В. Баранец: – Как ты думаешь: «Алушта» не пошла, Единый расчетный центр не пошел. У них есть что-то общее в этом «не пошло»?

М. Тимошенко: – Есть. Общее – это некомпетентность и непонимание, даже незнание того, что вообще делает командир и за что он отвечает.

В. Баранец: – А почему так странно получается: мы кругом на всех углах кричим, что мы двигаемся к профессиональной армии. А на самом деле даже в эпицентре – Министерстве обороны – создается впечатление, что там сидят долдоны.

М. Тимошенко: – Тот центральный аппарат, который сформировали, он некомпетентен.

В. Баранец: – И что ты предлагаешь? Мы сегодня думаем, как лучше выполнить программу Путина.

М. Тимошенко: – К вопросу о защищенности офицеров перед государством. Пойдут судебные иски.

В. Баранец: – Безусловно, они уже начинаются.

М. Тимошенко: – Кто отвечать будет? Кто будет ответчиком?

В. Баранец: – Трудно сказать.

М. Тимошенко: – Нет, сказать легко. И суд это решит. Открываешь устав, написано: командир отвечает за все виды довольствия. А отнюдь не девушки в Министерстве обороны.

В. Баранец: – Хорошо. Я командир части, ко мне приходит судебный иск, и мне говорят: «Полковник Бара-нец, вы заплатили полковнику Тимошенко деньги». А я отвечаю: «Товарищ судья, я к единой расчетной системе, к единому расчетному центру не имею никакого отношения. Потому что единый расчетный центр – не мой подчиненный. До свиданья».

М. Тимошенко: – Здравствуйте, – говорит судья. – А вот эту книжечку вы видели – воинский Устав?

В. Баранец: – А это не соответствует действительности. В Уставе не написано про единый расчетный центр.

М. Тимошенко: – А вы не замазывайте инициативу Министерства обороны. Вы отвечайте за себя, товарищ командир. Написано, что ты отвечаешь за все виды довольствия.

В. Баранец: – Мало ли чего написано.

М. Тимошенко: – А вы присягу давали?

В. Баранец: – У командира части должен быть финансист. Я с него буду шкуру драть. Но его уже нет. Все, единая расчетная система, центр уже съел все.

М. Тимошенко: – Значит, вы, товарищ командир, и будете отвечать деньгами перед тем, кому не выплатили.

В. Баранец: – Но я в любом суде докажу, что к этому не имею никакого касательства.

М. Тимошенко: – Но Министерство обороны в этом раскладе отвечать не будет. Потому что нарушен ряд федеральных законов и уставов.

В. Баранец: – Что ты имеешь в виду?

М. Тимошенко: – Потому что написано. Если написано, что командир отвечает за все виды довольствия, в том числе и денежного, и обеспечения – значит, он отвечает.

В. Баранец: – Это правда. Но дай командиру тоже оправдаться.

М. Тимошенко: – Не дам. Потому что Биронт до сих пор виноват.

В. Баранец: – Но не такой тупой наш суд, чтобы не понимать, что командир не имеет касательства к единому расчетному центру.

М. Тимошенко: – У нас рулят юристы и экономисты. Нам наплевать, кто такой командир. Написано – все, ты отвечаешь. А то, что эти наделали – кому какое дело?

В. Баранец: – По-твоему, мы не найдем крайнего?

М. Тимошенко: – Нет.

В. Баранец: – Ну тогда крайнего найдет Путин. И, по-моему, он его уже нашел.

М. Тимошенко: – Думаю, что этим дело не должно кончиться. Найдет крайнего – замечательно. У меня есть вопросы к Анатолию Эдуардовичу Сердюкову. Но я в то же время понимаю, что армия это настолько большой организм, и связанные с ней проблемы настолько велики, что министр один решить все не может. Значит, он себе должен был подобрать команду.

В. Баранец: – Согласен с тобой. Профессиональную команду.

М. Тимошенко: – Дальше возникает вопрос. Все замкнется на министре. Хорошо, сняли этого, назначили другого. Другой придет, посмотрит.

