— После вашего появления пришли копы.

— А мы тут при чём? Мы всё время только за пультом.

— Никто не знает, как вы выглядите на самом деле. И если не откроете лиц, вас не примут больше ни в одном клубе.

— Проверим? — спросила с вызовом. — Может, стоит сказать, что вы нам денег зажали? Мы с братом работаем уже не первый год по клубам в разных городах. Ваш клуб не последний и не единственный. Не будет его — будут десятки других, кто примет нас с распростёртыми объятиями.

Нас просто попытались побить. Но трое громил не ожидали, что два задохлика, которыми мы выглядим, могут раскатать их по дороге. А в добавок у нас была поддержка в виде Тая, который держался всё время до этого в тени. Он же и утащил их в участок, а мы написали на них заявление за нападение. Коллеги, кто был в ночную смену, в шоке смотрели на меня.

— А как вас зовут?

— Я вам в заявлении напишу, — улыбнулась коллегам.

— Автограф можно? — спросил другой.

Задержанных закинули в камеру, а мы, написав как положено заявление, ушли домой. Коллеги на последок упросили фото — пришлось согласиться. Ведь нынешний образ мы чаще всего используем в клубах.

Утром нам ещё хозяин клуба позвонил лично извиниться, как он выразился, за недоразумение.

— Может, уладим как-то?

— Я уже уладил, — буркнул Марк. Он проверил счёт, который давал, когда мы выступали, и на нём было пусто — перевода за концерт не было. — Нас можете не ждать, ваши пожелания передали. На вечер приглашение в другой клуб мы уже подтвердили.

— Парень, не горячись, ошибся, с кем не бывает.

— Я не горячусь, мы с братом уже давно не юнцы, которыми можно помыкать и шантажировать.

На этом он закончил разговор. Через несколько минут пришло сообщение о зачислении.

— Не поскупился, заплатил в два раза больше.

— Но мы же не будем забирать заявление?

— Нет. Иначе опять кто-то подобный отколет.

Тай сидел рядом с нами на кухне, молча поддерживая. Он купил домой кофемашину и угощал нас кофе, а я угостила парней пирожными.

— Вы учились в разных академиях? — кивнули с братишкой синхронно.

У Макса пиликнул телефон, он довольно заулыбался, прочитав сообщение.

— Что там?

— Папа фотографии твои детские прислал.

Мгновенно отобрала у него телефон — мало ли что с фотками. Но там я была котёнком, выдохнула и вернула телефон.

— Вот смотри, это Юлька у папы на руках. Шерсти больше, чем тельца.

— Такая крошка, — нежно сказал Тай.

Немного смутилась. Я и правда была очень маленькой даже для своего вида. Это только с возрастом догнала в росте в обоих видах.

— Шеф нового дела не присылал?

— Прислал, зачистка территории для тебя с Мишкой. А мне — по другому делу с кражами пройтись, и Тай со мной идёт. Будет плохого копа играть, а я типа добренького.

— В академии у нас до плохого и хорошего не успело дойти, — сказала парням, видя их недоумение, и объяснила: — Хотела однокурсников припугнуть, чтобы учились лучше. Но они сами прознали про плюшки выбора практики и стали усердней учиться, а я только чуть-чуть подгоняла некоторых.

— А ты кем должна была быть, хорошим или плохим копом?

— Меня в академии прозвали «бешеной кошкой», потому у меня была роль а-ля плохой коп. А Михаил должен был сыграть молчаливого и того, кто чуть-чуть придушит.

Тай рассеялся.

— Ты хорошо знаешь Михаила?

— Мы с ним и его близняшкой и ещё некоторыми ходили в садик, а потом в один класс. Была на свадьбе у Мишки, а его жена и близняшка — мои лучшие подруги. Девочки работают с моей сестрёнкой в одной мастерской артефактами.

— Оу, здорово.

Мы с Мишей спокойно разобрали ловушки, и никто не попал ни в какую пакость. И этим очень порадовали шефа и братьев парня.

— Майкла перестали пускать на зачистки, он лажает.

— Не бузи, мелкий.

— На правду не обижаются. Я до сих пор помню, как тебя нашпиговало, а мне едва ноги не отрезало. Сам тебя поколочу, если опять полезешь к ловушкам.

