Изможденный от недосыпания и от нервного перенапряжения, Джек не стал дожидаться результатов экзаменов. Он занял у знакомых небольшой ялик, запасся одеялом и едой и поплыл куда глаза глядят. Оказавшись по воле течения неподалеку от одного небольшого порта, где ему приходилось бывать раньше, он пристал к берегу и зашел в хорошо известный ему прибрежный трактир. Добрых знакомых не пришлось долго искать, со всех сторон его звали к себе старые приятели-рыбаки. Изрядно выпив, Джек все же сумел вовремя покинуть ночью гостеприимную компанию. Всю следующую неделю он провел одиноко в заливе на своем ялике: ловил рыбу, громко орал песни, досыта спал. Через неделю он вернул ялик хозяину, а сам возвратился домой. Здесь его ожидало сообщение о том, что он принят на первый курс Калифорнийского университета.
Осенью 1896 года Джек Лондон приступил к регулярным занятиям в университете. «Он был преисполнен гигантских планов… — вспоминает об этом периоде его товарищ по школе и университету, впоследствии также ставший писателем, Джеймс Хоппер. — Он намеревался записаться на все курсы лекций по английскому языку и литературе, именно на все подряд, на меньшее он никак не был согласен. И конечно, он хотел послушать основные лекции по естественным наукам, большинство лекций по истории, да еще прихватить приличный цикл по философии». Хоппер, занимавшийся уже на втором курсе, понимал, что Джек возлагает на университетские лекции слишком большие надежды, однако он не стал его отговаривать.
Джек аккуратно посещал три курса лекций по английской философии, два — по истории, один — по общей философии и один — по естественным наукам. После лекций, наскоро перекусив, он долго засиживался в университетской библиотеке. Чтобы послать немного денег матери, он не гнушался мелкой работой. Однажды рано утром изумленные студенты увидели Джека с ведерком краски и кистью на верхушке флагштока посреди студенческого городка. Джек узнал, что университет разыскивает верхолаза для покраски флагштока. Он вызвался сделать эту работу и действительно мастерски покрасил флагшток. Откуда было знать наблюдавшим за ним студентам и преподавателям, что ему приходилось десятки раз взбираться на мачты океанской шхуны во время жестокой бури!
Одна неделя упорных занятий сменялась другой, и Джек стал замечать, что его речь становилась правильнее, мысли легче ложились на бумагу. Каждый день он узнавал что-то новое. И все-таки ему казалось, что он слишком медленно продвигается к своей цели — овладеть писательским мастерством. Он вовсе не мечтал стать обладателем университетского диплома, а жаждал знаний, которые, как он думал, приходят вместе с дипломом. Однако теперь ему часто приходила мысль, что, занимаясь самостоятельно, он сможет достичь своей цели быстрее и лучше. К тому же некоторые лекции оказались неинтересными. Иные профессора не учитывали новейших веяний в науке, схоластика и начетничество еще занимали твердые позиции в университетских стенах. Джек приходит к выводу, что «колесо университетского образования крутится слепо, подчиняясь воле правящего класса».
Однако точных сведений, почему именно Джек Лондон бросил университет сразу же по окончании первого семестра, нет. В письме в издательство «Хоутон Миффлин» в январе 1900 года он писал: «Был вынужден против моего желания покинуть университет перед самым окончанием первого курса… Но я всегда учусь. Задача университета весьма проста: подготовить человека к тому, чтобы он учился в течение всей своей последующей жизни. Я был лишен преимущества университетского образования, но тем не менее кое-как обхожусь».
Как бы то ни было, в феврале 1897 года Джек Лондон уходит из Калифорнийского университета и вскоре устраивается на работу в прачечную с оплатой в тридцать долларов за шестидневную рабочую неделю. Чтобы управиться с работой, Джек и его напарник вынуждены были трудиться с раннего утра до глубокой ночи, но выхода не было: хорошо оплачиваемую работу найти было трудно. Поначалу Джек надеялся, что вечерами и в воскресенье он сможет заниматься и писать. Но по вечерам ему приходилось стирать и гладить горы белья. В воскресенье сил хватало только на то, чтобы просмотреть газеты.
