— Но тогда кто это может быть? — спросил Сареф.

— Без понятия, — пожал плечами Йохалле, — в принципе, даже Анна назвала не самый невозможный вариант. Вполне может быть, что это её собственный отец. Хотя… хотя…

— Что? — спросил Сареф.

— Да нет, это звучит, как бред, — отмахнулся Йохалле, который неожиданно очень сильно смутился.

— Да говори уже, — рассердился Сареф.

— Не сейчас, — покачал головой тот, — мне надо как следует об этом подумать…

Сареф понял, что эльф не хочет говорить при Эмиле, которому эльфы, несмотря на все его заслуги, отнюдь не спешили доверять. Что, в общем-то, было вполне логично с их стороны, они ведь не слышали, что Сареф готов назвать Эмиля своим другом. А даже если бы и слышали, то это мало что поменяло бы, ведь, как известно, друг моего друга не всегда мой друг.

— Ладно, Система с ней, этой Фридой, — махнул рукой Сареф, — что вы думаете по поводу всего остального?

— Ну, я лично могу подтвердить, что стревлоги получили здесь намного больше, чем могли рассчитывать, — с довольной улыбкой кивнул Ангреаш, уже, вероятно, мысленно представлявший, как он обрадует этой новостью своих названных братьев, — Кагиараш и Анейраш говорили, что хотя бы одно соглашение, какое угодно, уже будет победой. По факту — мы получили согласие на все три. Да, с небольшими оговорками, но все они вполне приемлемы. Так теперь ты выбил для нас ещё 3 соглашения. Ты не представляешь, как стревлоги будут этому рады.

— А что насчёт слов Валки о том, что через 2 поколения им будет не хватать земель? — поинтересовался Сареф.

— Пугалки, — отмахнулся Йохалле, — ну, или, как минимум, очень сильное преувеличение. Потому что уж, как минимум, до того, как потерять свой статус, стревлоги вполне обходились вот этими землями своего единственного на всю Систему клана. Мне больше кажется, что эта жадная бабка просто предвидит, что клан Агруменаш в очень скором времени начнёт иметь какие-то политические амбиции. И боится, что эти амбиции будут реализовываться за её счёт.

— Например? — спросил Ангреаш, порядком удивлённый таким заявлением.

— Да я-то откуда знаю? — пожал плечами Йохалле, — я вам что, политик? Ну, если брать из самого банального — право собственности. Я сильно сомневаюсь, что даже сейчас, после выигранных Состязаний, стревлоги хоть где-то имеют право приобретать в собственность недвижимость. Ну и, вполне логично, что в первую очередь этот прецедент будут ломать в Ювенаро, позволяя стревлогам приобретать дома на землях этого клана. Вероятнее всего, за огромные деньги, но всё же…

— Меня другое больше повеселило, — Йохалле с огромным интересом посмотрел на Сарефа, — то, что ты потребовал от сына Валки вассальный договор. Вот клянусь своими разноцветными глазами, я был уверен, что она после этого отдаст приказ схватить нас.

— Ну, что поделать, — Сареф пожал плечами, — я тоже согласен с тем, что Валка — наглая и жадная бабка. Которая, кажется, и правда, не осознаёт, насколько дёшево она отделалась после всех своих косяков. Женевьева пострадала даже не на десятую долю настолько серьёзно, насколько могла бы. Её сын скоро вернётся домой, живой и здоровый, даже несмотря на то, за каким поступком его застукали. И при этом она всё ещё пытается строить из себя бедную и несчастную. Нужно было дать ей понять, что мы всё понимаем, что не питаем на её счёт никаких иллюзий, и чрезмерная наглость будет жёстко пресечена и моментально наказана.

— Ну и я тоже хотел поблагодарить тебя, Сареф, — осторожно сказал ему Эмиль, — признаться, мой сын ещё 3 года назад хотел поступать в эту Академию… ну и я рассчитывал, что после Состязаний Гьядаол не откажет мне в такой услуге. Но после того, как оно всё случилось… будущее моей семьи стало весьма неопределённым. Да, сейчас у меня осталась какая-то народная любовь, но и она сойдёт на нет меньше, чем за полгода.

— Так… ты всё-таки собираешься воспользоваться услугами того человека? — спросил Ангреаш, — который помог бы тебе переселиться с минимальными затратами?

