Также, товарищи, посмотрите, во что одет человек, претендующий на то, чтобы стать членом коммунистической партии, будучи студентом, – сказал Бляхин. – На нем же из отечественной одежды ничего и нет. Все импортное. Наверняка стоит больших денег. Товарищи, откуда у студента деньги на импортную легковую машину и импортную одежду?

Позволю себе предположить, что эта новая красивая одежда и импортная машина появились из-за тесных связей Ивлева в стране НАТО Италии. Являющейся нашим вероятным противником, если завтра вдруг начнется война и уничтожающей коммунистов прямо сейчас.

– Но теперь-то у вас все, товарищ Бляхин? – с неким намеком в голосе произнес Гусев.

– Все, товарищ Гусев, – сказал Бляхин. – Все, что я хотел сказать, я сказал. Попрошу еще раз вас, товарищи, не пропускать подобного рода граждан в ряды Коммунистической партии Советского Союза. У нас все же есть необходимость поддерживать чистоту наших рядов. И я уверен, что товарищ Ивлев явно не должен в них состоять.

Выкликнув очередную агитку, Бляхин наконец сел на свое место.

– С учетом высказанных претензий товарища Бляхина, я думаю, товарищи, что нам нужно предоставить слово самому кандидату в члены партии Павлу Ивлеву. Есть ли у кого возражения по этому поводу?

Возражений ни у кого не обнаружилось. Ну а что – бесплатный цирк все любят! Нудная процедура принятия в партию вдруг обернулась ярким шоу.

– Слово предоставляется товарищу Ивлеву, – сказал Гусев.

Я встал, вышел вперед, став так, чтобы видеть и зал, и президиум. Пока что меня поднятые Бляхиным вопросы устраивали, что-то такое я от него и ожидал услышать. Поэтому подготовился.

Про импортную одежду он вообще зря высказался. Это же МГУ, в нем подавляющее большинство участников партсобрания активно за рубеж выезжает. Да тут каждый второй в зале сейчас сидел в импортном костюме. Он, по сути, своим заявлением сейчас всех их к врагам народа причислил. А из оставшихся большинство было в костюмах, сделанных по индпошиву. Что сейчас воспринимается как бы не круче, чем импортная одежда.

– Давайте, товарищи, вначале разъясним второй пункт обвинений, выдвинутых товарищем Бляхиным, который неожиданно для меня вдруг воспылал интересом к тому, как я одеваюсь. Товарищи, неужели Владимир Ильич Ленин, Карл Маркс и Фридрих Энгельс мечтали о том, что на пятьдесят седьмом году строительства социализма в отдельно взятой стране люди будут ходить в ней в рубищах? Да еще будут приходить в таком виде на такое важное мероприятие, как партийное собрание, на котором рассматривается членство в Коммунистической партии?

Я сделал небольшую паузу, а затем продолжил:

– Товарищ Бляхин почему-то удивлен, что я прилично оделся. А я бы счел невозможным для себя, учитывая важность для меня этого мероприятия, прийти сюда в чем-то менее солидном. Вступление в Коммунистическую партию Советского Союза – это очень торжественный момент для меня. Единственный, уникальный в моей жизни. И мне, конечно, хотелось на нем выглядеть также, как на фотографиях, что мне попадали в руки, выглядели Карл Маркс, Фридрих Энгельс и Владимир Ленин. Они вовсе не разделяли концепцию товарища Бляхина, что на ответственные мероприятия надо плохо одеваться.

Не стал уже говорить, что Фридрих Энгельс самый модный из них всех был. На фотографиях у него еще и жилетка имеется обычно, помимо пиджака, и цепочка от часов свисает небрежно… И уж точно не стальная, а минимум серебряная, а то и золотая. Вот уже чего сейчас везде хватает, так это портретов этой троицы. Даже здесь, в нашем зале, висит портрет Ленина в приличном костюме и галстуке. Я не стал на него показывать, потому что, когда начал ссылаться на стиль одежды классиков марксизма-ленинизма, все и так на него тут же с интересом уставились. Ильич мои слова своим видом подтвердил.

