– И почему тебя заперли? – добавила Марта.

Я посмотрела на них. На свои руки.

– Хотите знать, что я натворила? – горько усмехнулась я. – Смотрите.

Я подняла руку, сосредоточилась. Это оказалось так легко – всего лишь захотеть, и сила откликнулась. Из кончиков пальцев вырвался огонёк.

Красный. Ярко-красный, как кровь. Он плясал над моим указательным пальцем, отбрасывая багровые блики на лица подруг.

Ли побелела.

Марта открыла рот, так и осталась.

– Это... – прошептала Ли. – Это же...

– Магия крови, – закончила я за неё. И погасила огонёк.

Тишина в камере стала такой плотной, что её можно было резать ножом.

– Ты... ты маг крови, – выдохнула наконец Ли.

Я кивнула.

– Внучка Ричарда АмБрокса. Помните? Вы сами слышали тот разговор. А сегодня мой дар проснулся. И проснулся именно так.

Марта сглотнула.

– Так вот почему тебя заперли.

– Да. – Я обхватила колени руками. – Каэлен сказал, что по закону обязан меня задержать. Что дозорные засекли всплеск и теперь Совет будет решать мою судьбу. – Мой голос дрогнул. – И ушёл.

– А медальон? – спросила Ли.

– Забрал. Как вещдок.

Ли выругалась. Коротко, ёмко, очень по-своему.

– Предатель, – сказала она. – Я же говорила, что всем этим мужикам нельзя верить.

– Ли! – одёрнула Марта.

– А что Ли? Она права, – я уткнулась лицом в колени. – Я думала... я надеялась, что он другой. А он...

Я не договорила.

– Элина, – Марта осторожно погладила меня по плечу. – Может, у него нет выбора? Может, он пытается тебя защитить?

– Защитить? – я вскинула голову. – Защитить запиранием в камере и отбиранием медальона? Да он даже не спросил, как я себя чувствую! Ему важно только одно – закон! Долг! Правила!

– А что теперь будет? – тихо спросила Ли.

Я выдохнула.

– Не знаю. Совет решит. Может, казнят. Может, сошлют куда-нибудь. Может, запрут навсегда в каком-нибудь подземелье. – Я горько усмехнулась. – Хороший выбор для внучки мага крови, правда?

Ли вскочила.

– Я не дам тебя казнить!

– Ли, тихо! – зашипела Марта.

– А что тихо?! – Ли заметалась по камере. – Мы должны что-то сделать! Вытащить её отсюда! Спрятать!

– Куда спрячешься от всего Аэлендора? – устало спросила я. – От Совета? От магов крови, которые охотятся за мной? От Каэлена, который теперь мой тюремщик? Лучше бы я не оставалась здесь, а вернулась к себе домой.

– Но не сидеть же сложа руки!

Марта молчала. Смотрела на меня серьёзно, внимательно.

– Элина, – сказала она наконец. – Твой дар... он сильный?

– Аурус сказал, очень. Что я даже ромашку гигантскую сожгла одним ударом.

– А ты можешь его контролировать?

Я задумалась. Огонёк зажёгся легко. Но то, что вырвалось из меня на поляне, было не контролем – чистой эмоцией. Злостью. Отчаянием.

– Не знаю, – честно призналась я. – Наверное, нет.

– Тогда бежать пока рано, – заключила Марта. – Сначала надо узнать, что решит совет. А потом уже...

– Потом что?

– Потом посмотрим. – Она встала. – Мы будем рядом. Что бы ни случилось.

Ли кивнула.

– Мы тебя не бросим.

Я смотрела на них и чувствовала, как тепло разливается по груди.

– Спасибо, – прошептала я. – Вы даже не представляете, как это важно.

– Представляем, – отрезала Ли. – А теперь ложись спать. Завтра тяжёлый день. А мы пойдём, пока нас не хватились.

Они двинулись к двери.

– Ли, Марта, – окликнула я. Они обернулись. – Если Совет решит... ну, вы понимаете... если меня...

– Не смей даже думать об этом, – перебила Ли. – Мы что-нибудь придумаем. Обязательно.

Дверь закрылась.

Я осталась одна в темноте, глядя на красные искры, которые всё ещё плясали на кончиках моих пальцев.

Глава 12

Я сидела в темноте, глядя на свои руки. За окном было серо и уныло, накрапывал дождь. Красные искры всё ещё плясали на кончиках пальцев, будто не хотели угасать. Магия крови. Моя магия. Та, из-за которой меня теперь считают преступницей.

