– Оставь свой тон, Лина, – отчего-то устало произнес Алехандро, – я предупредил тебя, а там... как знаешь. Через месяц будет суд, опеку над Теей я получу, не сомневайся. В твоих интересах, если ты любишь дочь и хочешь жить с ней дальше, мне не препятствовать. Я умею быть жестоким, поверь – тебе не понравится, – я вздрогнула от его слов и отвернулась, глядя в темноту ночи. Наверное, мне нужно пока затаиться, согласиться, а потом...
– Что скажут твои родные? – задала, пожалуй, самый животрепещущий вопрос. – Из того, что мы приехали сюда, а не сразу в особняк, ты не хочешь, чтобы они знали, что ты вернулся не один, а с... нами, – я запнулась, стоило мне встретить потемневший взгляд Алехандро, которым он уставился на меня. На его хмуром лице мелькнула тень, но эмоцию я понять не успела. Снова, как и в тот момент, когда я спросила, почему мы приехали именно сюда. – Я уже один раз... влезла в твою семью, – я не удержалась, с горечью бросив его собственные слова, сказанные в день нашей последней встречи. – Не хочу, чтобы это повторилось.
Он молчал, только на скулах отчетливо проступали под загаром белые пятна. Да что я такого спросила? Почему он молчит?
– Что было с тобой в те четыре месяца, что ты... жила после нашего расставания? – вопрос был задан неожиданно, словно грянул гром в ясном небе. Откуда? – Тина сказала, чтобы я спросил об этом у тебя...
– Ах, Тина..., – хмыкнула я, когда смогла справиться с шоком и эмоциями, захлестнувшими воспоминаниями, которые пронеслись перед глазами. – А что же она тебе сама не поведала? Вы, я как посмотрю, прекрасно поладили с ней. Даже, вот, подруга бывшая тебе на руки нас сдала, – не удержалась от издевки, хотя, как мне показалось, звучали мои слова жалко.
– Ты ревнуешь, что ли? – бровь Алехандро изумленно выгнулась, а он как-то странно посмотрел мне в лицо. Пришлось призвать все силы и сделать лицо максимально равнодушным и пожать плечами. – Нет, она не сказала мне ничего. И зря ты считаешь, что Тина предала тебя. Она все сделала правильно...
– Ну да, это же не у нее решили отобрать ребенка, – упрямо напомнила я, отворачиваясь от его взгляда. – Ты не ответил на мой вопрос, Алехандро...
– Ты тоже, Каролина, – уже спокойнее отозвался мужчина, – и когда мы оба будем готовы к откровенному разговору, тогда и вернемся к этим вопросам, – он поднялся с места, давая понять, что разговор окончен. – Завтра приедет няня для Теи...
– Мне не нужна никакая няня, – снова резко проговорила я, понимая, что он хочет скорее избавиться от меня. Как показал сегодняшний день, Доротея спокойно относится к новым лицам, а значит, быстрее привыкнет быть вдали от меня.
– Тебе, безусловно, не нужна, – хмыкнул Алехандро, осторожно подталкивая меня к выходу, – а ребенку – да.
– Желаешь скорее от меня избавиться? – кажется, ссора пошла по второму кругу. Неужели, ему так нравится постоянно выводить меня из равновесия?
– Каролина, я пытаюсь облегчить твою жизнь, – Алехандро закатил глаза, словно разговаривал с ребенком или... умалишенной. Это разозлило еще сильнее, но я постаралась сдержаться, чтобы не ударить его. – Послушай, ты не можешь находиться с девочкой двадцать четыре часа в сутки. Ты тоже должна отдыхать. Я просто озаботился о твоем здоровье, как сказал врач.
– Позволь напомнить тебе, Алехандро, что я с этим прекрасно справлялась раньше. Без рекомендаций твоего врача, – раздражение набирало обороты, а я с удивлением прислушивалась к себе. Раньше я не была такой... чересчур эмоциональной. Что изменилось? Или этот мужчина так влияет на меня, что я просто выхожу из себя?
– Я видел твое «справлялась», еще там, в каморке над кафе, – ядовито заметил мужчина, а затем подхватил меня под руку и повел к выходу. – В конце концов, твои обязанности по дому никто не отменял.
– Что-о? – выдохнула изумленно, пытаясь вырвать руку из его захвата. – Какие такие обязанности? Ты о чем?
