Все, довольно. Я узнала, что хотела.

Жену он не любил. Женился из жалости, потому что та неожиданным образом забеременела близнецами. Потом он просто ушел, скитался одиноким волком четыре года и встретил меня на свадьбе моей подруги, которая вышла замуж за его друга.

Я же тогда не хотела идти на свадьбу, были веские причины. Не пошла бы — мы бы никогда и не встретились.

Но сожалеть о нашей встрече мне трудно из-за моих будущих деток. Я их очень хочу. Очень жду их рождения. Мне не терпится увидеть их, взять на руки. Возможно они станут моим единственным отвлечением от всего этого ужаса.

— Что ты молчишь, Даша? Скажи хоть что-нибудь.

— Мне нужно все это переварить, — поднимаюсь с дивана. — Я иду одеваться.

— Куда хочешь поехать?

— С тобой — никуда. Я поеду к отцу. Неделю у него уже не была. Хочу навестить.

— Даш, сейчас не лучшее время нам расставаться.

— А тебе разве не нужно на работу?

— Я освободил этот день. Специально. Хотел сделать тебе такой дополнительный сюрприз на твой день рождения.

— Спасибо. Мне достаточно твоего главного сюрприза.

Игнат шумно выдыхает и качает головой.

Я удаляюсь в сторону комнаты. Он начинает преследовать.

— Ты главного сюрприза и не видела. Он в сейфе. Хочешь посмотреть?

— Нет, не хочу, — открываю дверь в комнату.

Я подхожу к шкафу, а Игнат отправляется к сейфу, который у противоположной стены.

Достаю удобный свитер, джинсы, разворачиваюсь с одеждой к кровати, а передо мной Игнат с бархатной коробочкой в руках, которую он тут же открывает, надеясь сразить меня красотой ожерелья из белого золота.

— Красивое, — произношу спокойно, даже равнодушно. Понимаю, что он это от чистого сердца, но правда не нужно. Я ничего не хочу. Ничто меня не радует. — А теперь дай мне спокойно одеться.

— Все-таки уедешь? Я думал, мы проведем этот день вместе.

— Проведем день вместе, а к вечеру я прощу, что ты такое от меня скрывал? Нет, Игнат. Так не будет.

— Я понимаю, что нужно время, чтобы принять это, но ты дай мне пожалуйста знать, что не намерена делать глупости.

— Какие глупости?

— Ты же не думаешь о разводе?

Нет, наверное. По крайней мере не хочу принимать решение сгоряча. Мне о детях надо думать. Но я не хочу, чтобы ему сейчас в миг полегчало от моего «нет».

— Я не знаю, — качаю головой из стороны в сторону. — Еще суток не прошло, как ты обрушил небо мне на голову.

— Даша, — Игнат отбрасывает коробочку с ожерельем на кровать и настигает меня в два шага. — Даже не думай… Не думай, слышишь? — крепко берет меня за плечи. — Да, теперь ты знаешь о моем прошлом, но…

— Твои дети — это не прошлое.

— Да, не прошлое. Но между нами все по-прежнему. Я тебя любил, люблю и буду любить. Ты ведь меня тоже не разлюбила? Скажи, Даш... Я прошу тебя.

— Скажи, — сглатываю, — как часто ты с ней видишься?

— Не надо, Даш. Тебе незачем ревновать.

— Тогда почему эта женщина манипулирует тобой? Почему требует приехать? А если ты не приезжаешь, то она пытается покончить с собой. Она все еще надеется, что ты вернешься к ней?

— Это неважно.

— Нет, это важно.

— Она знает, что я к ней не вернусь. Точку в этом вопросе мы поставили за неделю до свадьбы с тобой.

— За неделю до свадьбы?.. Когда мы уже год встречались? — распахиваю глаза шире.

— Я не говорил им, что снова женюсь. Никому. Но за неделю до свадьбы посчитал нужным рассказать детям. Мила и Денис узнали, что я скоро снова женюсь. Милка подняла истерику, матери сразу побежала рассказала. Та в свою очередь закатила мне концерт. Заорала с дури всякую чушь, будто я права не имею, и что я вообще ей должен.

— Что ты ей должен?

— Она себе придумала, что мне ее отец все наследство оставил, и что я все к рукам прибрал. Только это чушь. Все, что от ее отца осталась — это квартира в центре этого города. Она там сейчас и живет с детьми.

— И как ты поставил точку?

