– Не знаю, не знаю. Ты можешь говорить мне всё что угодно, но воевать с Россией Украина никогда не будет.

– Это почему же?

– Да потому что там больше половины населения – русские. Это же гражданская война…

– Американцы этого и хотят. Ты посмотри, как они пичкают эту страну оружием, везут и везут со всего мира… разве это не аргумент?

– Ну и что везут? На то оно и оружие, чтобы его продавать. Да нет, Егор, я не думаю, что это возможно.

– Возможно, Рита, ещё как возможно. Пообещают Украине вступление в НАТО, Евросоюз, и попрёт «незалежная» на своих братьев-славян. За такие «обещалки» украинцы на кого угодно попрут, даже на мать родную. Они же не мыслят себя украинцами, пока не станут европейцами. И потом, ты же хорошо знаешь, в стране, где нет достойной интеллигенции, своей культурной отдельности, народ можно повести куда угодно, даже в пропасть.

В какой-то момент Рита встала и вышла из кабинета. Но не прошло и минуты, как она зашла и сказала:

– Всё, уснул наш путешественник, даже похрапывает.

– Нам тоже пора, а то что-то мы разговорились с тобой, – тихо, почти шёпотом, сказал Егор. – Хватит этих бесполезных разговоров…

Глядя в глаза Риты, в очертания её прелестных губ, Егор встал и поцеловал жену. Уловив её дыхание, он почувствовал не только прилив сил и бодрости, но и некое спокойствие, исходящее от неё, манящее своим светом, нравственную чистоту… И это были для него не просто красивые слова, а нечто большее, то, что мужчины называют уверенностью. Уверенность в том, что эта женщина не озлобится и не предаст, не бросит его в трудную минуту. От этого радостного осознания его чувства наполнились не только ещё большей любовью, но и страстью; будто из его сердца струились все сокровища любви, волнуя не только душу, но и кровь. В эти минуты он не только чувствовал Риту, но и растворялся в ней всем своим существом. Прекрасно понимая, что таких женщин посылает только Бог, он всячески старался скрыть свои эмоции, но это у него плохо получалось. Во всяком случае, всё в нём говорило о том, что обладать таким сокровищем – не только большое счастье, но и большая ответственность. И эта мысль, без всякого преувеличения, воодушевляла его в это ночное время к ещё большей любви…

В битве, как правило, победу выигрывает не тот, кто принимает советы других, а тот, кто, предвидя возможные проблемы, принимает не только решения, но и берёт всю ответственность на себя.

Мюнхенская речь, произнесённая 10 февраля 2007 года президентом России Владимиром Путиным, заставила многих мировых политиков по-новому взглянуть на происходящие мировые процессы. В своём выступлении российский лидер дал понять всему глобальному миру, что Россия настроена не только против демонизирования России, но и против двойных стандартов Запада, против его идеологических стереотипов и шаблонов блокового мышления.

Его слова понравились не всем западным геополитикам… Большинство из них выразило своё негодование не на то, что он сказал, а на то, что он позволил себе это сказать. Речь Путина оказалась для них громом среди бела дня; своеобразным холодным душем, а кто-то и вовсе счёл, что Западу брошена перчатка. И это при том, что Путина считали западным ставленником, человеком, который должен говорить по тексту, написанному спичрайтерами из «вашингтонского обкома». Но произошло то, что произошло. Участники натовского междусобойчика, чей благостный характер не против различных политических дискуссий, а порой даже и разногласий, вдруг стали полем одних и тех же мыслей, которые сводились к одному: «Москва, после чудовищного поражения в холодной войне, вновь заговорила с позиции силы. Жаль, что мы не прикончили её сразу».

Слушая на конференции Путина, они не только скрежетали зубами, но и, неодобрительно подняв брови, до синевы сжимали губы, думая только об одном: скорей бы он закончил, чтобы их догмы не были окончательно приговорены к смерти. Многие из сидящих в зале сравнивали выступление Путина с Фултонской речью Черчилля, провозгласившего холодную войну. Ближе всех к такому «мысленному сравнению» оказался сенатор США от Демократической партии Джозеф Либерман, сказав себе, что речь Путина провокационна и сильно отдаёт духом холодной войны.

Генеральный секретарь НАТО Яап де Хооп Схеффер так же скрежетал зубами, размышляя над словами Путина, заявившего о том, что расширение альянса является «серьезным фактором, провоцирующим снижение взаимного доверия». От слов, произнесённых Путиным, многие геополитики прятали глаза, чтобы не выдать свои эмоции… Но это было лишь началом.

На следующий день британская The Times в статье «Ледяная критика со стороны Путина» написала о том, что Путин в чрезвычайно грубых и недипломатичных выражениях заявил, что США «перешагнули свои национальные границы во всех сферах, спровоцировали новую гонку ядерных вооружений и агрессивной политикой дестабилизировали ситуацию на Ближнем Востоке. Это было не просто выступление, а откровенная критика проступков администрации Буша». На английском языке это означало, что тот, кто это сказал, приговаривался к смерти. Комментируя выступление президента Путина, газета указала на то, что последний раз международное сообщество сталкивалось с подобной агрессией со стороны московского лидера в 1960 году, когда Никита Хрущев стучал ботинком по столу на заседании ООН.

«Если Путин намеревался своей речью углубить раскол в НАТО, – написала британская «Файнэншл таймс», – то его выступление привело к противоположному эффекту. Впервые, почти за десятилетие, высокопоставленные политики, дипломаты и министры обороны двадцати шести стран НАТО сумели сомкнуть ряды перед лицом общего критика. Появление старого доброго русского пугала, с которым можно бороться, принесло облегчение».

Немецкая информационная газета Die Welt написала, что на мюнхенской конференции по безопасности был один момент во время выступления Владимира Путина, когда мотивы его обличительных речей в адрес США стали почти очевидными. «Кому это понравится?» – тихо, с задумчивым выражением лица, спросил президент Путин после того, как обвинил Вашингтон в том, что тот перешел границы во всех отношениях, навязывая при этом свою правовую систему другим государствам.

Многотиражная газета Der Tagesspiegel написала, что на мюнхенской конференции Путин сорвал с глаз Запада повязку, которая постоянно мешает ему воспринимать Россию такой, какая она есть на самом деле. Россия – вновь окрепшая великая держава, которая использует относительную внутреннюю стабильность и рекордные цены на нефть и газ для внешнеполитического наступления.

Своё мнение высказала и французская газета Liberation, указав на то, что «Путин пытается сделать из России великую державу, что приведёт к столкновению с великим американским жандармом».

Итальянская газета La Stampa в статье «Путин объявил холодную войну Америке» написала о том, что в Мюнхене было произнесено слово «конец» в отношении нормализации после завершения холодной войны.

Американская газета The New York Times сообщила, что новый министр обороны США Роберт Гейтс возражает против критики Путина в адрес США. «Одной холодной войны было вполне достаточно. России не следует бояться продвижения НАТО к её границам, поскольку это «продвижение демократических стран», – заявил Гейтс.

Более того, по словам Гейтса, речь российского президента на конференции навеяла ему воспоминания о прошлом. «Вчера выступал один из бывших бойцов холодной войны, который почти пробудил во мне ностальгию по тем временам. Все старые шпионы говорят напрямую, я тоже был шпионом, но потом меня направили на переподготовку, – пошутил шеф Пентагона. И продолжил: – Россия – наш партнер во многих начинаниях, но у нас тоже вызывают удивление некоторые политические решения России, которые противоречат интересам международной стабильности, в частности передача оружия и использование энергетических ресурсов в качестве инструментов политического давления».