— Всё в порядке, — снисходительно кивнул Сареф, — никто не мог знать, что всё сложится именно так…

При этом Сареф внимательно оглядывал стражу. На первый взгляд, могло показаться, что с ними поработали клановые исполнители, объяснив страже, как нужно относиться к гостям. Но нет, в таких случаях у людей во взгляде лишь скука и желание того, чтобы всё это побыстрее закончилось. Эти же люди смотрели на него с искренней благодарностью, каковую невозможно было вызвать приказами и запугиванием. Возможно, до них уже дошла информация о том, кто встал на защиту Женевьевы… а, возможно, среди тех людей, которых Сареф 2 дня назад вылечил от смертельных и неизлечимых ран, были отцы, братья и сыновья этих стражников.

— Вы теперь, стало быть, обратно к чешуежо… то есть, к стревлогам? — осведомился командир.

— Да, — кивнул Сареф, — и прошу вас далеко не уходить. Нам поступила важная информация во время пребывания на землях вашего клана. И вы поможете нам засвидетельствовать одно важное событие.

— Для вас, уважаемые Сареф и Эмиль — всё, что угодно в пределах наших полномочий, — со всей возможной серьёзностью и уважением кивнул им командир. И после этого они безо всяких препятствий пересекли границу кланов, где на другой стороне их уже ждали стражи-стревлоги…

— Ансильяш и Кагиараш вас уже ждут, — ящеры-пограничники бесстрастно указали на домик.

— Отлично, — слегка растерянно кивнул Сареф, — но откуда они узнали? Или они ждали нас тут всё это время?

— Я вчера послал им сигнал, что через сутки мы вернёмся в Агруменаш, — коротко пояснил Ангреаш. Они направились было в сторожку, как вдруг Эмиль осторожно взял Сарефа за плечо.

— Да, — тот повернулся к нему.

— Полагаю, моё дальнейшее присутствие уже не требуется? — деликатно спросил Эмиль, — то, что я обещал для вас сделать — сделано. А то, что будет происходить дальше, вероятно, уже не моё дело.

Впрочем, по лицу Эмиля Сареф понимал, что ему просто не хочется лично встречаться с Хрипунцом, который наверняка обретался где-то поблизости. Да, после их откровенного разговора с Сарефом он был готов мириться с присутствием Теневого Символа на территории Агруменаша, но в остальном для Эмиля это ничего не меняло: каждый, кто имеет дело с силами Хаоса, для него — потенциальный источник угрозы. Даже, как внезапно подумалось Сарефу, и он сам… Возможно, Эмиль, и правда, верил, что они могут быть друзьями, что их дружба продлится года и даже десятилетия… но итог у этого всё равно будет один. И это Эмиль ещё не знает, в каком положении сейчас находится отец Сарефа…

— Разумеется, — кивнул Ангреаш, — может, мы могли бы организовать тебе портал?

— Нет нужды, — покачал головой Эмиль, — за сутки я доберусь домой сам. И за это время мне нужно хорошенько обдумать… всё, что с нами случилось.

— Как пожелаешь, — кивнул ему Ангреаш, — и да, Эмиль, на будущее: не стесняйся обращаться к нам, если тебе что-то понадобится. Мы сейчас остро нуждаемся как в таких специалистах, так и в том, чтобы налаживать контакты с иными расами, проживающими на нашей территории. Так что… Если тебе будет нужна работа — твоим талантам найдётся как достойное применение, так и достойная оплата.

Эмиль кивнул, явно серьёзным образом принимая это к сведению, после чего пожал им на прощание руки. Рукопожатие с Сарефом вышло коротким, но мягким и тёплым: Эмиль явно оценил то, что Сареф делом подтвердил свои слова о дружбе… и, фактически, позаботился о судьбе его сына. С Ангреашем рукопожатие вышло чуть более сухим и деловым, но во взгляде Эмиля присутствовало уважение: он явно оценил, как эльф-альбинос печётся о судьбе своих братьев.

А вот с Йохалле рукопожатие вышло очень долгим. При этом Йохалле и Эмиль внимательно друг на друга смотрели, и, можно было не сомневаться, они прекрасно видели друг друга насквозь, они оба не были друг от друга в восторге… но при этом каждый из них признавал в другом силу, и они были готовы держать уважительную дистанцию. После чего Эмиль, наконец, отправился своей дорогой, а Сареф, Ангреаш и Йохалле зашли в сторожевой домик.