— Сказал, что я ни черта ей не должен, но буду ей помогать, так как она мать моих детей, и детям тоже, но уточнил еще раз, что моя личная жизнь — ее никак не касается.

— Ясно… — хочу убрать его руки со своих плеч, но Игнат сжимает их еще сильнее. — Пусти, мне больно.

— Если честно, я часто думал о том, как оно все будет, если я тебе расскажу. Раз пять об этом думал. Всерьез. И каждый раз отказывался от этого.

— Защищал меня, значит?

— Да, — и отпускает меня.

Вдох-выдох.

— Ты. Должен. Был. Сказать. Мне. Сразу, — делаю небольшую паузу перед каждым словом и, схватив вещи с кровати, мчусь в ванную.

Он не даст мне покоя. Я задыхаюсь здесь. Нужно срочно сбежать.

Когда выхожу, вижу его тоже уже собранным. Не нравится мне это.

— Я отвезу тебя к отцу.

— Нет, я поеду сама.

— Перестань, Даш. Я просто отвезу.

— Лучше поезжай за детьми, возьми и свози их куда-нибудь, проведи с ними время, — он смотрит на меня странно. — Что, вы так не делаете? Ни разу?

— Даш…

— Ты можешь просто ответить на вопрос? Ты общаешься со своими детьми?

— Моих детей больше интересует, сколько я на них выделю в следующем месяце и подарки на праздники. Думаешь, Мила хочет со мной общаться? Она давно уже приняла реальность. Она только притворяется, что ей нужно мое внимание. Дениса целыми днями нет дома, или же он за играми сидит. Но знаешь, никто не голодует, все сыты и одеты. Я им, как отец, это обеспечиваю.

В этот момент начинает звонить его телефон в кармане пиджака. Игнат не сразу, но достает его, а увидев, кто звонит, начинает хмуриться.

Кто это, очень интересно мне узнать.

Пристально слежу за выражением лица мужа.

Он смотрит то на меня, то на экран смартфона. Нервничает.

Дочь?

Сын?

Жена?

Точно кто-то из них звонит.

Сейчас невольно вспоминаю, вел ли он себя так раньше. Да, было. Только я значения этому не придавала. Я всегда была в нем уверена, никогда ничего не спрашивала.

— Ответишь?

— Потом, — сбрасывает, возвращая смартфон в пиджак. — Ну что, едем?

Уставившись на мужа немигающим взглядом, я медленно, едва заметно качаю головой из стороны в сторону.

Мне даже плакать больше не хочется. Я просто в немом шоке.

Он продолжает мне лгать. Нагло. В глаза.

— Нет, — выдаю холодно. — Я уже сказала, что поеду без тебя.

— Даш…

— Ты меня услышал, — дергаюсь к выходу, добегаю до прихожей, тороплюсь надеть сапоги, хватаю пальто.

Игнат тут как тут, тоже обувается. Наверное, все еще рассчитывает, что я с ним поеду. Он ведь не привык, что я ему возращаю. В подсознании для него ничего не изменилось.

Ему снова звонят, он достает телефон из кармана, выругавшись, а я сбегаю из квартиры. Я могла бы остаться, но сейчас мне важнее сбежать от него, а услышать его телефонный разговор.

Но войдя в лифт, мне не удается уехать одной — Игнат в последний момент останавливает дверь рукой.

Шумно выдохнув, я отворачиваю голову в сторону.

— Даш, — муж подступает почти вплотную и хочет дотронуться до лица, но я резко двигаюсь по стене лифта в сторону. — Не веди себя так, — уже сердится. — Верь мне. Все, что я сказал — это правда.

Правда... Теперь любая правда из его уст под вопросом для меня.

— Ты говорил, что станешь отцом впервые. Я думала, что это самое искреннее, что я только слышала в своей жизни. А это оказалось самой величайшей ложью, — кривлю губы, смотря на супруга с презрением. — Ты разбил мне сердце, — выдыхаю и хочу сбежать на другую сторону лифта, но Игнат перехватывает меня за талию.

— Я тебе не врал.

— Что?

— Для меня все именно так.

— Как?..

— Я впервые стану отцом. Потому что собираюсь вместе с тобой, с моей любимой, растить их. С самого рождения и до того момента, пока они не уйдут в самостоятельное плавание, — делает шаг, заставляя меня вжаться спиной в стену лифта. Он мой муж. Любимый. И всегда между нами было по взаимному согласию. Но сейчас я его боюсь. Не знаю почему… Много причин для отчужденности.