— Тебе нужен честный ответ, эльф? — в лоб спросил его Эмиль.

— Да, — с вызовом ответил тот.

— Вот он — не знаю, — пожал плечами Эмиль, — я с пониманием и уважением отношусь к вашим желаниями и вашим целям… но при этом мне бы не хотелось, чтобы мои дети росли в мире, в котором они будут чужими и для стревлогов, и для людей.

Ангреаш смутился. И было, от чего. Если стревлоги сейчас хоть как-то, худо-бедно, но всё-таки налаживают отношения с остальными кланами, то вот люди, орки и эльфы, оказавшиеся от них в зависимости, рискуют стать дважды изгоями. И их вполне может ждать жизнь, где они не будут нужны ни другим людям, потому что они запятнаны отношениями со стревлогами, ни самим стревлогам, если им вдруг что-то не понравится. И в этот самый момент Сареф понял, что это лишь верхушка айсберга всех тревог Эмиля. Вполне вероятно, что и он, и его соседи не раз, не два и даже не десять собирались вместе — и обсуждали свою будущую судьбу…

— Ну, — Сареф деликатно позволил этой теме соскользнуть, — я, в общем-то, не преувеличивал, когда говорил, что готов назвать тебя своим другом. А это значит, что я готов не только звать тебя, когда нужно разгрести проблемы, но и делить с тобой свои награды.

— Я это ценю, — всё так же серьёзно кивнул Эмиль.

— И всё же, парень, остаётся последний вопрос, — Йохалле посмотрел на Сарефа, — что это был за приём, которым ты свалил этого монстра? Это ведь… было именно то, о чём я и подумал?

— К сожалению, — кивнул Сареф, — поверь, я сам не хотел это использовать. Но выбора не оставалось.

— И как на это отреагировали зинтерровцы? — с любопытством спросил тёмный эльф.

— Прохладно, — пожал плечами Сареф, — не сомневаюсь, они предпочли бы, чтобы я получил это знание в их клане.

— Любопытно, — Йохалле понимающе ухмыльнулся, — а можно поподробнее?

— К сожалению, нет, — покачал головой Сареф, — они взяли с меня слово, что я буду молчать. И с учётом того, что вчера Ангреаш выжил благодаря одному из их хилереми… мне пришлось дать это слово.

— Жаль, жаль, — кивнул Йохалле, одновременно похлопав по плечу Ангреаша, у которого при упоминании этой темы моментально испортилось настроение, — нашли же способ заставить тебя молчать. А сами-то там тоже явно не на соседней полянке цветочки собирали, не так ли?

Сареф лишь молча покачал головой. Это был прямой намёк больше не задавать лишних вопросов. Как минимум, потому, что Эмилю, который и без того явно был сильно не в ладах с кланом Зинтерра, не следовало знать о том, что эту провокацию люди Адральвеза, считай, что специально устроили именно в таком виде…

Больше они о важных вещах не разговаривали. Как и обещала Валка, к вечеру они добрались до таверны Серебряный Жёлудь, где их уже ожидали. И мало того, что их накормили превосходным ужином, так ещё и позволили вымыться с дороги, что для придорожных постоялых дворов было явным признаком роскоши. И, как и было обещано, с них не взяли ни одной монеты. К сожалению, это же означало, что здесь наверняка прослушки было не меньше, а, возможно, и больше, чем в экипаже. И, можно было не сомневаться, Валка, прослушку которой в экипаже нейтрализовал Йохалле, захочет отыграться вечером. И потому все важные темы пришлось оставить до того момента, когда они снова попадут на земли клана Агруменаш.

Утром их накормили таким же превосходным завтраком, после чего они продолжили путь. И, как и планировала Валка, удивительно точно рассчитавшая маршрут, ближе к обеду они уже подъезжали к границе с землями клана Агруменаш.

И когда экипаж, наконец, остановился, и Сареф из него вышел… то увидел, как стражники, которые несколько дней назад провожали его на земли клана Ювенаро с хохотом и насмешками, теперь буквально выстроились в почётный караул.

— Господин Сареф, господин Эмиль, господа эльфы — наше вам почтение, — сказал командир, когда они четверо вчетвером ступили на землю, а прочие стражи вскинули перед собой оружие, — нам… известно, как много пользы вы принесли нашему клану за эти дни. Приносим извинения, были не правы!