Вот на такую пересменку мы и попали — оттого Ноэль и завис. Только-только лежали и грелись на гамаках одни симпатяжки, и тут сразу новый десяток… Производило впечатление даже на принца.

К слову, на Эффу это все тоже произвело очень сильное впечатление — особенно, когда мы отбывали, и тридцать девушек выстроились на палубе. Изъяснялась она только матом, но шепотом, чтобы никто не услышал. Слышали все, а мастер даже пытался записывать.

Всего мужского экипажа было семь человек — я, мастер, Сагго, его приятель и экипаж из трех человек. У Сагго и его приятеля были девушки; у капитана судна, старпома и механика — обручальные кольца. Мастер скептически смотрел на худеньких и бледных подчиненных, наряженных в бесформенные кофты и балахоны — у нас в Империи лето только-только входило в силу. Это уже потом, когда они переоденутся в купальники, будет горячо жать мне руку — а потом в ярости орать, что попал в ад и больше так не может…

Ну а я — меня Эффа заставила при всех снять верхнюю одежду. Мол, или так — или никакого финансирования, выгружай свою «Сагиру».

Показал всем «Хенни», получил слитный вздох разочарования.

Этим не удовлетворившись, полковник отвела меня в сторону.

— Вы есть в пути что собрались? Или ты этот цирк десантировать в местах стоянки собрался?

— Продукты загружены в холодильники. Команда ресторана еще не прибыла.

— Ах, ресторана, — с пониманием покачала Эффа головой.

— Это для образа, сэр. — Не обманываясь спокойным выражением лица, встал я по стойке смирно. — Не замороженными же брикетами угощать гостей!

— Значит, смотри, как все это выглядит со стороны. За шесть дней до катастрофы на государственные деньги арендуется огромная яхта с тридцатью эскортницами, запасами продовольствия и командой ресторана. После чего отбывает в нейтральную третью страну.

— Но вы же остаетесь, сэр.

— Это-то меня и беспокоит…

Саму ее за границу не выпускали — даже пытаться нечего. Поэтому вся операция была взвалена на мои плечи.

— Значит так, лейтенант Савой. Если ты, гад такой, решишь не возвращаться, то я сама к тебе приду.

— Даже в мыслях не было, полковник, сэр.

— А ну в глаза посмотри?..

— Эффа, я всегда держу свое слово. Тем более что у меня тут кот. Куда я уеду?..

— Ладно. — Неохотно кивнула она. — Платежную карту получил?

— Ага, и даже расписался.

— Лимита там нет, но платежи смотрят. Пожалуйста, не подставляй.

— Эм…

— Что? — Чуть печально спросила полковник. — Что ты там уже купил?

— Шестьдесят женских спецовок и четыре мужских, краски, валики, наборы инструмента, фены, камера сушки, лампы непрямого нагрева…

— Это спишем, не проблема.

— Шестьдесят фартуков, защищенная обувь с жестким носком, косынки, перчатки.

— Ерунда.

— Гель от загара, медицина… — Замялся я.

— Та-ан?..

— Шестьдесят купальников, шестьдесят туфель с высоким каблуком, наборы для пина-колады и коктейля, накладные хвостики и ушки, костюмы «горничная», костюмы «снегурочка», тематические костюмы «ночь вампиров», «карнавал»… Тридцать.

— Смазки, плети, презервативы? — Ангельским тоном уточнила она.

— Нет.

— Ну, я пришлю, — покивала Эффа. — Один набор.

— Да зачем…

— А вот и не узнавай — зачем. Три дня тебе вернуться.

Словом, провожали меня добрым словом, с отеческим напутствием.

Посылка от Эффы тоже приехала — перед самым отбытием. Посмотрел внутрь, спрятал под кровать, чтобы на глаза не попадалась. Потом приехала вторая — с запиской. Внутри оказался блок презервативов с угрозой свернуть голову, если будет использован хотя бы один.

Это запрет или благословение?..

В любом случае, я ехал работать — так что не до развлечений.

Эффа же оставалась заниматься любимым делом — бесить людей. Жертвами для гонки, которая должна была привлечь «Спектра», были выбраны младший граф вон Лаби и его девчонки — сами виноваты, долг так и не был погашен. Оставалось их только спровоцировать. Уверен, Эффа справится.