– Дурак, – прошептала я снова. – Какой же ты дурак, Каэлен.

Было больно и обидно, что именно он сдал меня. Надо было тогда в поле не сдаваться ему в руки, а бежать. Только вот куда? Я за полгода, что училась в академии наружу почти не выходила и нигде не была. Пару раз только у эльфов.

За дверью послышалось шарканье. Кто-то шёл медленно, тяжело. Я узнала бы эту походку из тысячи.

Так ходил только Фейн.

Дверь отворилась, и в проёме показался смотритель с подносом в руках. Принёс еду. Значит, решили всё-таки покормить меня.

– Жри, – буркнул он, ставя поднос на пол у порога. – А то отощаешь раньше времени.

Я промолчала. Смотреть на него не хотелось. Он вызывал стойкое чувство отвращения.

Фейн отошёл от стола, что-то бормоча себе под нос. Сначала я не вслушивалась – мало ли что ворчит старый хрыч, – но потом до меня дошёл смысл этих бессвязных слов.

– Скоро, скоро... – бормотал он, косясь на меня. – Дождёшься своего... Скоро...А то посмотрите на неё, какая важная... Думаешь, тебе всё разрешено? Магией пуляться где попало...

Я насторожилась.

– Вы о чём? – спросила я, вглядываясь в его лицо.

Фейн криво усмехнулся. В свете тусклой сферы его морщинистое лицо казалось особенно зловещим.

– А ты ещё скажи, не знаешь, – прошамкал он. – Казнить тебя будут. Прямо завтра, на рассвете. Совет уже постановил.

У меня перехватило дыхание. Может, мне всё это снится?

– Казнить? – прошептала я. – Как казнить? Просто за магию?

Фейн заковылял обратно ко мне, остановился в двух шагах. От него пахло грязной одеждой и старой кожей.

– А ты думала, в Академии шутки шутят? – он наклонился, и я увидела в его мутных глазах мерзкий, торжествующий огонёк. – Магия крови – это смертный приговор, девочка. И не важно, чья ты там внучка и чья невеста. Каэлен хоть стоит за тебя горой, но таких, как ты, здесь не терпят. Поняла?

Я смотрела на него и чувствовала, как внутри закипает та самая красная магия. Она рвалась наружу, требовала выхода. И я знала, одного удара достаточно, чтобы мерзкий старик исчез навсегда. Вот только мои нравственные и моральные ценности не позволяли применить свою силу. Забрать жизнь у кого-то, пусть даже у мерзкого старикашки, это ответственность.

– Вот теперь и знать будешь, – Фейн выпрямился, довольно хмыкнул и, забрав поднос, зашаркал к двери. – Сиди, жди. Недолго осталось.

Дверь лязгнула, закрываясь.

Я сидела, глядя в одну точку. Мысли неслись с бешеной скоростью.

Казнь. Самая настоящая казнь. И даже не выслушали, слово не дали сказать. Каэлен стоит за меня горой, но Совет постановил. Значит, он проиграл. Значит, он не смог меня защитить.

Или не захотел?

Нет. Сейчас не время для обид. Сейчас надо думать, как выжить.

Я вскочила с койки. Метнулась к двери – заперто, конечно. Окно – решётка, даже не подступиться. Да и за окном неизвестно что. А я пока летать не научилась.

Что у меня есть? Только магия, которую я не умею контролировать, и злость, которой хоть отбавляй.

Я подошла к двери, прислушалась. Тишина. Вроде Фейн ушёл.

Я подняла руку, сосредоточилась на замке. Если я смогла одним ударом испарить ромашку, то наверно и с дверью справлюсь.

Красный шар сформировался почти мгновенно – быстрее, чем я успела подумать. Секунда на раздумье. Удар.

Замок взорвался с оглушительным грохотом. Дверь распахнулась, и я вылетела в коридор. И чуть не запнулась о тело Фейна. Видимо, он стоял за дверью, когда ударила магией. Но на сожаление времени не было.

– Прости, Фейн, – прошептала я, перешагивая через его распростёртое тело. – Но умирать сегодня я не планирую.

Я бежала. Ноги несли сами, сердце колотилось в горле. Коридоры мелькали один за другим – знакомые, родные, но теперь такие чужие.

Мне нужен был медальон. Где Каэлен мог его спрятать? В кабинете? В спальне? В сейфе?