— Холодрыга! Я замёрз, — Ори потер ладони друг об друга.

Рыжебородый гном небрежно бросил на землю поленья.

— Вот так! Давайте разведем костер! — воскликнул он довольно.

— Нет! Никаких костров! — перебил его Дубощит. — Только не здесь. Ложитесь спать, выступаем на рассвете.

— Мы должны были ждать в горах, пока Гэндальф не догонит нас. Такой был план! — седобородый гном Балин недовольно покачал головой.

— План изменился. Бофур! Ты первый в дозоре! — повысил голос предводитель.

— Отдохните, — начал Гиллиан. — Эльфы могут обходиться без сна по несколько суток. Мы останемся в дозоре.

Дубощит изучающе оглядел эллона и, спустя минуту, кивнул. Гиллиан опустился на холодный песок и облокотился спиной о стену. Я присела рядом, откинула голову назад, прикрыв на мгновенье глаза. Затхлый пещерный воздух действовал на нервы и мне хотелось поскорее выбраться наружу. Гиллиан подтянул колено и положил на него руку, расслабившись.

— Тебе бы тоже не мешало поспать, — шепнул он, обратив на меня усталый взор.

В ответ я покачала головой. Эллон пожал плечами и, достав из походной сумки флягу с водой, отхлебнул немного жидкости.

В голове крутились тысячи мыслей. Они гудели, словно пчелиный рой. Вот уже который день я размышляю об адаре, о том, как с ним поступила. Наверняка сейчас Имладрис полнится слухами о нашем с Гиллианом поступке, но мнение горожан меня не волновало. Внутри меня разрывало от мысли о том, что испытывает сейчас отец. Он зол?.. Или ему грустно и страшно?.. Элладан и Элрохир, я уверена, прочесали весь лес, выискивая нас. Какого же им сейчас?..

Я ужасная… Какая же я эгоистка, Балрог тебя подери!

— Знаешь, — эллон прервал бурный поток моих мыслей, — за то короткое время, что мы провели с гномами, — прошептал он, — они стали мне нравиться! — он усмехнулся. Я пожала плечами.

— Они не такие плохие, какими казались поначалу, — шепнула я.

— Раньше я думал, будто все они одинаковые: грязные, глупые. А теперь я понял, что они отличаются, — Гиллиан добро улыбнулся. — Кили и Фили смелые малые, Ори веселый и находчивый. У них у всех много достоинств.

— Даже у Дубощита, — перебила его я.

— Я бы сказал, что он высокомерный, но, в целом, ты права: он добрый, просто не показывает этого… Дразнить его — одно удовольствие!.. — довольно протянул эльф. Я пожала плечами. Глаза начали слипаться, меня одолела зевота. Гиллиан подсел ближе ко мне и подставил острое плечо.

— Думаю, тебе все-таки следует немного поспать, — напутствовал он. — Давай. — мужчина повел плечом, приглашая.

Я вновь зевнула и, прикрыв глаза, наклонила голову. Сонная пелена окутала меня в тот же миг.

Я блуждала в тумане. Здесь царила тишина, мертвая тишина. Каждый вдох и выдох слышались отчетливо; сердце безумно билось о грудную клетку. Вдруг позади раздались легкие, едва слышные шаги. Обернувшись, я увидела высокую статную фигуру, приближающуюся ко мне. Это был молодой мужчина крепкого телосложения, с мускулистыми руками и сильными ногами. Лицо незнакомца скрывала серая дымка. Он двигался размеренно и не внушал опасности.

— Эрианэль, — бархатный голос эхом отдался в моём сознании, — здравствуй, — голос такой сладкий, будто медовый.

Волна горечи накатила на меня, накрыв с головой. Ноги перестали держать, и я обессиленно упала, всхлипнув от боли, пронзившей все тело. Мужчина приближался, голос его становился громче.

— Эрианэль, — звал он, пропуская по телу табуны мурашек. — Эрианэль. — Мышцы сводило судорогой. — Эрианэль, — голос из прошлого, точно гром, прозвучал надо мной.

Найдя в себе силы поднять взгляд, я узрела бледное, вечно молодое лицо. Глаза мужчины чернели все больше, за спиной, будто драконьи крылья, разгорался огонь.

— Эрианэль, — голос его сорвался, прохрипел злостно: — как ты могла?..

Леголас, мрачный и грозный, возвышался надо мной.

— Я не… — выдавила я сквозь зубы. — Моей вины в этом нет!

— Нет, ты виновна. — Эллон присел рядом на корточки. — Ты разрушила всё. — прошипел он.

— Нет, нет, нет… — растерянно шептала я, отвернувшись от него. Глаза намокли.

