И впрямь — никто не гнался, никто не стрелял. Еще бы… В этаком-то лабиринте, попробуй, хоть кого-то догони! Кругом лавки-прилавки, прилавки-лавки, гортанные крики продавцов, какие-то склады… Господи — еще и фонтан!

— Прямо целый город! — наконец, отдышалась Татьяна. — Ой! А где же Настя?

— Э-эй! Я здесь!

Егоза Настенька выскочила из какого-то проулка с большим пакетом в руках:

— А я пирожков купила! И этих местных бубликов.

— Ты когда успела-то?

Сестры переглянулись.

— Иван Павлович, — моргнула Татьяна. — А мы теперь куда?

Хороший вопрос!

— Так… к выходу, — наконец, убрав револьвер, доктор пожал плечами.

— А где выход-то? — негромко спросила Ольга.

Тоже вопрос интересный…

Настя расхохоталась:

— Так там же, где и вход! Вот там! Где — видите — дыни? Или что это…

— А, может, там, где инжир? — усмехнулась Ольга.

— Или — там? — Татьяна показала рукой в противоположную сторону. — Хоть бы таблички повесили.

— Так вон же они, есть!

— Есть-то есть… Только я по-арабски читать не обучена! Господи… ну и народищу!

— А давайте, спросим! — доев пирожок, предложила Настя. — Вот, хоть здесь…

Она что-то спросила продавца орехов, сначала по-французски, потом — по-английски, по-немецки…

Поправив на голове темно-красную феску, торговец махнул рукой.

— Ну, вот! — повернувшись, Анастасия обрадовано вплеснула руками. — Теперь все ясно. Идем!

Они шли долго Часа полтора, а может, и все два, и больше… Тянулись по сторонам гулкие улицы-прилавки, народу кругом становилось все больше… Откуда только все и брались?

Еще несколько раз беглецы спрашивали дорогу, всякий раз получая разный ответ. Три раза предложили купить кокаин, и раз пять — морфий…

— Я так устала! — усевшись на попавшуюся по пути скамью, Ольга устало вытянула ноги. — Здесь просто лабиринт какой-то, Господи!

Перекрестившись, великая княжна подняла глаза… И радостно ахнула:

— Небо! Ей-Богу, небо! А вон и солнышко. Выход!

Расталкивая толпу покупателей, беглецы выбрались на широкий проспект, как раз напротив остановки трамвая. Позади маячила одинокая мечеть с минаретом, впереди, за остановкой, улочка круто уходила вниз, к морю.

Усевшись на лавочку, Иван Палыч развернул прихваченную в посольстве карту и потер переносицу:

— Та-ак… Мы, кажется, здесь… Да! Вот Гран Базар, вот — трамвайные рельсы… А вот меть… Мечеть Баязид. Надо поймать извозчика или такси!

— А, может быть, просто нанять лодку? — щурясь от солнца, вдруг предложила Анастасия. — Спустимся к морю и… А то еще нарвемся здесь на тех сумасшедших стрелков!

Две девчонки в хиджабах присели на лавочку напротив. Видать, ждали трамвая. Обе ели мороженое — сладкий лед — о чем-то весело болтали и все время смеялись.

Настя тут же вскочила на ноги:

— Вот у них про лодку и спросим!

Тоже еще, нашла лодочниц! — хмыкнул про себя доктор. Впрочем, впечатления каких-то забитых особ эти мусульманские девушки вовсе не производили.

— Bateau? (Лодку?)

Они еще и знали французский! Хотя, для Константинополя — неудивительно.

— Oui, oui, il y a un quai en bas! Il y a beaucoup de pêcheurs là-bas. Et les barques! (Да, да, внизу есть пристань! Там очень много рыбаков. И баркасы!)

Звеня всеми своим звонками, подошел трамвай, шумный и красный. Тут же забравшись внутрь, девушки высунулись в окно и помахали руками:

— Удачи! Бон шанс!

Неширокая улица круто спускалась к морю. Мармара денизи — как говорили турки. Мраморное море. Пристань называлась Кумкапы, и оттуда в Эминеню ходили паровые баркасы — небольшие пассажирские катера с открытыми палубами. Недорого, по цене трамвая.

Дул легкий бриз, и принцессы, наконец, вздохнули свободно. Беглецы поднялись на борт по узким сходням.

— Прохлада! — обмахиваясь шляпкой, заулыбаласьНастя. — Наконец-то! господи. Смотрите красиво-то как! Ой!

