— Ты его всё время носишь?

— Ну да, вдруг кто что в спину кинет.

— Поздравляю, в тебя и кинули. Осталось узнать кто.

— Попади в тебя это без защиты — помер бы за пару секунд, — сказал врач.

— М-да, даже мяукнуть не успеешь, не то что просканировать себя.

— Мяукнуть? Ты же медведь.

— Так привычка, жена — кошка.

— Нужно заказать вашему ведомству сделать артефакторные майки, по типу тех, что Юлька любит одевать. Площадь защиты будет больше.

У Рика запиликал телефон, и ответив, он увидел Тони.

— Привет, тебе земляной осьминог живой нужен?

— Да! — воскликнул тот, не раздумывая. — Как ты его пленил и не сдох?

— Никак, взрослого усыпил с десятого раза. А так тут у самки кладка с яйцами, они скоро вылупятся. Я тебе спер одно яйцо.

— Я поражаюсь, как вы дожили до столь почтенного возраста, — проворчал врач.

— Тони, ты там в лесу ничего лишнего не подцепил? — спросил Рик.

— Я тебе что, школьник? Я сканирующие и очищающие заклинания довёл до уровня рефлексов и делаю их регулярно — занимает секунду.

— Учись, медведь, а то драть буду не хуже вашей мамы.

— Какие его годы научиться, — сказал спокойно Тони. — Ты где?

— В больнице, отвлекаю Юльку от действий врача, чтобы она не нервничала.

Тони вышел с женой в коридор.

— Это тебе порядок.

Яйцо было сантиметров тридцать в длину и сантиметров двадцать по широкой части.

— Кстати, ещё колючек насобирал для студентов. И шкуру его, ту что он при линьке скинул, тоже забрал.

— Странно, что ты живого осьминога не забрал.

— Он здоровый гад, ещё и так быстро в землю зарывается. Так что думай, где будешь выращивать, и будешь ли.

— Всё, я закончил, — сказал наконец врач и убрал ширму. — Сейчас рукой даже не пробуй шевелить.

Тай уже стоял и внимательно смотрел на мою конечность.

— Да, палец пока светлее, но сейчас мы нашу пострадавшую отправим в капсулу интенсивного восстановления, и завтра будет как новенькая. А вам, господа, советую заклинания уже доводить до автоматизма. Девушка могла лишиться не пальца, а руки и больше, если бы промедлила чуть дольше.

— Ну да, я же по сути ткнула в эту гадость пальцем, — сказала нервно, улыбаясь.

— Для того, кто ткнул пальцем, ты быстро среагировала.

— Так больно же, и он синеть начал.

Мирл почесал затылок, понимая, что мог легко умереть и даже не заметить этого.

— Повышать квалификацию никогда не поздно. Радуемся, что все остались живы, и завтра проведем дополнительное занятие: как такую гадость на подлёте уничтожать и что делать, если вляпались разными частями тела.

— Если конечности, лучше сразу отсечь, — сказал без прикрас врач. — Их хоть отрастить можно.

— В других местах тоже можно вырезать с мясом, — сказал кровожадно Лишкорт. — Но ещё есть техники по закупориванию проклятий, если попало в тело в такое место, что не вырежешь, не убив.

— О, я бы тоже послушал.

— Когда наша коллега будет выписана?

— Рано утром.

— Значит, утром после выписки я проведу в их участке урок, сможете присоединиться.

— Благодарю!

Утром первым, кого увидела, был доктор и Тай.

— Настырный он у тебя, — улыбнулся врач. — Но при этом хороший, заботливый. Одежду тебе принес. Проверяй руку в целом.

Я сжала ладонь и проверила, что палец работает нормально. А потом проявила на обоих руках коготки и проверила их. Выдохнула с облегчением. Доктор тоже взял мою руку с коготками, проверил их и насобирал немного яда с восстановленного пальца.

— Всё хорошо, — он понюхал яд. — Можешь снова применять их в деле.

— И драться уже можно?

— Да. А что, собралась драться?

— Для дела придётся, и схлестнуться придётся с вараном, а против него только мои когти.

— Если что, я кулаком его успокою, — проворчал Тай.

— Скорее убьёшь, — усмехнулся врач. — Переодевайся.