– Тише, весь дом перебудишь, – тихо рассмеялся Алехандро, заставляя меня замереть буквально с открытым ртом. Видимо, это было сделано специально, чтобы я перестала сопротивляться, и он спокойно повел меня дальше. – А обязанности... следить за домом, распоряжаться прислугой…
– У тебя есть экономка, – буркнула тихо, но продолжила идти с ним рядом. Надо было еще посмотреть, где устроили дочь. Да и есть хотелось после всех этих треволнений дня и долгого перелета. Там я поесть не успела, занятая сначала ребенком, а потом и вовсе уснула. Нет, Алехандро честно пытался меня накормить, но... я же гордая. М-да, и упрямая...
– Есть, – согласился он, – но общаться ей теперь предстоит с тобой. Ты же моя жена, – снова напомнил он и... нахмурился.
– Ничего, делегируешь этот вопрос Лорене, – подначила я, – думаю, она справится.
– А причем тут Ло..., – договорить он не успел, так как дверь дальней комнаты открылась и на пороге возник знакомый высокий мужчина с жгуче-черными глазами и темными волосами, похожий на бандита. Секунда на узнавание и...
– Доброй ночи, сеньор, сеньора, – спокойно проговорил он, кивая нам с Алехандро. Муж остановился, хмуро смотря на своего телохранителя. Я же улыбнулась вполне доброжелательно. Пусть вся та история и случилась с подачи Диего, я на него не обижалась – работа есть работа, и не предупредить тогда мужа он не мог.
– Здравствуйте, Диего, – проговорила в ответ, рассматривая начальника охраны. За эти практически два года он ни капли не изменился. – Как поживаете?
– Спасибо, сеньора Алмейра, все нормально, – доброжелательно ответил мне мужчина и, как мне показалось, из его глаз ушла напряженность.
– Диего, твой рабочий день завершен? – чуть более резко спросил Алехандро, и я удивленно уставилась на него. Что это с ним? Вроде, охранник не сказал ничего лишнего.
– У меня сегодня сутки, сеньор Алмейра, – все также, словно и не обратив внимания на тон хозяина, спокойно отозвался он. Затем шагнул обратно в небольшую комнатку, где я заметила несколько экранов компьютеров – видимо, здесь тоже стояли видеокамеры по дому – но вдруг обернулся, заметив, – рад, что вы вернулись, сеньора.
Он скрылся за дверью, оставив меня недоуменно хлопать ресницами. Озадаченная его словами, я совершенно не запомнила, куда вел меня Алехандро. Остановился только на пороге какой-то комнаты, сжав с силой ручку двери.
– Смею напомнить тебе, Каролина, – напряженно проговорил Алехандро, старательно избегая смотреть мне в глаза, а у самого аж зубы скрипели от злости. Я удивленно уставилась на него. – Такое панибратское общение с прислугой ставит тебя в... двусмысленно положение. Надеюсь, ты не станешь повторять это при чужих людях, – он посмотрел мне прямо в глаза, и я мгновенно утонула в этих черных омутах, забывая обо всем. Пришлось незаметно ущипнуть себя за запястье, чтобы не натворить еще чего-нибудь, например...
– Иногда мне просто хочется прибить тебя, – прошипела в ответ, шагнув к нему ближе, – чтобы больше никогда не смел унижать меня. В отличие от тебя, дорогой муж, – я скривила губы, произнося эти слова, и с удовольствием смотрела, как он поджимает губы, – я за все время нашего прошлого брака ни разу не дала тебе повода, а вот ты...
Алехандро криво усмехнулся и наклонился ко мне ближе.
– Походы моего брата в твою спальню не считаются?.. Не стоит так делать, – уже холодно проговорил он, когда сжал мою ладонь в паре сантиметров от своей щеки. Сама не знаю, как так быстро сработал рефлекс в ответ на его оскорбительный намек, но рука взметнулась сама. Молча вырвала руку и толкнула дверь в комнату, куда он меня привел, и застыла на пороге, недоуменно рассматривая убранство комнаты. Чисто мужской спальни, если быть точной. Странно, зачем он привел меня сюда, неужели во всем доме не нашлось больше комнат?
– Зачем? – равнодушно пожал он плечами, проходя внутрь и закрывая за нами дверь. – Ты – моя жена, рядом в детской спит наш ребенок – а для всех в этом доме это так и есть. Потому, не советую крутить хвостом перед другими мужчинами, чтобы не давать повода сплетничать прислуге, – я даже задохнулась от возмущения, но муж быстро пресек мои возражения. – Послушай, Каролина, я не хочу с тобой войны, но, если ты только дашь мне повод... поверь, ты очень пожалеешь. Сейчас твое благополучие зависит от твоей дочери. Смирись с этим и прими как данность.