Незаметно подкравшаяся волна окатила пассажиров жемчужными брызгами, что в такую жару было даже приятно. По левому борту потянулись небольшие домишки и мазанки, сменившиеся древними византийскими стенами.

— Ой, ой! Смотрите — ворота! — Анастасия всплеснул руками. — А вон — мечеть. Шесть минаретом, голубой купол… Голубая мечеть, да! А за ней, вон-вон, Святая София! Сколько же я про это читала…

— Вот же егоза! — переглянувшись, негромко засмеялись сестры. — Одно слово — швыбзик. И когда уже повзрослеет?

Обогнув выступающий мыс, катер направился к берегу. Впереди показался Галатский мост, на берегу гудели паровозы — железнодорожный вокзал находился совсем рядом.

Пассажиры — и европейцы и турки — конечно же, обратили внимание на красивых барышень, однако, держали себя в рамках, улыбались, но взглядами девушек не буравили. Огромный портовый город! К иностранцам здесь давно привыкли, и никому ни до кого не было абсолютно никакого дела.

— Будете осторожны! — уже на пристани доктор предупредил принцесс. — Если увидите что-то подозрительное — сразу же скажите.

— Да бросьте вы, Иван Павлович, — неожиданно рассмеялась Ольга. — Те грабители, верно, давно уже скрылись!

Татьяна задумчиво покачала головою:

— Не понимаю. Зачем мы вообще куда-то бежали?

— А вдруг бы они за нами погнались? — погладив сидевшего на перилах котика, парировала Настя. — Или застрелили б со злости?

— Да-а… Это могло бы быть… — Ольга догнала доктора. — Спасибо вам, Иван Павлович! Мы куда сейчас? В госпиталь?

— Сначала — в санитарную инспекцию, — пояснил доктор. — Надеюсь, Георгий Васильевич уже выписал всем пропуска… Так… Такое светло-голубое здание в три этажа…

— Так вон оно! — указала Настя.

— Да… похоже…

Иван Палыч осекся, заметив среди стоявших машин… темно-зеленый «Вандерер» «куколку».

— Что-то не нравиться мне эта машина, — буркнул про себя доктор.

— Думаете, снова бандиты? — Анастасия округлила глаза. — А вон еще «Вандерер»! И вон там… А вот, наверное, и бандиты… Ну, точно — американские гангстеры!

Захохотав, девушка кивнула на модных молодых людей, толпившихся у табачного киоска. Белые пиджаки, полосатые брюки, гамаши… мягкие фетровые шляпы и канотье. Тот, что в канотье, вдруг оглянулся… на мгновенье встретился глазами с доктором… и быстро-быстро ушел, скрылся в толпе.

— Черт! — ахнул Иван Павлович. — Неужели ж… Нет! Тот на каторге давно сгинул…

Анастасия подошла ближе взяла доктора под руку:

— Что, Иван Павлович? Знакомого увидали?

— Знакомого? Разве что, из той, прошлой, жизни… — доктор поправил шляпу и натянуто улыбнулся. — Да нет, показалось.

Человек из прошлой жизни… Может быть, может быть…

Дальше все происходило, как в замедленной киносъемке.

Из-за табачного киоска внезапно выскочили двое турок в шароварах и фесках, с револьверами в руках! Выскочили и, никого не таясь, тут же открыли стрельбу. Целились в русских!

И, если бы Иван Палыч с принцессами не были бы начеку, то, кто знает, как бы все здесь сложилось?

— Девчонки, ложи-и-ись! — в падении выхватывая наган, громко скомандовал доктор. — За машины, живо!

Пули просвистели совсем рядом. Выглянув из-за колеса потрепанного «Рено», Иван Палыч выстрелил в ответ…

Черт возьми, мимо!

Бандитов оказалось трое! Хотя, нет — четверо. Еще один гад выставил револьвер из только что подкатившего темно-зеленого «Вандерера».

Прицелился… И тут же схватился за руку, бессильно выронив оружие. Другой гангстер, нелепо перевернувшись, повалился наземь…

Кто-то стрелял из своих? Блюмкин? Охрана? Да нет…

Какой-то ловкий человек в темном щегольском костюме вдруг упал рядом, выстрелив в показавшегося бандита…

— К вокзалу, доктор! Живо! Там полиция… Я их задержу! Доннерветтер! Ну, живее же!

Иван Палыч округлил глаза:

— Черт побери! Штольц⁈

Все такой же улыбчивый щеголь с усиками и напряженно-холодными взглядом…