В. Баранец: – Оно никуда не вернется. Давайте вернем хорошую, добротную, старую систему.

М. Тимошенко: – Это что: всю реформу – стоп, и полный назад?

В. Баранец: – Нет. Реформу системы финансирования военнослужащих. Систему выплаты ДД. И вернутся баталеры финансовые, и появятся маленькие и большие начфины, и все заработает, как часы. Наши отцы и деды были не дураками.

М. Тимошенко: – А я тебе скажу вот что. Если бы мы с тобой позвонили в Англию или в немецкую разведку и спросили: «Как вы считаете, собирается на вас нападать российская армия или нет?». Они ответят: «Конечно, нет. Потому что ваша система денежного довольствия, которая была в советской армии и которая была приспособлена к ведению боевых действий, на настоящий момент таковой не является». Это значит – в тылах и дивизиях оставить на сегодняшний день бригады, и там будет ехать танк, в который вмонтирован банкомат?

В. Баранец: – Это тоже смешно, это трагедия новых реформаторов. Это трагедия армии. Так же, как ты говорил по поводу питания.

М. Тимошенко: – Другой вопрос задаю. Вот эта хрень, которая называется ЕИРЦ. Она как будет выдавать эвакопособия? Она будет выдавать денежные аттестаты?

В. Баранец: – Ты прав. Когда за дело дерутся дураки, это порождает миллионы трагедий. Ты читал, какое письмо написал человек у меня в блоге? Какое умное, профессиональное письмо?

М. Тимошенко: – Читал. Это финансист.

В. Баранец: – Да, это финансист.

М. Тимошенко: – Он пострадавший финансист, которого топчут, бьют, он прекрасно понимает, что отвечать придется ему и командиру.

В. Баранец: – А какая логика, какая убедительность! Так что, подбиваем бабки по ЕИРЦ?

М. Тимошенко: – Скажу еще одно. Раз передают факсом, то никакой цифровой системы связи, создать которую ставил задачу Президент Медведев, не создано. А этот начальник связи Вооруженных Сил, который выступает у нас на «Эхе Москвы»… Там есть оплаченное время, и там выступают военные.

В. Баранец: – И песенки поют.

М. Тимошенко: – Да. Значит, опять должна будет, если вспомнит Дмитрий Анатольевич до своего ухода, опять будет превращена в показуху и надувательство. Чтобы отловить связиста на том, цифровой канал или нет, нужен не юрист, а связист. Но ведь это же надувательство.

В. Баранец: – Мы обсуждаем стратегическую проблему: как армии лучше выполнить военную программу, который наметил новый Президент Российской Федерации. Вы ее все читали, она была опубликована. Мы с Михаилом Тимошенко обращаем внимание на самые жгучие проблемные узлы, которые неминуемо придется развязывать нынешнему, а может, и не нынешнему Министерству обороны и его руководству.

М. Тимошенко: – Нам сказано, что нужно создавать новую армию. Вроде как ее должны создавать новые люди. И она должна быть укомплектована офицерами нового поколения. Очевидно, что требования к образованию и подготовке этих офицеров должны предусматривать то, какие задачи им решать. Как девушки Минобороны определяют основную функцию офицера? Основная функция офицера – организация боевой подготовки. Организация боевой подготовки – зачем? Армия создается для того, чтобы воевать. Или для того, чтобы на тебя не посмели напасть.

В. Баранец: – Но я не пойму, почему ты так ставишь вопрос.

М. Тимошенко: – Это не я ставлю вопрос.

В. Баранец: – Нас слушают миллионы людей. Какая-нибудь Варвара Ивановна сидит на сызранском рынке с транзистором, и говорит: «Почему это Тимошенко осуждает?» Офицер готовится для боя, ему ставят задачу: «Вы должны быть готовы для боя». Что тут плохого?

М. Тимошенко: – Во-первых, не надо передергивать. Это характерно для журналистского поведения. Если задача – организация боевой подготовки офицеров, то этим все и кончится. Никакого лидерства, никакого понимания ответственности, учения управлять боем.

В. Баранец: – Ну, ты наворачиваешь. Офицера надо готовить для боя. Все, точка.