Такси остановилось. Алина назвала адрес и отвернулась к окну. В отражении мелькнуло собственное лицо — бледное, уставшее, с потухшим взглядом.

Когда-то Артём смотрел на неё иначе. Или ей опять только казалось?

В окнах их квартиры горел свет кухни. Ещё утром она накрывала там стол. Покупала любимое вино, торт. Смеялась над собой, выбирая подарок. Она верила, что ещё можно всё исправить.

Алина долго стояла в прихожей, не включая свет. Сняла туфли. Прошла на кухню. Открыла холодильник. Торт стоял на полке. Она смотрела на него несколько секунд, потом резко захлопнула дверцу — глаза защипало.

Нет. Она не будет плакать из-за человека, которому стало стыдно рядом с ней.

Телефон снова завибрировал. Сообщение: «Давай поговорим дома».

Алина смотрела на экран, нажимая «Заблокировать». Не сегодня. И уже никогда.

---

Алина проснулась от звука ключей в замке. Несколько секунд лежала неподвижно, глядя в потолок. За окном темно. В квартире — тяжёлая тишина, нарушаемая только металлическим звоном в прихожей.

Артём вернулся.

Она не заметила, как уснула. После ресторана Алина долго сидела на кухне в темноте, пока за окнами не начал сереть рассвет. Организм просто отключился. Теперь всё по-настоящему. Не страшные мысли. Не подозрения. А настоящая измена. Настоящее унижение.

Шаги в коридоре. Медленные. Осторожные. Будто он уже понимал: дома его ждут не разговоры — последствия.

Дверь спальни открылась. Артём замер на пороге. На нём та же одежда, что вчера. Белая рубашка измята, волосы растрёпаны, под глазами синие круги. Но жалости Алина не почувствовала. Только пустоту.

Он тихо закрыл дверь.

— Ты не отвечала. — Голос хриплый.

Алина медленно села, подтянула к себе плед.

— А должна была?

— Давай нормально поговорим.

Вот так. Будто это обычная семейная ссора. Будто вчера он не уничтожил её несколькими фразами.

— Ты любишь её?

Он молчал слишком долго.

— Я не знаю.

— А меня?

Артём закрыл глаза.

— Всё сложно.

Алина усмехнулась. Мужчина прожил с ней почти десять лет, изменял несколько месяцев, унижал за спиной — и теперь не может ответить на простой вопрос.

— Нет. — Её голос был тихим. — Не сложно.

Он посмотрел внимательнее.

— Ты просто больше меня не хочешь.

В комнате стало тихо.

— Я не хотел, чтобы ты узнала вот так, — сказал он.

Как благородно. Алина почувствовала, как внутри поднимается злость. Впервые за долгое время — не боль, не отчаяние. Именно злость.

— А как ты хотел?

Он раздражённо отвёл взгляд.

— Не начинай.

— Объясни. Ты собирался и дальше жить со мной, пока спишь с другой?

— Я пытался разобраться.

— В чём?

— Господи, Алина, ты правда ничего не замечала?

Она замолчала. Замечала. Каждый день. Просто боялась назвать вслух.

— Мы давно несчастливы.

— Ты решил это за двоих?

— Ты сама видела.

Да. Видела. Только всё ещё пыталась удержать брак.

— Я устал жить так.

Эти слова прозвучали обвинением. Будто виновата она. Будто это Алина разрушила всё между ними.

— Из-за меня?

Он снова не ответил.

Алина медленно поднялась с кровати. Ноги дрожали от напряжения, от усталости. Она чувствовала себя человеком, которого слишком долго держали под водой.

— Скажи честно. Тебе стыдно быть рядом со мной?

Он отвернулся. Даже сейчас. Даже после всего. Не мог заставить себя сказать это прямо.

Алина прошла мимо него к шкафу. Резко распахнула дверцу.

— Что ты делаешь?

— Собираю твои вещи.

— Не надо устраивать драму.

Драма. Любимое слово мужчин, которые уничтожают чужие жизни. Будто измена — просто неудобный момент.

Алина достала первую рубашку, бросила на кровать. Потом вторую. Третью.

— Успокойся.

— Я спокойна. — Это было почти правдой. После вчерашнего внутри почти ничего не осталось.