— Признай, — ядовито прошептал эльф над самым ухом. — Признай свою вину!

— Не хочу, — процедила я. — Прошу, прекрати это…

— Скажи, громко! — голос его изменился, точно это не Леголас вовсе. Он схватил меня за руку и прищурился. Этот безумный, страшный взгляд заставил меня поежиться. — Скажи! — рявкнул он. Я вырвала руку из его хватки.

— Это не моя вина! — заголосила я рвя горло. Леголас сделал два шага назад. Его глаза сверкнули испуганно. — Это все ты! Ты разрушил меня! Разрушил мою жизнь! — кричала я.

— Эрианэль⁉ — позвал он.

— Ты! Все ты! — продолжала я.

— Эрианэль⁉ — голос эллона снова изменился. Перед глазами поплыло. Чьи-то теплые руки расталкивали меня от сна. — Эрианэль⁉ — Бледное, такое родное лицо. Гиллиан тревожно тряс меня, пытаясь разбудить. — Неужели! — воскликнул он.

— Что?.. Что произошло? — я потерла глаза.

— Ты шептала мне на ухо: «Это не моя вина», несколько раз, пока я не почувствовал, что ты горишь! — он приложил руку к моему лбу. — Кошмар приснился? — поинтересовался он, сжимая мою ладонь.

Я облизала пересохшие губы и легко кивнула. Гиллиан шумно вздохнул.

— Что тебя тревожит? — растерянно шепнул он. — Я очень беспокоюсь…

— Это… Это не столь важно, — отмахнулась я.

— Нет, важно! — настоял Гиллиан. — Для меня важно.

Вдруг до ушей донеслись легкие шорохи, затем осторожные шаги, и перед нами предстал Бильбо. На мгновенье он замер, бегая по нам испуганным взглядом.

— Куда это ты собрался? — Гиллиан переключил свое внимание на полурослика.

— Обратно в Ривенделл, — ответил хоббит.

Я нахмурилась и недоумевающе покачала головой. Хоббит оперся на свою длинную трость.

— Ты не можешь уйти, — возразила я. — Ты часть этого похода!

— Это вовсе не так. Торин сказал, мне не место среди вас, и он прав… Нужно было остаться дома.

— Ты скучаешь по своему дому точно так же, как и мы, — я нашла в себе силы легко улыбнуться. Бильбо пожал плечами.

— Постой, тебе действительно так важно мнение Торина Дубощита? — эллон прищурился. Хоббит неуверенно кивнул.

— Трудно, когда тебя считают ничтожеством… — бросил Бильбо в сторону.

Гиллиан усмехнулся и шлепнул себя по колену.

— Думаешь, нам здесь безмерно рады? — он уверенно кивнул. — Да у Дубощита нос раздувается от гнева, стоит нам только появиться в поле зрения.

Хоббит устало вздохнул и стал покачиваться взад-вперед, размышляя. Затем он отрицательно покачал головой и уверенно произнес:

— Мое решение окончательно.

Гиллиан пожал плечами и протянул коротышке свою длинную руку. Хоббит поклонился и сжал ладонь эльфа.

— В добрый путь, мистер Бильбо Бэггинс, — улыбнулся Гиллиан. — А в Ривенделле о нас молчи. Ты нас никогда не видел, — хоббит кивнул.

Последовав примеру товарища, я пожала руку Бильбо и улыбнулась на прощание.

— Береги себя, — вымолвила я. В пещере повисла тишина. Бильбо молча оглядел нас, а затем, вновь опершись на свою трость, развернулся. Его камзол чуть загнулся, открывая вид на поблескивающий во тьме меч.

— Погоди! — шепнула я. — Что это у тебя?

Хоббит опустил взгляд на свое оружие, горевшее сине-голубым цветом. Бильбо сглотнул, сжал рукоятку меча и медленно обнажил лезвие. Не хороший это знак… Раздался глухой стук, словно он находился глубоко под землей. Рядом со мной по земле пошла трещина.

— Беда пришла откуда не ждали, — судорожно вздохнул Гиллиан. — Подъем! Подъем, господа! — грозным голосом произнес он.

Гномы повскакивали со своих мест, сонно потирая глаза и оглядываясь. Под землей раздался звон металла. Я попыталась встать, но на холодном песке моя нога скользнула в трещину. Что-то тихо скрипнуло и пол, разделившись на две части, провалился вниз. Я потеряла равновесие и кубарем покатилась по широкому тоннелю. Вперемешку с гномами, рюкзаками и одеялами, мы скатывались в глубины пещеры, точно по склону горы. В лицо летели камни и, ухватив чью-то сумку, я прикрылась ей. Голоса слились в один протяжный вопль.