Так и разошлись. Наташа увела детей Дина к ним домой, а мы с Тэйлином сопроводили Диму в больницу. Врачи его пожурили за побег и забрали лечиться. Тэйлину сказали, что в четыре утра его уже выпишут. Дима успел сказать адрес дома и отдать ключи от него.

— Спасибо, магистр.

— Пока не за что.

Нас обеих взяли на руки, и мы перешли порталом к дому. Он проговаривал для нас, что делает. Из дома он позвонил жене.

— Тэяна, милая, мне нужна твоя помощь.

— Что случилось? — насторожилась женщина.

Муж включил ей видео и показал нас с Ирой.

— Помогаю понянчить, пока их отец в больнице. Но кто-то немного чумазый, и волосы я не возьмусь разбирать.

— Открой мне портал из кухни кафе.

Женщина быстро пришла к нам. Сходила в ванну и, вернувшись, сказала мужу:

— Пойдёшь сейчас в магазин, дома для детей ничего нет. Кто их отец?

— Дима, мой студент. Он удочерил их.

— Видимо, на днях только, — мы с Ирой кивнули.

— В магазине купишь детский шампунь как у Тани, бери и такую же зубную пасту, две детские зубные щётки, потом две расчески и маленькие резинки. И купи ещё набор нижнего белья. Сколько вам, мои крошки, лет?

— Мне десять, Юле пять.

— Бельё по возрасту — не ошибёшься. И носки тоже на их возраст купишь. Так-с, сейчас я ещё холодильник проверю. Угу, этот твой студент хоть готовить умеет.

— Вкусно готовит, — сказала мигом Ира, — кушать хочу.

Тэяна проверила продукты и достала нам кашу с котлетами. Потом проверила морозилку и сказала мужу:

— Ещё купи готового фарша, лука, морковки и сливок жирных. Я им ещё котлеток приготовлю. Хм, и молока пару упаковок возьми, и хлеб. Сладости — на твоё усмотрение.

Супруги быстро поцеловались, и Тэйлин отправился в магазин. А мы с Ирой за ними смотрели как завороженные — вот что значит любящие существа. Каши оказалось совсем немного, нам так, чисто голод немного перебить. Тэяна сразу стала готовить ещё суп и пару видов каши.

— Тэйлин принесёт фарш, и я наготовлю вам ещё вкусных котлеток со сливками.

Мы обе облизнулись. Нас погладили по головкам. Женщина принюхалась к обоим и с удивлением задержалась на мне.

— А ты батист?

— Угу.

Мужчина вернулся через полчаса с двумя кульками продуктов.

— Я ещё обычного мяса взял.

— Хорошо. Тогда сделаю Димке и заготовки в морозилку. Налей пока девочкам молока с чем-то вкусненьким. А то каши было мало, и они ещё голодные, а у меня ещё не всё готово.

Нам дали по половинке булочки и по чашке молока. Супруги остались с нами на ночь. Тэяна выкупала нас с Ирой и расчесала спутанные волосы. Даже проследила, чтобы мы хорошо почистили зубки перед сном. В ней чувствовалась забота и душевное тепло.

Ночевать они остались на первом этаже в зверином облике. Слышала, что их близнецов забрал старший сын из гостей и отвёл домой. Я долго не могла уснуть и спустилась к Тэлину и Тэяне на первый этаж. Они и правда лежали рядом в зверином облике. Сама превратилась и осторожно подошла к ним. Медведь смотрел за мной через неплотно прикрытые глаза и подставил лапу, чтобы я по ней забралась к нему на спину. И уже на нём котёнком уснула.

Утром проснулась на руках у Тэяны. Она гладила меня по спинке.

— А Дима нас бросит? — спросила сонно.

— Почему ты так решила? — спросил Тэйлин, делая себе кофе.

— Мила не рада, что Дима нас удочерил.

— Может, ещё в кроватке поспишь? — спросила Тэяна. — Тэйлин сейчас за вашим папой пойдёт в больницу.

— Я с тобой побуду.

— Хорошо, милая.

Меня посадили на диван, и я быстро уснула.

— Я поговорю с Димой, — сказал Тэйлин, выставив щит от подслушивания, чтобы я точно их не услышала.

— Если он такое учудит, — тихо рыкнула кошечка, — заберём малышек себе. Они же крошечные, нельзя с детьми так: захотел — взял, захотел — выкинул.

Тэлин собрал своему бывшему студенту чистую одежду и пришёл за ним в больницу.