– Так что претензия по поводу одежды была бы более уместна, если бы тут было не заседание партийного собрания Коммунистической партии, а собрание какой-то религиозной организации. Я не очень сведущ по этому направлению, но знаю, что точно были такие, в которых нужно было ходить в рубищах, да еще и плеткой себя хлестать, чтобы мало не показалось. Товарищу Бляхину стоит осмыслить, в ту ли именно организацию он вступал, если ждет этого от кандидатов в члены Коммунистической партии Советского Союза? Возможно, ему стоит выйти из нашей партийной организации и поискать какую-нибудь религиозную секту, в которой к членам выдвигаются требования максимально плохо выглядеть.

В залу многие заулыбались, посматривая на побагровевшего Бляхина, а несколько человек и рассмеялось.

– Что касается средств, на которые эта хорошая одежда приобретена, то я бы рекомендовал товарищу Бляхину, если он хочет так же одеваться, как и я написать пьесу для театра «Ромэн», за которую мне этой осенью был официально выплачен гонорар более трех тысяч рублей. Кроме этого, я на полставки работаю в Верховном Совете референтом уже более двух лет. Также очень активно выступаю по линии общества «Знания». Были недели, товарищи, когда я по просьбе представителя этой организации ездил по организациям и предприятиям Московской области, и по двести – триста рублей за неделю зарабатывал, читая по пять – шесть лекций в день. Это тяжелая и ответственная работа, товарищи. Кто лекции вот так же читал, те меня поймут.

Сделал паузу, осмотрел зал. Много кто кивнул. МГУ, все же, все тут понимают, что такое прочитать столько лекций в один день. Да еще и переезжая каждый раз на другое предприятие. Это очень муторное дело.

– Поэтому уверяю вас, что каждый рубль во время этих лекций был мной действительно заработан. Даже если у товарища Бляхина по этому поводу вдруг имеется свое оригинальное мнение. Мало ли он считает, что не надо было вообще создавать общество «Знание» и давать молодым людям наподобие меня честно зарабатывать в нем деньги, чтобы прилично одеваться на важные мероприятия?

После этого выпада в адрес Бляхина большая часть зала заулыбалась. А с задних рядов даже раздался чей-то смех.

– И как вы понимаете, товарищи, у меня с такими честными трудовыми заработками имелись деньги для того, чтобы приобрести и легковую машину тоже. Кстати говоря, сделанную в стране СЭВ, Польше. Не знаю даже, почему товарищ Бляхин считает, что советскому человеку зазорно ездить на сделанной польскими пролетариями машине. Тем более эта устаревшая серия, сделана на основе советской «Победы». Что могу себе позволить, на том и езжу. Кто я такой, товарищи, чтобы в моем возрасте на более новых концептуально «Волге», «Москвиче» или «Жигули» разъезжать? Мне еще заслужить надо такую машину.

Снова зал зашумел. Одобрительно. Члены партсобрания по-доброму на меня смотрели. Понятное дело. Тут у большинства присутствующих легковая машина имеется. И явно не устаревшая «Победа» или вариация на ее счет, а те самые современные «Волга», «Москвич» или «Жигули». Я их всех сейчас специально приподнял над собой. Смысл мне кому-нибудь из них теперь завидовать, а ведь Бляхин на это явно рассчитывал… Это вообще был самый непростой момент в его обвинениях в мой адрес… Но судя по реакции людей в зале, я точно выкрутился.

Вот не зря я не стал с легковой машиной покруче выпендриваться… Что мне мешало того же Фирдауса БМВ мне пригнать из Италии попросить, к примеру? А вот такого рода опасения и мешали… И не зря я себя поскромнее вел…

Ну ладно. Теперь надо по Италии постараться так же хорошо на обвинения Бляхина ответить…

Москва, МГУ

Зал я уверенно контролировал. Помимо Бляхина, сидевшего с красным лицом и злобно на меня зыркавшего, никто на меня такие же взгляды не кидал. Люди с интересом смотрели на нашу битву.

– Что касается поездки в Италию, товарищи, то с ней на самом деле все тоже предельно просто. Я же не зря именно завод в Италии посещал. Кстати говоря, возможно самый современный чемоданный завод во всей Европе. Потому что он построен менее двух лет назад по самым новейшим технологиям.