На лето прачечная закрылась. Джек знал, что сэкономленных денег хватит ненадолго, скоро придется искать другую работу, но пока он целыми днями сидел на кухне и писал, писал рассказы, очерки, скетчи и рассылал их в журналы, но проходило какое-то время, и рукописи аккуратно возвращались обратно.
Кончались деньги, иссякало терпение. Бывали моменты, когда ему хотелось все бросить и податься, как говорится, хоть к черту на рога. И в эти самые дни он узнает из газет: в Клондайке нашли золото! Туда сразу хлынул поток искателей больших заработков и приключений. Джек загорается идеей отправиться на поиски золота. Муж сестры Джеймс Шепард тоже заболел «золотой лихорадкой». Он заложил дом, продал свою долю в небольшом деле и на вырученные деньги приобрел все необходимое для дальней экспедиции. Шепард знал физическую выносливость Джека и предложил отправиться на поиски счастья вместе. 25 июля 1897 года Джек с Шепардом на пароходе отплыли из Сан-Франциско на Аляску.
Корабль доставил путешественников до поселений Скагуэй, а дальше предстоял долгий путь до городка Доусона, затерянного в среднем течении Юкона. Отсюда надо было перевалить через Чилкутский перевал. Джек и Шепард везли с собой около тонны груза: продукты, снаряжение, стройматериалы, зимнюю одежду. Платить индейцам-носильщикам по полдоллара за каждый фунт груза они были не в состоянии. Все снаряжение и провиант пришлось нести через перевал на себе. Шестидесятилетний Шепард, перенесший недавно инфаркт, отступил. Он оставил все имущество Джеку, а сам вернулся в Сан-Франциско.
Еще на корабле Джек вступил в компанию с шахтерами Томпсоном и Гудманом и плотником Слоупером. Кое-как перевалив вместе через горы, они купили бревна и доски, соорудили хороший плот и отправились вниз по Юкону. Они двигались, не останавливаясь, день и ночь, работая и отдыхая поочередно: река уже покрывалась льдом и следовало торопиться. Вот где пригодились Джеку его физическая сила, умение управлять шлюпом, сноровка и выносливость.
Сотни изможденных долгими переходами людей сгрудились по обоим берегам и наблюдали, как смельчаки переправлялись через грозные речные пороги, где до них разбился не один плот. Когда Джек с товарищами благополучно пристал к берегу, их сразу же засыпали предложениями переправить грузы других: река сокращала путь в несколько раз. Те согласились, решив подзаработать. Несколько дней с опасностью для жизни они снова и снова проходили пороги, заработав на этом около трех тысяч долларов. Дальнейшее путешествие прошло без происшествий, и в начале октября они обосновались в заброшенной бревенчатой хижине, начали подыскивать золотоносные участки, оформляли на них заявки. Теперь оставалось ждать весны.
«Нет бога, кроме случая, и удача — пророк его», — перефразировал как-то известное изречение Джек Лондон, утверждая, что он на собственном опыте убедился в этом. Долгую арктическую ночь Джек провел в хижине в небольшом поселке на берегу Юкона в семидесяти милях от Доусона. Здесь часто собирались и коротали время за беседой и выпивкой охотники и искатели приключений, индейцы и золотоискатели, бродяги и пьяницы, авантюристы и джентльмены. Джек оказался в окружении ярких характеров, в гуще человеческих драм, стал живым свидетелем схваток человека с «белым безмолвием» Арктики.
Сидя у ярко горящей печки, Джек внимательно вслушивался в рассказываемые посетителями истории — часто незамысловатые, но в большинстве своем удивительные и даже сказочные. Они прочно откладывались у него в голове, чтобы в недалеком будущем перейти на страницы его жизнеутверждающих книг. Той зимой у Джека нашлось время и на чтение серьезных книг — «Капитала» Маркса и «Происхождения видов» Дарвина, чудом оказавшихся в этом далеком арктическом поселении.
Джек с горечью думал о тех временах, когда положение человека определялось не размером его счета в банке, а храбростью, умом и силой. Если верить рассказам местных охотников, на Аляске это было совсем недавно, до того, как вспыхнула эта «золотая лихорадка». Джек был достаточно образован, чтобы понимать преимущества цивилизации. Но отчего происходят все беды? Где выход? Он выбирался из избушки на свежий воздух. Холодная арктическая ночь не давала ответа на мучившие вопросы.
