— Йохалле, Анна — СЕЙЧАС!

По этой команде Йохалле снова чиркнул себя по ладони черным лезвием бумеранга, после чего с нечеловеческим рыком развёл перед собой ладони — и на огромной туше матки появилась внушительная брешь, из которой на брусчатку хлынул поток омерзительной слизи. После этого Анна выхватила из своей колоды две карты, при этом она закричала от боли так, словно тянула жилы из собственного тела. И всё же сквозь пелену слёз она метнула карты в Сарефа — и перед ним вспыхнуло Системное окно:

Карта Колесо Фортуны! Шанс и сила критического удара увеличены на 100% на 1 удар!

Карта Звезда! Весь наносимый урон стихией света увеличен на 100% на 1 удар!

Заряженный выстрел!

…2…1

Критический удар — 4788!

И вот эта атака была чем-то невероятным. Барелем испустил такой мощный поток света, что даже эта огромная и, казалось, неуязвимая тварь покачнулась от такого удара. После чего с её бока стала мерзкими обугленными слоями спадать шкура. Однако…

В этот момент абсолютно все слизни бросились к своей матери. Они своими телами закрывали эту рану… и монстр, используя собственное потомство как материал для новой шкуры, регенерировал её. Несколько секунд — и повреждённое место было полностью восстановлено. А мгновение спустя матка повернулась и уставилась туда, где стоял Сареф, и тот буквально кожей ощутил чистую испепеляющую ненависть этого существа. И поняв, что своей цели он добился, Сареф проревел:

— СМАТЫВАЕМСЯ ОТСЮДА!..

Сразу же после этого Хим испарился, возвращаясь в разум Сарефа и переводя его в состояние Одержимости. Потому что сейчас Сарефу понадобится вся его скорость. Матка была до того разъярена, что вылезла из своей норы и преодолела расстояние до них всего за 3 секунды. На таких скоростях Сареф даже на зарядах Тёмной Фазы далеко не уйдёт.

И потому он вынужден был прыгать по крышам домов, уворачиваясь от шаров слизи, которыми в него плевался разъярённый монстр. И плевался довольно метко, стоило признать. Более того, когда Сареф в очередной раз прыгнул, то монстр послал шар слизи… в точку, куда он должен был приземлиться. Тут у Сарефа уже не оставалось другого варианта, кроме как использовать заряд Тёмной Фазы и сместиться на улицу. Откуда он, снова шмальнув в монстра из Барелема лучом света, чтобы тот не потерял его, рванул в сторону городских ворот.

К счастью, во всём этом была и положительная сторона. Слизень настолько увлёкся Сарефом, что совершенно забыл про остальных. Впрочем, от них сейчас требовалось только не мешать ему вывести монстра из города. И потому Сареф мчался, как никогда в своей жизни, постоянно оборачиваясь, чтобы или подстегнуть монстра лучом света, или увернуться от очередного плевка слизи.

В какой-то момент, когда до городских врат оставалось примерно сотня шагов, слизень, поняв, что его плевки не действуют, совершил новую атаку. Изогнувшись, он всей своей массой обрушился на брусчатую дорогу — и та породила ударную волну, которая, разбрызгивая во все стороны камни и пыль, стремительно направилась к Сарефу. Но они с Химом были к этому готовы. Хилереми, контролируя ноги хозяина, невероятно точно высчитал момент, когда волна их настигнет — и прыгнул.

Их в спину ударило несколько мелких камней, но главный эффект был достигнут — они, используя ударную волну, прыгнули так высоко, что слизень просто не мог до них достать. Мало того, в прыжке Сареф развернулся — и, направив на монстра вибрирующий Барелем, который за это время снова накопил десять зарядов, выдал по нему заряженный выстрел. В Реликтовом качестве Барелему требовалась всего одна секунда для Заряженного Выстрела на максимальной мощности, так что…

Заряженный выстрел!

…1

Критический урон — 1219!

Да, стоило признать, без карт Анны урон выходил и близко не таким убойным. Но всё же этого оказалось достаточно, чтобы монстр с новым истошным визгом проводил взглядом Сарефа, который по дуге улетел за городские ворота, и ринуться за ним.

