Щербинский застегивает пуговицы на серой рубашке, его движения точные и уверенные.

— Я хотел расслабить врагов, а не насмешить. Если я буду разгуливать по Флоренции без своих людей, это будет подозрительно. Ловушка станет очевидной. Поэтому видимость охраны будет на базовом уровне.

— А на самом деле? — догадываюсь.

— На деле уровень самый высший. Пока это всё не закончится. Моих людей в этом городе больше, чем ты могла заметить.

— Понятно….

Я выбираю шелковое платье глубокого бирюзового цвета на тонких бретелях. Сверху наброшу черный бархатный пиджак.

Он у меня был, а вот платье я купила специально для поездки. Готовилась… Простые женские хлопоты — я думала, их уже не будет в моей жизни.

Но вот я собираюсь в ресторан.

Минимум макияжа. Распущенные волосы, которые ещё пахнут отельным шампунем. Аромат мне нравится. Мне вообще по душе здесь каждая мелочь.

А в укромном уголке души он — мой мужчина…

Щербинский надевает темно — серые брюки и оставляет ворот рубашки расстегнутым. Он выглядит невероятно: спокойный и чертовски привлекательный.

Мы выходим из отеля. У входа нас ждет большой черный автомобиль.

Один из охранников, молодой брюнет, коротко кивает Артуру и открывает перед нами дверь. Мы ныряем в прохладный салон.

Машина плавно трогается. Петляет по узким, мощеным камнем улочкам Флоренции.

За окном мелькают старинные фасады, освещенные теплым желтым светом фонарей, и беззаботные туристы. Артур берет мою ладонь в свою, и я чувствую, как его пальцы переплетаются с моими.

Ресторан на одной из оживленных улиц. Как сказал Щербинский, это заведение тут популярно.

Снаружи — добротное старое здание из коричневого камня, внутри — аромат трюфеля, свежего хлеба и старого дерева.

Интерьер классический: массивные балки на потолке, белые скатерти до пола. Мягкий свет свечей в высоких подсвечниках и стеллажи, заставленные бутылками вина.

Нас проводят в вип — комнату, где больше никого нет. Охрана остается где — то в общем зале. Ненавязчиво и незаметно для окружающих.

Официант приносит меню. Мы заказываем местное вино, а насчет еды Артур предлагает немного подумать. Открывает кожаную книжечку с перечнем блюд.

Я смотрю на темное стекло винной бутылки и чувствую, как во мне борются два желания.

С одной стороны, я не большой любитель алкоголя. С другой — мне так хочется сделать хотя бы глоток. Почувствовать терпкий вкус, расслабиться и окончательно забыть о том, что нас кто — то преследует.

Но в животе пусто, и я боюсь, что вино на голодный желудок сразу ударит в голову.

Я перевожу взгляд на Артура. Он сидит неподвижно, глядя в одну точку. Кажется, он даже не перелистнул меню.

Это совсем не в его стиле. Обычно он сразу берет инициативу в свои руки.

А тут — какая — то странная заминка.

И вдруг Щербинский резко поднимается. Я смотрю на него во все глаза, не понимая, что случилось. Артур делает шаг ко мне, мягко берет за руку и чуть сжимает ладонь.

— Идем, — коротко бросает он и кивает на выход.

Я ошарашена, но послушно встаю. Мы выходим из комнаты. Сначала он ведет меня в сторону туалетов.

В голове мелькает шальная мысль: неужели он собрался продолжить то, что было в номере? Мне льстит его ненасытность, и даже заводит. Но, честно говоря, сейчас я бы хотела просто поесть!

К тому же ресторан очень тихий, и я боюсь привлечь ненужное внимание.

— Артур, ты куда? — шепчу.

Он не отвечает. Мы проходим мимо туалетных комнат и сворачиваем в неприметный коридор. Секунда — мы оказываемся на маленькой, тесной кухне.

Пахнет чесноком и жареным мясом. Какая — то женщина в годах, в сером фартуке, молча кивает нам на боковую дверь.

Мы выходим через нее на совершенно другую улицу. Она узкая, тихая и почти темная.

Прямо у двери припаркован серый неприметный автомобиль. Добротный, но не бросающийся в глаза.

