Егор говорил, и в каждом его слове, в каждом предложении были нотки доказательства, в которые Рита никак не могла поверить.

– Что бы ты ни говорил сейчас, – сказала Рита, – я не верю в то, что между двумя славянскими народами может быть война.

– Мне тоже трудно в это поверить, но факты, извини, – неоспоримая вещь…

– В конце концов, я не понимаю, Егор, что тебя тревожит эта Украина? Пусть они живут там как хотят! Это их право, и не надо обращать на них внимание.

– Что значить «не обращать на них внимание?» Ты не представляешь, что там сегодня творится! И это только начало… Трудно даже представить, какой ад там может быть… Я не знаю, конечно, но всё это похоже на 1918 год, когда под лозунгом «самостийности» украинцы развязали небывалую борьбу против русского народа, пригласив для этого не только австро-германские войска, марионеточное «правительство» под руководством гетмана Скоропадского, но и Антанту. А у иностранных империалистов, как мы знаем, аппетиты большие. Не успели они оккупировать Украину, как сразу появились мысли осуществить поход против России с юга… В результате этой авантюры появились матерые предатели украинского народа – Петлюра и Винниченко… Создавшие «новое» украинское буржуазно– националистическое «правительство» – Директорию, истинное назначение которой, как ты знаешь, заключалось в том, чтобы прикрыть англо-французскую цель: поход на Россию с последующим её уничтожением. Помнишь, во что это вылилось?

– В длительную войну.

– Вот именно! В результате предательства украинских националистов гражданская война на Украине приобрела ожесточённый и затяжной характер. С кем только не пришлось вести борьбу… От рук иностранных интервентов, петлюровцев, махновцев и прочих националистов погибли сотни тысяч людей… Надо отдать должное советской власти: они погасили этот конфликт, но какой ценой. Уцелевшие националистические вояки вынуждены были бежать в западноевропейские страны, где их потом стали использовать в качестве «спящих» пособников для будущей войны с Россией.

Сделав паузу, Егор подумал и сказал:

– Отличие нынешней ситуации от 1918 года заключается в том, что тогда была гражданская война, и украинцы боролись против буржуазно-националистической контрреволюции своими силами. Они не были обработаны идеологически интервентами. А сейчас, к сожалению, всё не так: англосаксы постарались не только создать новую науку ненависти к русским, но и привить её украинцам. Под предлогом борьбы за всё хорошее и против всего плохого сегодня американцы занимаются на Украине откровенным продвижением своих интересов.

– С этим я полностью согласна с тобой. Двадцать лет – это достаточно большой срок, чтобы полностью изменить сознание людей…

– В том-то и дело. Судя по тому, что там сейчас происходит, нам придётся сражаться не с националистами и даже не с англосаксами, а с украинским народом. А они сейчас, извини, настоящие махровые нацисты.

– И как же нам быть?

– Не знаю. Я не пророк, конечно, но то, что сейчас происходит на Украине, может обернуться для России большой бедой. Не развивая на должном уровне российско-украинские отношения, мы дали возможность вмешиваться в дела Украины американцам и НАТО. Что в принципе одно и то же. Они командуют не только на юге Украины и в Крыму, но и в самом Киеве. История повторяется. Под русский народ опять подкладывают «бочку с порохом». В определённый момент она так рванёт, что мало не покажется.

– Егор, я думаю, всё уладится. Вот примут Россию в НАТО – противостояние и закончится.