— Нам нужно всё обсудить.

— Ты уже всё обсудил вчера.

Он резко замолчал. Алина продолжала складывать вещи механически, не позволяя себе остановиться. Если остановится — снова начнёт чувствовать. А это слишком опасно.

Артём подошёл ближе.

— Я не хотел тебя унижать.

Она подняла на него глаза.

— Но унизил.

— Ты не понимаешь...

— Нет. Это ты не понимаешь.

Голос всё-таки дрогнул. Алина отвернулась, сжимая пальцами его рубашку.

— Я последние месяцы жила с ощущением, что со мной что-то не так. Старалась похудеть. Покупала платья, которые неудобны. Сидела на диетах. Смотрела, как ты отворачиваешься, и всё равно пыталась сохранить этот брак. А ты просто стыдился меня.

Артём устало прикрыл глаза. Это выглядело хуже оправданий. Будто она действительно была тяжёлой обязанностью.

— Алина...

— Уйди.

— Что?

— Просто уйди.

— И куда мне идти?

Эти слова стали последней каплей. Алина нервно рассмеялась — почти зло.

— Не знаю. К той, с которой тебе легко.

Артём поморщился. Он не любил, когда разговор становился прямым. Потому что тогда приходилось видеть себя настоящего.

— Не нужно всё превращать в цирк.

— Цирк был вчера.

Он смотрел тяжёлым взглядом. В какой-то момент Алина поняла страшную вещь: он уже мысленно ушёл. Давно. Может, ещё до измены. Может, в тот момент, когда впервые посмотрел на неё не как на любимую женщину, а как на проблему. И сейчас рядом с ней стоял человек, который просто не хотел чувствовать себя виноватым.

Вот и всё. От этого стало холодно. Очень.

Артём медленно сел на край кровати.

— Я не хотел, чтобы всё закончилось так.

Алина почувствовала странную усталость. Даже злиться больше не получалось.

— Но закончилось.

Он поднял на неё взгляд.

— Что ты теперь будешь делать?

Хороший вопрос. Потому что она сама не знала. Вся её жизнь последние годы была построена вокруг этого мужчины. Его графика. Привычек. Настроений. И теперь остались только пустая квартира и чувство стыда.

Телефон Артёма завибрировал. Оба машинально посмотрели на экран. Кристина. Он быстро перевернул телефон. Слишком поздно.

Алина медленно кивнула.

— Уходи.

На этот раз он не спорил. Молча поднялся и начал собирать вещи. Это оказалось больнее скандала. Никаких попыток удержать. Никаких «Я всё исправлю». Будто их брак действительно закончился ещё раньше.

Через сорок минут в прихожей стояли два больших чемодана.

Артём застегнул куртку, посмотрел на Алину. Она стояла у стены, обхватив себя руками. Потерянная. Но почему-то именно сейчас он впервые выглядел виноватым.

— Я буду помогать с деньгами.

Эта фраза ударила неожиданно сильно. Не жена. Не любимая женщина. Проблема, которую нужно содержать после развода.

Алина открыла дверь.

— Просто уходи.

Он задержался ещё на секунду. Будто ждал слёз, истерики, просьбы остаться. Но Алина больше не могла унижаться. После вчерашнего.

Артём вышел в подъезд. Дверь закрылась. Щёлкнул замок.

И в квартире стало так тихо, что заложило уши.

Алина ещё несколько секунд стояла неподвижно. Потом медленно сползла по стене на пол. Только сейчас слёзы пошли. Тихо. Беззвучно. Будто внутри больше не осталось сил даже на боль.

Глава 2. «Мужчина не должен быть всей жизнью»

Первые дни после ухода Артёма слились в один длинный серый ком.

Прошла неделя. Алина почти не выходила из квартиры. Шторы оставались закрытыми даже днём, телефон лежал на беззвучном, часы перестали иметь значение. Иногда она ловила себя на том, что просто сидит на кухне с кружкой давно остывшего чая и смотрит в стену.

Квартира без Артёма ощущалась странно. Слишком пусто. Но хуже было другое: она продолжала ждать. Слышать шаги в подъезде, привычный звук ключей, сообщение. Хоть что-нибудь. И каждый раз ненавидела себя за это.