— Как ты?

— Живой, — сказал парень, шатаясь. — Мне сказали сегодня отоспаться. А как девочки?

— Переживали вчера сильно, когда ты вовремя не пришёл. А утром младшая спросила: «Бросишь ли ты их?»

— Что?! — у Димы даже глаза отккрылись. — Почему? Она так спросила?

— Видимо, она слышала какой-то твой разговор с женой и знает, что Мила не рада им.

— Да, Милка не рада, что я её перед фактом поставил. Но что мне было делать? Не сказать же им: «Нет, мелкие, я вас не заберу».

— Иногда лучше на старте сказать «нет», чем потом говорить: «Знаете, я передумал». Но если вдруг решишь их отдать, мы с Тэяной их заберём.

— Я не собираюсь их бросать. Я просто не знаю, что с детьми делать и как за ними ухаживать.

— Мы заметили. Учись: читай, видео смотри.

Дома Дима сразу подошёл ко мне и погладил по волосам.

— А чем это пахнет от Юли?

— Шампунь детский, — сказала Тэяна, уперев руки в бёдра. — Мы прикупили для детей детские средства. Не дело их взрослой химией мыть.

— Оу, точно. Спасибо.

— И волосы им нужно расчесывать несколько раз в день, а то потом колтуны не разберёшь просто.

— Хорошо.

— Резинки и расчески в детской оставила. Еда в холодильнике, заготовки в морозилке — не пропадёте с голода. Если что, звони за советом. Понял, медвежонок?

— Да, спасибо.

— И не забудь: через три часа девочек в садик отвести нужно.

— Спасибо.

Дима сразу себе выставил будильник, чтобы успеть нас собрать. Меня перенёс в спальню к Ире, а сам пошёл спать в свою комнату. В садик я категорически идти отказалась. И Дима, вздохнув, взял меня с собой на работу. Он решил, что тех пару часов сна ему хватит и сегодня он позанимается в офисе бумажной работой.

— Ты что тут забыл? — спросил Дин. — И кто тут у нас с папой пришёл? — меня попытались поймать и пощекотать.

Спряталась за Димой.

— Я выспался. А Юлька не хочет в садик идти. Я это… отчёты пока сделаю.

— Делай, но никаких выездов сегодня.

Мне достался телефон и наушники. Но мультики мне были неинтересны. Мне может и пять лет физически, но умом я старше. Потому просто сидела и наблюдала, как приёмный отец пишет. Через пару часов ему позвонила жена.

— Как ты? А то вчера не смогла до тебя дозвониться.

— В больнице ночевал, задержание было сложным.

— А дети с кем были?

— Магистр Ялин очень выручил и ночевал с женой у нас дома. Кстати, вот Юля.

Он показал мне Милу, а ей — меня. Я неуверенно помахала девушке рукой. Но при взгляде на меня у неё лицо так изменилось, словно она что-то поняла.

— Дим, я потом перезвоню. Мне нужно одной кошки уши надрать.

Мы с Димой ничего не поняли. А вот Милана, увидев меня, поняла, кто моя мать, и сразу ей позвонила.

— Ты! — прорычала медведица. — Кошка драная!

— О, чем обязана? — язвительно спросила подруга детства.

— Ты почему ребёнка бросила!

— Как ты узнала?!

— Дима удочерил её!

— Дима? Я её точно не твоему Димочке отдавала после рождения, а обычным людям.

— Они её выкинули.

— Пф, Милка, это уже не мои проблемы. Я, как ты помнишь, вообще не хотела её рожать. Так что пусть скажет спасибо, что жива осталась.

— Кто её отец? Потому что она батист!

— Батист? Не знаю. У меня тогда было несколько раз по пьяни, потому отца её не знаю. Если тебе не хочется её воспитывать — отдай другим.

— Лина, ты себя слышишь?

— Мила, я не хотела ребёнка, но слишком поздно узнала. Я нашла ей семью. Всё! На этом всё! Её судьба — не мои проблемы!

На этом она завершила разговор.

После заполнения всех отчётов Дима понял, что у него ещё часа четыре осталось. Нашёл взглядом Нюру и, подхватив меня на руки, подошёл к ней. Кошечка посмотрела на него удивлённо.

— Что-то случилось?

— Мне нужен ликбез по вот этим кнопкам, — сказал он, указывая на меня кивком.

Нюра хохотнула.

— Пошли чай попьём. У тебя с собой еда есть?