Там было, на удивление, просторно: две софы, на которых можно было устроиться на ночлег, и ещё два кресла. И это не считая кухонного угла, где стражи готовили себе еду. На одной софе сидели Ансильяш и Кагиараш. На другой — Мэйс и, разумеется, Хрипунец. Последний при этом настолько самодовольно смотрел на Сарефа, что тому хотелось его стукнуть. Не оставалось сомнений: Хрипунец был в курсе, как минимум, того, что Сарефу пришлось использовать его дар. А, как максимум, он знал, что случилось на землях клана Ювенаро, от и до.

Кагиараш и Ансильяш выглядели вполне довольными жизнью. Как видно, главный из Старших стревлогов был очень рад тому, что Эргенаш и Ансильяш примирились, и теперь последний мог спокойно продолжать работать на землях клана. Потому что его управленческие навыки, отточенные годами, сейчас были как нельзя к месту.

А вот Мэйс сидел, опустив взгляд и не смея пошевелиться. И хотя через Системное Окно Сареф видел, что у него был полный запас здоровья, и на самом Мэйсе не было никаких следов травм… можно было не сомневаться, Хрипунец всё это время заботливо и очень подробно рассказывал Мэйсу, что он будет с ним делать, если мамаша откажется выкупать его жизнь. Ну и момент, когда Валка пыталась через письмо с каплей крови телепортировать сына в поместье, Хрипунец тоже явно уловил… И в этот момент он с удвоенным энтузиазмом рассказывал несчастному пленнику, что тот никуда от него не денется, и, если он всё-таки окажется в его руках — то Мэйс будет умолять о смерти, как о самом желанном избавлении.

— Итак, Сареф, Ангреаш, Йохалле, — Кагиараш поприветствовал их. Сареф и Ангреаш заняли свободные кресла, а Йохалле остался стоять у двери, — какие у вас новости? Я очень надеюсь, что хорошие.

— У каждого из нас своё понимание хороших новостей, Каги, — Хрипунец, плотоядно ухмыльнувшись, хлопнул по плечу Мэйса, который боялся сделать лишнее движение, — я вот жду хороших новостей о том, что мамаша этого утырка отказалась его выкупать. И тогда я, наконец-то, смогу заняться им вплотную, чтобы он получил причитающееся… не так ли, дружок?

Мэйс, за всё это время окончательно затравленный, ничего не ответил, продолжая пустым взглядом смотреть в пол. И то, что Кагиараш и Ансильяш не стали одёргивать Теневого Символа, тоже о многом говорило. Как минимум, о том, что Старшие Стревлоги тоже подсознательно были согласны с тем, что отпускать Мэйса после того, что он едва не натворил, живым и здоровым было бы несправедливо. Как минимум, стоило ему позволить сполна натерпеться страху… возможно, что до конца жизни.

— Мы договорились, — кивнул Сареф, — правда, с одним небольшим нюансом. Сейчас на землях клана Ювенаро ситуация с отношением к стревлогам… мягко говоря, неоднозначная. Вернее, однозначно негативная. Чтобы её преломить и, соответственно, открыть Валке возможность начать поставки без ущерба для репутации в глазах своего населения, нужен информационный повод. Этим поводом, разумеется, станет возвращение Мэйса. Но не как пленника, а как специального агента, который предотвратил несколько диверсий, и теперь с почётом и благодарностью от стревлогов возвращается домой.

Кагиараш и Ансильяш, хотя и помрачнели, но всё же стоически кивнули. Не было сомнений: за время своего правления им приходилось ради общего блага принимать куда более унизительные и невыносимые условия. Тем более, что Ангреаш не раз подчёркивал, какие надежды стревлоги возлагали хотя на базовые соглашения с кланом Ювенаро. А вот у Хрипунца, который по инерции продолжал улыбаться, задёргался правый глаз, а верхняя и нижняя челюсти начали натурально разъезжаться в разные стороны.

— Это, — Хрипунец даже потряс головой, — это что… шутка такая? Тайный агент… да какой из него, ко всем чертям, тайный агент⁈ Да это чмо даже дома ночью в сортир не сходит без разрешения своей мамочки! Не говоря уже о том, что, — Хрипунец, сжав кулаки, со злобой посмотрел на них, — проклятье, Сареф, даже ты, мерзкий и хитрожопый человечишко — и то за всё время нашего знакомства ТАК не плевал мне в душу, как собираешься плюнуть сейчас!!!