Артур щелкает сигнализацией и открывает мне переднюю дверь.

Я сажусь и пристегиваюсь. В голове рой вопросов.

Раньше я бы не позволила так просто собой командовать. Мой бывший муж любил подавлять мою волю, но я всегда спорила с ним до последнего… За что часто платилась…

С Артуром все иначе. Я просто доверяю ему.

Машина плавно трогается с места.

— Что происходит? — наконец спрашиваю я.

Артур усмехается. Его профиль в свете уличных фонарей кажется высеченным из камня.

— Прости, Анечка. Придется немного подождать, прежде чем мы поужинаем.

— Но зачем мы ушли? А как же охрана? — я ничего не понимаю.

— Охрана пока останется там. Им нужно кое — что доработать.

— Объясни мне, пожалуйста, — прошу и замечаю в зеркале заднего вида другую машину. — За нами едут?

— Спокойно, это наши, — он бросает на меня быстрый взгляд. — Слушай… Мы не скрывали, где я бронирую столик. Об этом знали в отеле, мои люди заказывали его открыто. Мы хотели проверить, насколько плотно я «под колпаком». И как быстро эти твари готовы действовать.

Я хлопаю ресницами, осознавая масштаб игры.

— Ты имеешь в виду…

— Мои люди останутся в том ресторане. Они сделают экспертизу еды и напитков, которые приготовили специально для нас. Проверят на «сюрпризы». А мы с тобой поужинаем в другом месте.

— Боже…. Твои враги ничего не заподозрят?

— Мы подменили официанта на своего человека. В последний момент. Если все нормально — мы якобы ужинали в випе. А если мы сорвем их план, то они будут в курсе, конечно.

— Но это все равно лучше, чем если бы они что — то сделали тебе…

— Да, мы играем в расслабленность, но до разумных пределов.

Артур спокойно ведет машину по лабиринту итальянских улиц. Вскоре мы останавливаемся у небольшого здания.

Этот ресторанчик выглядит совсем иначе. Он старый, кирпичный, а над входом качается деревянная вывеска. От него веет таким теплом и уютом, что у меня на душе становится легче.

Мы заходим внутрь. Зал совсем крошечный, на пять — шесть столиков.

На стенах висят связки сушеных трав и старые фотографии в рамках. Повсюду стоят живые цветы в глиняных горшках.

Нас встречает улыбчивая официантка в простом платье. Она здоровается так, будто мы заходим сюда каждый день.

Провожает нас к столику в самом углу, застеленному клетчатой скатертью. Мы снова заказываем бутылку красного вина.

— Ты же за рулем? — напоминаю.

— Обратно нас заберут, — улыбается Щербинский.

Официантка приносит хлеб, оливковое масло и вино. Мы заказываем простое мясное блюдо — кажется, это нежная говядина в томатном соусе.

Я делаю первый глоток вина. Оно оказывается потрясающим.

Напряжение потихоньку отпускает. В этом маленьком, атмосферном месте, несмотря на все опасности этой ночи, я абсолютно счастлива...

Потому что он рядом.

Я откусываю кусочек теплого жареного хлеба, смоченного маслом. Кажется, что это самое вкусное, что я пробовала в своей жизни.

Хруст корочки, нежный вкус масла и уют этого места делают меня абсолютно безмятежной.

Я поднимаю глаза и ловлю на себе внимательный взгляд Артура.

В его глазах пляшут теплые искорки — то ли от свечей на столе, то ли от того, как он на меня смотрит. У меня внутри все замирает.

Он любит меня.

Я до сих пор не могу поверить, но как будто чувствую это каждой клеточкой.

— Ты испугалась? — негромко спрашивает Артур.

Медленно качаю головой.

— С тобой я не боюсь. Наверное, это глупо звучит в нашей ситуации, но я сейчас очень счастлива.

Лицо Артура наконец расслабляется. На губах появляется настоящая, теплая улыбка.

— Безумно рад это слышать. Док… Мне очень жаль, что нам приходится идти на все эти ухищрения. Что мы не можем просто прийти в ресторан и спокойно поужинать. Как обычные люди.

— Здесь прекрасное место, — я обвожу взглядом старинные стены. — Мне тут нравится гораздо больше. И я больше всех заинтересована в твоей безопасности.