— Поразительно красивое шоу, — признался я Ноэлю.

— Поразительно красивое, — сглотнул он, глядя на палубу гравилета, а потом уже на дельфинов.

Кроме нас, никого в амфитеатре вокруг бассейна не было — принц проявлял гостеприимство. Вернее, в этом было половина правды: завернуть в аквапарк и сунуть денег за персональное представление было моей идеей — однако меня, со всеми деньгами, наверняка бы послали, если бы не представитель царствующей династии за спиной. Все же, аквапарк, зоопарк, дендрарий, выставки и все на многие километры вокруг составляли комплекс дворца Ас-Сават — открытого для туристов процентов на семьдесят. В деньгах тут не нуждались, но вот династию и правящего монарха — уважали и любили. А тут еще король захворал — старый он по меркам этого мира, девяносто лет. Все волнуются, переживают — часть народной любви доставалась и шестому принцу.

Ноэль, к слову, стал другим. Казалось, не так много времени прошло — но из крепко сбитого мужчины, уверенного в себе, спокойного и неторопливого в движениях, получилась его бледная тень. Словно и не спит толком, изрядно похудел. И раньше-то был немногословен, а теперь очень много слушает и говорит с большой осторожностью. Тем удивительнее, что моему прилету он был искренне рад. Если бы не это — я бы, пожалуй, избавил его от собственного общества.

Поначалу Ноэль пытался косить под техника с завода, но когда я обрадовался вслух, что наконец-то он перешел на работу принца, то дальше уже упрямиться не стал — обнял, как скорбного умом, но любимого родственника, на которого злиться бесполезно, и признал, что на такой карьерный рост побудил его именно я. Тан Савой, которого я изображал, и в самом деле мог думать, что люди бедные, потому что так хотят, а на работу ходят из-за собственных увлечений.

Встречались мы у дворца — место людное, туристическое. Взгляд со старых знакомых, один из которых в белоснежном традиционном халате с чалмой, а второй — в белых футболке, брюках и обуви, соскальзывает. Много тут таких — опять же, гиды предпочитают местные фасоны и водят за собой как группы из десятка приезжих иностранцев, так и одиночек. А к разговору прислушиваться бесполезно — на площади такой гомон, что либо орать, либо говорить лицом к лицу.

Меня тут же захотели накормить и расспросить, но я желал ходить по дворцовому комплексу, рассматривать разное и отпускать тупые комментарии — так, чтобы откупиться от меня «Рансатом» через какое-то время показалось бы неплохой идеей. Опять же, вскользь пробросил, что мои повара с утра приготовили что-то фантастическое, и я не голоден. Но если принц желает — можем слетать на мой гравилет и пообедать.

Формулировка «слетать на гравилете на гравилет» Ноэля весьма заинтересовала, и мы пошли к берегу — парковка таких массивных яхт, как «Радость-5», в городе и над ним запрещалась. Ну а там, понятно — я заметил аквапарк и тут же «забыл», зачем мы шли, чем подарил Ноэлю новую волну раздражения, особенно после того как ему пришлось цеплять на грудь значок принадлежности к своей семье и просить за взбалмошного гостя.

Так мы оказались на вип-местах, единственными зрителями представления. Правда, у каждого оно было своим — я и в самом деле любовался редким шоу, а Ноэль смотрел на гигантскую яхту с хрупкими красавицами.

— Ты воистину богат, мой друг Тан. — Сглотнул он.

— Яхта не моя, — честно признался я. — Но в яхте есть гравилет, и он мой. Хочешь, покажу?

— Хочу, — охотно согласился он слетать на гравилете на гравилет, чтобы посмотреть на гравилет.

— Досмотрим дельфинов? — С чистым и просящим взглядом, как у ребенка, попросил я.

И Ноэль кивнул со вздохом многодетного отца.

Дельфины были шикарны — и в равной мере девушка, способная добиваться от них понимания. Да она каталась, встав у них на носах!

— Никогда не видел таких представлений? — Спросил Ноэль, когда я вновь зашелся в овациях.

— В Империи такого нет, — с сожалением произнес я.