С удовольствием послушала лекцию от Рика Лишкорта по тому проклятию, в которое влезла. Он не рассусоливал, как порой делал для студентов. Все присутствующие базу и не только знали, и потому им давали чёткие инструкции, что делать. А потом ещё и моделировали на неопасных проклятиях. Гонял он нас до обеда, да так, что все были мокрые, и можно было выжимать.

— На сегодня пока хватит. Через неделю приду, проверю, что ничего не забыли.

— Когда пойдем на дело? — спросила у Миры.

— Завтра, сегодня я ноги с трудом переставляю.

— Я всё поражаюсь твоему спокойствию, — сказал Майкл, смотря на Матайнера. — Мимика показывает, что ты бы высказал и, возможно, в рожу засадил кулаком, а ты молчишь и не дергаешься.

— Дедов армейский ремень вдолбил лишний раз рот не открывать. Брата, младшего, даже во взрослом возрасте дед воспитывал, пока вдолбил наконец-то нужное.

— Хм, интересный у тебя родственник, хорошо бы с ним пообщаться.

— Лучше его больше не вспоминать, он же ощутит.

Тай достал телефон и вздохнул:

— Ну вот, вспомнил, звонит. Он очень чувствует, когда мы его вспоминаем, — Тай ответил на звонок. — Привет, дедушка!

— Ну, каких лешим меня вспоминал?

— Да, так, к слову, пришлось.

— А я уже думал, проклиная.

— Нет! Просто с коллегами общался.

— И шеф его хочет познакомиться, — сказал нагло шеф Дездон. — Хорошего парня воспитали.

— Хм, приду значит, через час буду.

Тай обречённо посмотрел на шефа после звонка.

— Ты его боишься? — удивился Тим.

— Драли б тебя столько, сколько меня, ты бы тоже вздрагивал.

— Тай, помнишь, ты упоминал, что в старшей школе тебя куда-то отправили?

— В интернат для трудных детей, на три года. Дед решил, что пойдет на пользу. Типа, раз я сорвался и двинул одного придурка, то мне туда надо. А я просто уже не мог терпеть его выходок.

— М-да, как мы своих детей ещё в интернат не отправили, — сказал тихо Майкл. — Хотя там кошки больше чудят, и мои мальчики только успевают их оттаскивать.

— Может, спарринг? — спросила у Миши.

— Откуда только силы берутся, — проворчал друг тихо, но потопал в зал для тренировок.

Я бы и с Таем подралась, но как-то неловко его об этом просить. А с Мишей мы столько дрались, что свободного могу его попросить. Спарринг у нас получился очень насыщенный, пол участка стояло и наблюдало. Мне удалось другом даже бросок сделать. Он правда мигом подскочил и бросился на меня.

— Юркая кошка, — хмыкнул Тим.

— По-моему, хватит, — сказал шеф через пять минут. — А то вы скоро обратитесь. И что меня приятно радует, Михаил не поддаётся.

— Ещё бы он поддавался, — сказала с улыбкой.

— Мне б за это когтями шкуру порвали. Это только в школе колотушки из-за психов были. И то чисто пар выпустить.

— Ты своё лицо в те моменты видел? — спросила у него с прищуром. — Ты стоял с таким видом, мол, вокруг одни идиоты.

— Ты себя с братьями со стороны просто не видела, чисто детский сад, неважно, что уже подростки.

— Юль, со мной проведёшь спарринг?

— Да.

— Без когтей, попрошу.

Просто кивнула медведю. Тоже было очень интересно и познавательно. Бросок удалось сделать далеко не сразу. А потом ещё и отец ребят пришёл и стал комментировать и подсказывать, кому из нас на что обратить внимание.

— Тим, соберись! Забудь на какое-то время, что она девочка.

Вот тут-то пошла жара и стало интересней.

— Вот другое дело! А то тоже мне едва двигаешься. Юлька всю учебу с сильными парнями дралась. И недаром на соревнованиях хорошо выступила, медведю не проиграла. Вышла в ничью. Стоп, хватит.

Мы остановились.

— Юльчик, молодец, навыки не растеряла, стала проворней. Тебе нужно чаще именно с медведями спарринговать. И ещё одной — кошке тоже, — это так намекнули на Миру. — Тебе, милая, с кем угодно, но только не с мужем.

Тут уже все заулыбались. Даже супруги, понимая, что их поединок перейдёт к заигрываниям и близости. Да и не смогут они ударить друг друга.

— Добрый день, — услышали мы хорошо поставленный командный голос. — О, Ялины! Тэйлин, ты тут?