— Фаир! Назад! — рявкнула, широкими прыжками преодолевая расстояние.

В воспоминаниях мелькнуло бледное лицо Шайрана с ярко-красными от крови губами. Эти губы изменились, стали больше и нежнее. “Эль Ра… я люблю вас” — подкинуло воображение, но из уст эльфа. Фантомная боль хлынула от сердца к голове, словно я уже потеряла Заф’фаира.

Возможно, эльф хорошо изучил врага, возможно, сыграло мое появление. Фаир резко нырнул вниз, уворачиваясь от подлого удара, сбил противника с ног и со всей силы наступил на запястье ташина. Механизм истошно хрустнул, маленькое лезвие отвалилось. Мужчина взвыл. Кажется, вместе с оружием сломалась и его рука.

— Где Хар’хаин?! — разъяренным зверем крикнул эльф. И подумать не могла, что его сладкие губы способны извергать подобные устрашающие звуки.

— Не трогай его. Он мой. Его ждет правосудие, — попыталась оттолкнуть Фаира, тот огрызнулся, не желая отступать.

Первый ташин воспользовался моментом, выскользнул, вскочил. Я быстро среагировала, вынула саблю и, сделав длинный выпад, рассекла ему связки под коленом. Мужчина повалился на пол воющим мешком, в промежутках исторгая грязные ругательства. В залу вышли мои воины с двумя другими ташинами.

— Помогите! — взмолился им предатель. — Осталось избавиться только от нее! Ее отряд в ловушке, они не вернутся! Заф’фаир! Твой брат там, в лагере. Он сделает бомбы, и его убьют, слышишь? Ты можешь успеть. Можешь успеть, если поскачешь прямо сейчас, — мужчина сменил тон на вкрадчиво-елейный.

Ловушка сработала.

— Фаир! — из эльфа оказался не только хороший танцор, но и бегун. — Связать всех! Не спускать глаз! Раны перевязать, чтобы к моему возвращению он не истек кровью!

Топнула по сломанной руке Первого ташина, которую тот баюкал на груди. Ублюдок истошно вскрикнул и отключился от боли.

Я понеслась следом за Заф’фаиром, в конюшню при доме. По пути пришлось сбить парочку взбудораженных стражей. Первый ташин держал славных горбатых скакунов. Эльф вскочил на ближайшего без седла, безжалостно хлестанул, заставив животное рвануть со всей прыти. Чертыхаясь, забралась на другого. Нет времени его снаряжать.

Кровь бурлила от злости и страха, мысли переполняли образы мертвых тел. Бомбы… Если это то, о чем я думаю, мой отряд превратится в кровавое месиво. И Заф’фаир вместе с ними. Ждет ли меня та же участь, когда я попробую их спасти?..

Глава 15

— Хаин! — вскрикнул Фаир и дернулся, его удержали на месте веревки, плотно обвитые вокруг запястий и прутьев кровати.

Эльф открыл глаза, испуганно огляделся. Он пробыл в забытьи так долго, что я сама успела переодеться и вздремнуть рядом. Сильное снотворное изобрел Хар’хаин. Его талант в ловушках мне бы пригодился, как и соблазнительные танцы брата.

— Эль Ра? Где Хаин? — он потянул руки уже осознанней, понял, в каком положении оказался, и его встревоженное лицо окаменело, кадык заходил под гладкой нежной кожей.

— В безопасности. Его накормили и выделили весьма удобный чулан. Уж извини, просто так оставить его на воле я не могла. Мало ли, что взбредет твоему брату в голову на ночь глядя. Например, освободить тебя от тирании жрицы и сбежать на краденых скакунах?

— Это вполне может быть, — шумно сглотнул Заф’фаир.

Заслужила честность? Значит, он смирился со своей участью?

— И что меня ожидает теперь? — решился узнать. Тихо, опуская глаза.

— А какое наказание ты бы себе выбрал? — я осторожно провела указательным пальцем поверх черной ткани на груди эльфа, скользнула им под ворот. Мышцы заметно напряглись от прикосновений.

— И какой же вы дадите мне выбор, хозяйка?

— Умереть… — я вынула из сапога Фаира кинжал, провела острым кончиком там же, где только что скользил палец. — Или разделить со мной ложе, — замерев, пристально вгляделась в лицо эльфа, пытаясь понять его ко мне отношение.

— Снова будете портить одежду? — сказал, храбрясь.

