Звонок, Юрий: – Здравствуйте! В первый раз я услышал на радио человека здравомыслящего. На удивление. Обычно приглашают тех, кто говорит, что все будет спокойно, погибнем, развалили, а так все нормально. У меня вопрос самый главный: президент в курсе всех этих проблем? Делаются хотя бы какие-то попытки по восстановлению армии и ликвидации всего этого безобразия, которое у нас сейчас происходит?

А. Владимиров: – У нас нет более продвинутого, более решительного и более подготовленного президента, чем Владимир Владимирович Путин. Это самый информированный человек на Земле. На него работает лучшая разведка мира, и не одна. И поэтому он все это знает. Мы не знаем причин, мы можем только догадываться, почему какие-то вещи не принимаются во внимание. Или не делается каких-то радикальных выводов. Но, думаю, что мы все ближе и ближе к тому моменту, когда эти решения будут приняты. Потому что мир стоит на грани войны. У России нет другой альтернативы, как быть готовой к ней. От войны никуда не убежишь. И наше общество, и государственное руководство должны это понимать. А что значит понимать? Это значит – готовить страну, делать ее сильной. Формировать оружие, делать армию. Союзников искать, теорию и стратегию войны понимать и уничтожать свою пятую колонну и плацдарм иных цивилизаций на своей территории. Это все неизбежно. Но поскольку до этого не дойдет, пока где-то не клюнет, странно слышать, когда война на пороге, все о том говорят, а наше правительство обсуждает программу о развитии конкурентоспособности страны.

Звонок, Руслан: – Здравствуйте! Я полностью подтверждаю то, что сейчас говорится. Я на пенсии нахожусь. Что сейчас происходит? Гражданское население живет в своем мире, зарабатывает деньги. Оно знает, что есть человечки, которые бегают, чем-то занимаются, мы им бабло, бешеные деньги платим. Вот сейчас была волна по поводу зарплат военных. Но если сравнить силы специальных операций США и наши ГРУ, что от них осталось, от тех бригад, то это жалкие остатки. Современная война – это не только плацдармы для армий, в ней кто первым обнаружил, ударил, тот и победил. Сейчас нужны разведки ударных комплексов, а таких нет. Все уничтожено и об этом никто толком не говорит.

В. Баранец: – Александр Иванович, я вас приглашаю поразмышлять вот в такой плоскости. Да, есть ядерное оружие – и стратегическое и тактическое. Давайте такую фантасмагорию придумаем, что конфликт какой-то случился, и на Россию напали без применения ядерного оружия. И здесь в глубинах народного сознания возникают два вопроса. Первый. Будет ли так, как в годы Великой Отечественной войны, чтобы весь народ дружно поднялся на защиту своего Отечества? Или наш народ, по известным идеологическим и политическим причинам, разделится, и некоторые товарищи, которые сегодня любят поорать на Болотной площади, на Сахарова, на других выйдут с хлебом-солью навстречу супостату, лишь для того чтобы решить какие-то свои задачи?

А. Владимиров: – Это вопрос тяжелый, но необходимый. Перед тем, как выйти в эфир, я давал вашему же телевидению, ТВ «Комсомольской правды», интервью по поводу опроса «Левада-центра», который показал, что 50 процентов по его вопросу решили, что они будут воевать с оружием в руках при нападении. А 10 процентов или даже более тут же уедут в теплые края от этой войны. Я хочу сказать, товарищи либеральные и не либеральные, граждане страны: «От войны никуда не убежишь. Если она не настигла вас здесь, она настигнет вас в другом месте, в Эмиратах или на острове Пасхи. Потому что война есть война».