— Один раз накосячил, и мне всё время вспоминают.

— Просто тебя любят и берегут, — сказала медведю очевидное.

Он так мило смутился.

— Что правда, то правда, — сказал с улыбкой Тим. — И мама тебя тогда так хорошо выдрала, заглядение!

Шеф обратился ко мне:

— Юль, прогуляйся по одному адресу. Там Макс работает с Таем, если что — поможешь. И, возможно, придётся импровизировать. Дело я тебе перешлю.

Когда пришла по нужному адресу, шерсть стала дыбом. Это было то место, где нас держали в клетках. Я ведь у отца не спросила, на сколько того типа посадили, и его могли уже освободить. Но плюс в том, что он не узнает во мне ту мелкую девочку.

Нашла парней, расспрашивающими подростков. Но по их мыслям слышу, что они напуганы и не скажут правды. В них тоже вшит артефакт принуждения, и он активирован.

Подошла к брату и, обняв его, сказала:

— У них артефакт принуждения вшит под кожу на спине. Кевину потом вырезали в больнице, как и другим мальчишкам. Они вам правды сейчас не скажут, не смогут.

— Мы не врем!

— Помолчи, — строго сказал Тай подростку.

— Вы тут живёте? — спросила у детей. Это был правильный вопрос.

— Да, — сказали они.

— Давно тут живёте?

— Год, — пропыхтел другой парнишка.

— Сколько вам лет?

Старшему было шестьдесят, младшему — тридцать.

— Собак ночью выпускают? — парни с шоком смотрят на меня и просто кивнули. — Это, скорее всего, тот же тип, что и в моём детстве. Опять за старое взялся.

— Вы идёте с нами, — строго сказал Макс.

Я зашла в здание, проверила, есть ли там ещё дети. В клетке за тряпкой прятался маленький котёнок, лесной кошки.

— Тай, смотри.

— Я вызываю ребят, — сказал он.

— Я была примерно такого же возраста.

— Он закрыл Митю, — сказал один из ребят. — Мы не можем его достать.

— Учёл, скотина, инициатором побега была я, сама младшая из всех.

Парни смотрели на меня ошарашено. Когда мы зашли, чтобы попробовать освободить малышку, двери захлопнулись.

— Мы не выберемся теперь, — испугались парни.

Тай, недолго думая, просто снял двери с петель.

— Не в мою смену, — сказал он.

Коллеги были в ярости, когда увидели котёнка. Мира с Маринирой были в шоке от увиденного. Мира перевела взгляд на меня и вздрогнула.

— Что? — спросила она.

— Просто твоё прошлое увидела, — кивнула ей.

Медведи спокойно разломали клетку и достали ребёнка. Мира сразу забрала котёнка и прижала малыша, заурчала ему. Сразу мужу строго сказала:

— Мы его усыновим!

— Хорошо, милая.

Малыш, посмотрев на неё, прижал маленькую головку к ней.

— Можно тебя подержать на руках, малыш?

Он кивнул. Мне передали котёнка. Я бережно прижала его к себе и погладила.

— Мира хорошая, тоже кошка. У тебя будут старшие братики и сестрички.

— У нас сейчас близнецы его возраста, — сказал Мирл. — Два котёнка.

— О, тогда будет ещё и очень весело с ними расти.

Организатора детского воровства по известным адресам не нашли. Его объявили в розыск. Всем детям нашли приёмные семьи. Мира на неделю взяла выходные, чтобы побыть дома с детьми и помочь маленькому Дмитрию прийти в себя. Она своим даром видела, как это происходило у меня с Ирой и Кевином, и сейчас старалась отогреть и успокоить малыша. Тот нашёл общий язык с детьми дома, детки его легко приняли. А близнецы Миры согласились, что он какое-то время поспит с ними в одной кровати. Но когда увидели, что их новый брат оборачивается, посмотрели на маму с немым вопросом.

— Как? — спросил Мирон.

— Просто захотеть нужно.

Через мгновение на кровати было ещё два чёрных котёнка. Мира с мужем погладили троих малышей и в таком виде попытались уложить спать. Но тем хотелось поиграть. К счастью, в этом виде дети быстрее устают, и через пять минут три котёнка уже сладко спали. Их положили поудобней, чтобы, если во сне обернутся, не мешали друг другу.