Сам натянутый струной, скованный, едва выдерживал прямой контакт взглядом. В первых лучах рассвета, пробивающихся сквозь занавесь, я разглядела густую краску на щеках эльфа и отчаянный блеск миндальных глаз.

— Нет. Пожалуй, этот костюм тебе еще пригодится, — резко метнула кинжал, лезвие с глухим звяканьем вонзилось в деревянный пол.

Рывком распахнула рубаху, обнажая стройный торс с рельефным животом. Фаир вздрогнул, заерзал на кровати и стыдливо отвернул лицо. Чуть солоноватая прохладная кожа подрагивала от прикосновений моего языка, вокруг пупка до впадины между ключицами. Дыханием обдала его ушко, куснула за мочку и мягко впилась губами в стройную шею. Из груди Заф’фаира шумно вырвался воздух, последовал сдержанный стон, подливший горючей смеси в огонь моего желания. Я ухватилась за пояс, принялась спешно развязывать. Пах эльфа выразительно налился кровью, манил скорее приступить к делу.

— Мне нравится, как реагирует твое тело. Оно ничего не скроет.

Я имела полное право распоряжаться наложником, пусть поневоле, но предателем, посмевшим занести надо мной клинок, и все же… хотелось его согласия. Ответного желания, порыва страсти. Привлекала ли я Заф’фаира настолько, чтобы отдаваться без остатка любовным утехам? Снова и снова, день за днем дарить мне ласку. Танцы, улыбки, журчание мелодичного голоса. Взамен я одарила бы его гораздо большим.

Сняла с эльфа сапоги и штаны, оставив в белом исподнем и рубахе нараспашку. Фаир облизнул губы, будто собирался что-то сказать, но не стал. Шевельнул связанными руками, то ли сделав последнюю попытку вырваться, то ли расположив их поудобней. Тонкие браслеты на запястьях звякнули друг о друга.

Налюбовавшись на округлые изгибы я, наконец, освободила затвердевший член и прильнула к нему губами. Услышала уже не стесненный приличиями стон. Эльф выгнулся, откинул голову, зажмурился, будто испытывал вместо блаженства боль.

— Хозяйка…

От пары движений набух до предела и готов был излиться. Столь чувствительный. Возможно, в нем скрывался темперамент, о котором он сам не знал. Я стянула тонкий пояс своего халата, плотно обвила им основание, сжала умеренно, но Фаир все равно дернулся, глядя с непониманием и затаенным страхом.

— Не волнуйся. Я лишь немного продлю удовольствие, — вернулась к забавам, водя по кругу языком и потягивая ослабший ствол.

— Прошу… хозяйка… — изнывал мужчина, когда я пару раз повторила трюк.

Извивался на постели, кусал губы, отчего те налились кровью и покраснели. Еще немного, уверена, на его нежных розовых щеках показались бы росинки слез.

— Если со временем ты станешь более сдержанным, мне не придется тебя столь мучать, — довольная тем, как быстро вздымается распаленная страстью грудь, какой рисунок под кожей вычерчивают мышцы, я придвинулась ближе и сбросила халат полностью. — С другой стороны… мне слишком нравится, как ты умоляешь меня о пощаде, — шепнула ему в губы, упиваясь обреченным взглядом широко раскрытых глаз.

Вместе с поцелуем я направила его в себя. Натянула “поводья”, чтобы чуть смягчить вмиг окаменевший орган. Фаир захлебнулся собственными стонами и настойчивым прикосновением моих губ, вдыхал тяжело, рвано. Наложник оказался не готов к тому соитию, что могло бы удовлетворить мои нужды, однако сам его вид, его отзывчивое тело, непристойные звуки зачаровывали и дарили наслаждение не меньше, а то и больше, чем физические движения.

— Прошу… прошу хватит… — он исступленно шептал, когда я обрывала его у пика.

Достаточно ли он наказан? Мой строптивый эльф. Даже если нет, нас ждет впереди множество совместных ночей, а сейчас… он так метался по постели, что мог и впрямь себе что-нибудь повредить.

— Умоляй меня, наложник, тогда я позволю тебе кончить.

Фаир прикусил губу, сопротивляясь, безмолвно споря с гордыней. Сможет ли безраздельно подчиниться? Принять свое новое положение, полностью вверить свое тело, добровольно, а не по принуждению.

— И после вы убьете меня? — спросил тихо, стыдясь проявленной слабости.