Как все будет происходить, если на нас нападут? Есть несколько сценариев. Самое печальное, с точки зрения стратегии, в том, что мы, не имея собственной национальной стратегии, являемся сейчас практически стратегическим тылом и для Америки, и для Китая. Поскольку мы и тому, и другому даем свои ресурсы, которые, вообще-то, принадлежат народу. И война будет совсем не за нашу территорию. И наш народ никому не нужен на своей территории. И даже ресурсы не нужны, потому что мы их всем даем. А война будет за первенство, за главенство в мире, чтобы не дать стать первым другому. И вот в этом масштабе мы и можем стать тем театром войны, на котором все действия развернутся. Пойдет ли Китай в Сибирь? Он не пойдет. Так же и Америка. Все будет происходить на уровне элит: больше продавать, больше скупать элиту. Менять смыслы бытия, как они сейчас меняют смыслы бытия, скажем, и ментальность России: со служения – на заработок. Сейчас к этому все ближе и ближе американцы.

Поэтому, если начнется что-то серьезное, оно может начаться так же внезапно, как и 22 июня 1941 года. Якобы внезапно. Хотя я сейчас говорю всем, товарищи: война будет, и надо к ней быть готовым. Будут ли занимать плацдармы в Ульяновске с этой перевалочной базой? Будут ли какие-то еще? Сначала будет, конечно, недоумение и шок. Но конечные итоги будут одни и те же. Наполеону за полгода храпку свернули. Немцам – за большее время, но тоже свернули. У России есть такая странная привычка, раз в сто лет ходить до Парижа и обратно – никто ни разу не остановил. Когда я говорю нашим зарубежным товарищам в дискуссиях, лекции читаю по миру, и у меня задача на Д-25, то есть за 25 дней операции выйти к Ла-Маншу. Ни у кого не было сомнений, что я там буду, ни у солдат дивизии, ни у немецких генералов, с которыми я уже после этого дела разговаривал… И это все останется. Нас победить невозможно. Наше дело простое – делать себя настолько сильными, чтобы на нас никто и в мыслях не мог напасть. Мы не должны спасать капитализм в Европе и Америке за счет вливания денег и т. д. Мы должны себя делать сильными. Для этого надо управлять страной так, чтобы военные практики мобилизационного плана были внедрены в существо тела нашей государственной жизни.

В. Баранец: – Александр Иванович, сегодня затевается очень суровый сценарий в Сирии. Наши читатели, слушатели задаются вопросом: будет ли война? Возможно ли участие России в сирийской войне? И возможно ли, что эта война перерастет в региональную, а потом в мировую?

А. Владимиров: – Я думаю, что война в Сирии будет. Никаких усилий – ни наших дипломатических, ни китайских – приниматься во внимание не будет. Наше прямое участие в ней невозможно. Те два корабля наших ходячих десантных, два батальона подвезут, они только будут порт охранять. Там, наверное, сделают для них колпак – бомбить не будут. Американцы тоже не идиоты. Но из этого начнется большая война. Именно поэтому Россия должна быть к ней готовой, и Кавказ должен понимать, что он – первый эшелон безопасности нашей Родины.

В. Баранец: – Сегодня мы будем говорить о военной программе нового президента Российской Федерации Владимира Путина, о том, что он наметил в этой программе, и попытаемся понять, прикинуть, поразмышлять над тем, что надо сделать нашей власти, чтобы эта военная программа президента России была реализована в полном объеме. Потому что если даже половина из того, что наметил Путин, будет реализована, мы сможем получить серьезное новое содержание армии – как по качеству личного состава, так и по вооружению.

М. Тимошенко: – Почему ты допускаешь, что она может быть выполнена наполовину?

В. Баранец: – Я сказал: если хотя бы даже наполовину. Я не допускаю и мысли, она не должна быть выполнена в полном объеме. Потому что время быстро пройдет, а программа нацелена на 10 лет.

М. Тимошенко: – Глядя на то, что творит Министерство обороны с армией и флотом, боюсь, что, действительно, хорошо будет, если хоть наполовину.

В. Баранец: – Почему ты так думаешь?

М. Тимошенко: – Путин написал в своей статье, я, во всяком случае, первый раз такое видел напечатанным…

В. Баранец: – Ты имеешь в виду по комплексности, по дальности?