к документам, к клиентам. Ни одной поблажки. Ни одного послабления. Он проверял всё, что попадало под её руки, и находил ошибки там, где другие не заметили бы.

— Здесь сумма не совпадает с прошлым отчётом.

Алина склонилась над бумагами.

— Но я сверяла...

— Ещё раз.

Она перепроверила. И нашла. Действительно, расхождение.

— Я пропустила.

— Ты торопилась.

Он говорил это не с упрёком. Констатировал факт. И это злило больше, чем если бы он кричал. Потому что рядом с ним хотелось быть безупречной. И она не понимала, почему.

— Буду внимательнее.

— Давно пора.

Алина подняла глаза. Давид смотрел на неё спокойно, но в этом спокойствии было что-то, отчего внутренности скручивало.

Она первая отвела взгляд.

---

К концу недели напряжение достигло предела.

Алина работала допоздна, проверяя договоры, и не заметила, как все разошлись. Оксана махнула рукой на прощание, Кирилл бросил быстрый взгляд и вышел. Стало тихо.

Она потянулась, хрустнув шеей, и вдруг услышала шаги.

Давид.

Он вошёл в кабинет, остановился напротив.

— Опять задержалась?

— Хочу закончить.

— Опасно.

— Что?

— Привыкать к такому ритму.

Алина усмехнулась.

— Я уже привыкла.

Давид несколько секунд смотрел на неё. Потом сел напротив, откинулся на спинку стула.

— Почему ты не боишься меня?

Вопрос застал врасплох.

— А должна?

— Все боятся.

— Может, я ненормальная.

Уголок его рта дрогнул.

— Может.

Они смотрели друг на друга. Тишина стала тяжелее, гуще.

— Ты не такая, как я думал.

— А какой вы меня представляли?

— Жалкой. Сломленной.

Алина усмехнулась.

— Я и была такой. Первую неделю.

— А теперь?

— Теперь просто злая.

Давид наклонил голову.

— Злость — хороший двигатель.

— Вы так говорите, будто сами через это прошли.

Он не ответил. Просто смотрел. И в этом молчании было столько непроговоренного, что Алина вдруг почувствовала — он знает, что такое быть сломленным. Возможно, даже лучше, чем она.

— Давид Русланович...

— Зови меня по имени.

Она замерла.

— Вне работы.

— Это уже вне работы?

Давид не ответил. Поднялся, подошёл ближе. Остановился в опасной близости. От него пахло дорогим парфюмом, кофе и чем-то ещё — глубоким, мужским.

— Ты нравишься мне.

Сердце пропустило удар.

— Что?

— Я не привык повторять.

Алина подняла глаза. Он смотрел серьёзно. Без тени улыбки.

— Это... неожиданно.

— Для меня тоже.

— Вы мой начальник.

— Я знаю.

— Это неправильно.

— Возможно.

— Тогда зачем говорите?

Давид наклонился ближе. Так близко, что она почувствовала тепло его дыхания.

— Потому что устал делать вид.

Алина не дышала. Внутри всё кричало, что надо отстраниться, сказать что-то резкое, уйти. Но тело не слушалось.

— Давид...

— Я не тороплю тебя. — Его голос стал тише. — Просто хочу, чтобы ты знала.

Он выпрямился и отошёл к двери.

— Закрывай офис. Подвезу до дома.

— Я на такси...

— Алина.