Сареф, снова развернувшись в полёте, в нужный момент использовал на себя Силовое Поле — и изящно приземлился на каменную дорогу. Мгновение спустя с диким грохотом слизень прорвался через городские ворота и устремился за ним. Но теперь Сареф снова призвал Хима в физическом воплощении — и они рванули в разные стороны, распределяя внимание монстра.

Хим принялся стрелять по матке своим огненно-световым лучом, и Крылья Феникса, висевшие у него на груди, делали эти атаки ещё более убойными. Сареф тоже атаковал было слизня… но из Барелема вырвалась обычная молния. Он вызвал Системное окно, и… да, так и есть: Атакующая Стойка завершила своё действие, и её надо было активировать заново. Признаться, это был довольно неудобный момент, но ради разностихийности оружия приходилось чем-то жертвовать.

Стоило отдать должное Бронзовым Кулакам: людей они эвакуировали весьма оперативно, на всю округу не было никого лишнего. Соответственно, и сражаться теперь можно было, не опасаясь ни жертв среди населения, ни серьёзных разрушений (отстроить заново пару сотен метров дорожного полотна было несравнимо быстрее и дешевле, нежели пару городских кварталов).

Слизень, наконец, остановился, потому что Хим и Сареф атаковали его с разных сторон. Но проклятая матка продолжала эффективно контратаковать даже в таких условиях. Сначала она головным концом рванула к Сарефу, попытавшись его проглотить — и только заряд Тёмной Фазы спас его от ужасной пасти, полной мелких и острых зубов. А в следующий момент она занесла хвостовой конец — и с такой силой и скоростью обрушила его на Хима, что тот лишь чудом сумел уйти из-под удара. Промедли он хоть на мгновение — и от него осталось бы мокрое место. При этом Сареф постоянно держал в голове, что они сражаются с тварью Хаоса. Даже те Бронзовые Кулаки, что отправились на перерождение, не смогли полностью оправиться от полученных травм. Поэтому стоило постоянно учитывать, что риск умереть навсегда здесь был высок, как никогда. И даже Власть Жизни не факт, что поможет. Если твоё тело уничтожит поток этой смертоносной слизи — после этого будет просто нечего и не во что воскрешать.

Наконец, из ворот показались Анна, Эмиль и остальные. Анна скомандовала Бронзовым Кулакам вернуться в город и оказать помощь простым жителям. Это было весьма благородно с её стороны, хотя здесь больше проглядывался расчёт: если уж отряд в 40 человек этот монстр размотал за несколько секунд, остаток в 6–7 воинов погоды здесь не сделает. А вот в городе наверняка остались те, кому нужна помощь.

Сама Анна при этом в бой тоже не лезла. И это тоже грамотный ход: на примере Сарефа она увидела, что в качестве усиления чужих атак её колода была куда эффективнее. Чем она, собственно, спешила воспользоваться.

Сареф, Хим, Йохалле, Агреаш и Эмиль рассредоточились вокруг монстра, постоянно атакуя его и растягивая внимания. Матка должна была отвлекаться сразу на пятерых бойцов. Мало того, Анна носилась от одного бойца к другому, выбрасывая карты из своей колоды. Вот она метнула карту в Йохалле — и в следующую секунду тот использовал своё умение на взрыв. Вот только если раньше взрыв был одиночный — то теперь это была целая серия взрывов, прогремевшая около головного конца слизня и на короткое время дезориентировавшая его.

Вот Анна оказалась рядом с Эмилем, выкинула очередную карту из колоды — и в следующий момент Эмиль, ударив по цубе клинка, вытащил его и провёл свою коронную атаку девятихвостого дракона… какими-то лучами чёрного света, которые прошили тело слизня насквозь. И хотя раны сразу регенерировали, всё же от этих атак чувствовалась невероятная мощь.

Вот Анна оказалась рядом с Химом и метнула карту в него. Хилереми от этого сначала сжался, но потом вспыхнул настолько ярко, словно он на мгновение стал маленьким солнышком, и, выпрямившись в прыжке, послал в матку такой мощный огненно-световой луч, что та завизжала от боли. А дыра, которую проделала атака хилереми, просуществовала целых 10 секунд, прежде чем скрыться за слоями слизи.