– Нет, Рита, не уладится. Путин, конечно, молодец, что, спасая страну, толкает её в альянс, но он прекрасно понимает, что этому не бывать. Американцы жаждут войны, а не мира с Россией. Им нужна кровь. Это их матрица. От Украины американцы вошли в такой раж, что их уже не остановить. Ты же сама видела, что там делалось в последние годы, а сейчас и подавно… Нет, что ни говори, а Украины уже нет и быть не может – это этнографический материал. Истинно великим народом украинцы никогда не будут, поскольку они верят в кого угодно, только не в Бога. А если они не верят в Бога, значит, они лишены истины, а истина есть правдивость не только в слове, но и в мысли, не только относительная истина в нашем понимании, но и абсолютная истина, то есть Бог… Истина всегда сияет собственным светом, её не нужно освещать факельными шествиями или кострами, как это делают сейчас украинцы, сжигая книги русских классиков. Истина – это то, что упрощает мир, а не то, что создаёт хаос.

– Больно, очень больно за Украину, – о чём-то подумав, сказала Рита.

– Вот и мне больно… Слава Богу, что мы переехали в Россию.

– И всё же я хочу надеяться на лучшее.

– Я тоже хочу, но когда я вижу своими глазами, что на Украине всё подчинено организации восстановления оккупационного режима, то у меня, как у россиянина, сразу возникает множество вопросов, главный из которых – вопрос безопасности! Надо понимать, что все чёрные дела американцы делают только чужими руками. Я уверен, что они используют украинцев как инструмент для достижения своих целей…

– Егор, что сейчас об этом говорить. Время покажет.

– Всё так, но это «время» работает на уничтожение Украины, на уничтожение украинского народа.

После этих слов наступила короткая пауза. Глубоко вздохнув, Егор сказал:

– Самое печальное в этой истории то, что украинцы одержимы; они не хотят останавливаться перед своим падением – вот в чём беда. Англосаксы их так обработали, что они стали совершенно другими людьми. Что больше всего меня удивляет в этой истории, так это то, что украинцы настолько убеждены в своей правоте, в своей будущей победе над Россией, что никакие доводы их не останавливают. Я от этого в шоке! Они так смело об этом говорят, будто России уже нет. И это при том, что экономическое положение страны ухудшается с каждым днём. Фактор физического выживания людей доведён до борьбы за существование, я не говорю уже о разложении морально-этических норм. Но украинцев занимает совсем не это, а спекуляция валютой, реализация и приобретение контрабандных товаров, повсеместное воровство, коррупция, проституция, переименование улиц и снос памятников. Всюду безработица, голод, холод, жёсткие репрессии. Этим пользуются американцы, говоря, что в этом виноваты русские, взращивая, тем самым, антирусскую нацию. Через «вину» русских американцы всячески прививают украинцам иудейско-сатанинские принципы избранности и вседозволенности, то есть систему американизма. Понимаешь?

– Не совсем.

– А что тут непонятного: прививают систему паразитического существования за счёт чужих ресурсов, насилия, обмана, эксплуатации и ограбления других государств. В этом деле Украина уже очень похожа на Америку, не кажется тебе?

– Не знаю… я как-то не думала об этом.

– Зато я думал. Америка, как и Украина, – это не государство и не нация. Это искусственный конгломерат, который был создан двести с лишним лет назад. Причём этот конгломерат лишен не только основ прочной государственности, но и национального ядра. Тебе это ничто не напоминает?

– Напоминает…

– И мне напоминает… Такое ощущение, что нас готовят на растерзание Украиной.

– Тебя это пугает?

– Меня пугает другое.

– Что?

– То, что мы, не принимая никаких мер, – с некоторой грустью сказал Егор. – А если это так, то мы убиваем себя своей неспособностью заботиться о будущих поколениях.

На этой ноте разговор продолжался ещё некоторое время, но недолго.

Вечером того же дня, сидя в своём кабинете, Сомов достал дневник и сделал запись о своей поездке в Энергодар. Он написал:

«Трудно выразить словами всё то, что происходит на Украине. Договор о дружбе, сотрудничестве и партнёрстве между Украиной и Россией, который был подписан президентами двух стран 31 мая 1997 года, – не работает. Его формальность чувствуется во всём. В чём причины такого подхода с обеих сторон, сказать сложно. Остаётся только надеяться на здравый ум двух соседей».