Отец подсказывал, куда ехать, чтобы я успевала перестраиваться и поворачивать. В узкий переулок заехала поистине ювелирно. Перед зданием, куда приехали, была небольшая территория, на которой можно развернуться, но очень не удобно.

— Что это за здание? — спросил Себастьян.

— Надеюсь, Маришино наследство от Тони. Держи, дочка.

Он передал мне длинный ключ на верёвочке — когда только успел его взять? Помещение было похоже на склад. Когда подошла к дверям, в голове вспыхнули воспоминания о том, как мужья Антонины привели её и показали базу с резервными копиями самых важных документов. Они объяснили, как она сможет сюда попасть, и заставили отработать всё до автоматизма. И сейчас руки действовали сами. Нашли замочную скважину, панель для цифрового кода и подтверждения магии.

— Но… — хотел было заикнуться о чем-то Эмиль.

— Мариша и Тоня имеют один набор генов, — сказал отец.

— Уверены?

— На все сто. А теперь даже магия одинаковая. Словно моя девочка родилась заново…

Я всё это слышала, но руки продолжали вводить код и потом подтверждать свою магию и кровь. Наконец двери открылись, и мы смогли зайти. Помещение было размером с мою комнату в родительском доме. Тут был компьютер с автономным источником питания и коробки с документами. Хотела было спросить, что это за документы, но в памяти ответ всплыл сам. Мужья Антонины перестраховались и сохранили много документов, чтобы потом вернуть всё, что у них могут через махинации отнять. Они предполагали, что кого-то из них могут убить, и тогда эти документы помогли бы остальным. Они не думали, что погибнут все вместе. И чудо, что Антонина рассказала об этом месте своему отцу за несколько дней до гибели и отдала дубликат ключа. Мои парни стали изучать документы, а отец обнял меня так ласково и бережно.

— Знаешь, у меня странные мысли, — начал он тихо. — Словно душа Тони переродилась и снова пришла в нашу семью. Говорю это без желания тебя обидеть. Просто после аварии ты так сильно изменилась.

— В чем это проявилось? — спросила я хрипло.

— Мариша, которая была до аварии, была колкой на язык, — отец добродушно улыбнулся. — Чего только стоят ваши с мамой пикировки. А после аварии тебя словно подменили. Ты стала тихой, замкнутой в себе и погружённой в дело, что тебе нравится. Такой была твоя сестра.

Хотела было всё рассказать, но отец покачал головой.

— Ничего не говори. Ты всё равно моя дочь, и я всё равно тебя люблю.

— Но, судя по тому, что вы сказали, можно сделать вывод, что душа вашей Мариши ушла на перерождение, а в её тело пришла другая душа, — сказал Глеб.

Отец ещё крепче обнял меня, словно пытаясь защитить от всего мира.

— Я это понимаю… Даже если я ошибаюсь и это не душа Тони, всё равно люблю мою доченьку.

— Спасибо, папочка, — сказала я едва слышно. — Я тебя тоже люблю.

Но, судя по его взгляду, он был уверен, что я — это его Антонина.

— Я люблю обеих своих дочерей, — сказал он мне. — Но то, что случилось, мне не изменить. Но я рад снова соприкоснуться с твоей душой, солнышко. Надеюсь, Мариша в лучшем месте.

— Только не стоит её называть иначе, — попросил Алекс. — Кем бы она ни была в прошлых своих жизнях, сейчас она Мариша.

— В прошлых жизнях?! — удивлённо воскликнул отец.

— Пап, к моменту аварии прошло семнадцать лет, для меня это была отдельная жизнь в другом мире.

— Тут много интересного, — сказал Себастьян. — У Антонины с мужьями было завещание? Простите, что спрашиваю.

— Не страшно, — вздохнул отец и задумался.

— Было, — сказала я, не задумываясь. — Звучит странно, но оно было написано накануне гибели. Пап, вам что-то из этого отдали?

— Нет, завещание не обнародовали, словно его не было.

— Нужно как-то себя обезопасить, — сказал Глеб. — Миш, ресурсы есть для этого?

— Найду. Подключу парней из других фирм. Ты просто скажи от кого. И мы Маришу и родителей спрячем.

— Для начала мы тихо всё изучим, — сказал Глеб. — Подготовь место в пределах города. Не будем повторять ошибок родственников. И если всё пойдёт хорошо, успеем отгулять свадьбы. Я пока потрясу связи по родственникам и найду надёжного судью, чтобы подготовить дело в суд. Теодор, — Глеб позвал моего отца, — я нашёл завещание. Вам переходит часть бизнеса Семёна, а также крупные суммы денег от каждого из мужей Тони. Но по факту я знаю, что весь бизнес Семёна захватил один человек. С отцами мужей вы после этого не встречались?

— Виделся на похоронах.

— Вам деньги они не перечисляли?

— Нет. Мы после трагедии не разговаривали.

— Кхм, нехорошо получилось. Разберёмся.

— Мне их деньги не нужны. Просто хочу, чтобы тот, кто виноват в гибели ребят, был наказан.

— Но когда завещание обнародуют, — Глеб криво улыбнулся и вздохнул, — будет непросто. Ваших нужно предупредить. И нужно, чтобы они держали язык за зубами.

— Тогда говорите минимум информации. Анна, прости господи, трещотка ещё та. А с беременностью рот почти не закрывается, болтает без умолку.

— Ей бы в отделе продаж поработать.

— Уже! — воскликнул отец. — Устроил у себя на фабрике, весьма эффективно получилось.

— Какие сейчас планы? — спросила у мужей.

— Настрой доступ для нас с ребятами, чтобы мы тебя каждый раз не привозили, — я кивнула, соглашаясь.

Настройка заняла минут пятнадцать. А после мы поехали домой. Мама с волнением посмотрела на мужей.

— Всё хорошо, родная, склад удалось открыть. Ребята теперь со всем разберутся и виновных покарают. Можем накрывать на стол. Где парни с Аней?

— У себя, отправила их наверх, а то голова начинает болеть от постоянной болтовни.

После обеда я стала обсуждать с Аней свадьбы, начав с платьев. Вот тут я и поняла, что имела в виду мама, когда говорила, что Аня говорит без умолку. Демонстративно подперла подбородок кулаком и изобразила скучающий вид.

— Тебе не интересно? — удивилась будущая родственница.

— Интересно, но я не могу понять, у нас должен быть диалог или монолог?

— Прости, — сказала она, мило краснея. — Но тебе какое платье понравилось?

— Да, белое.

— Может, с разными цветными вставками и цветным поясом?! Тебе красный очень пойдёт. Или даже полностью красное платье. Я, например, хочу с синим поясом, чтобы при кружении по подолу были словно синие лепестки.

— А я хочу белое, вот это.

— Такое простое…

Себастьян подошёл посмотреть, к Ане подошли мои братья.

— Девочки, я так понимаю, каждая уже определилась, что хочет померить?

— Но Мариша выбрала простое белое, — жалобно сказала Аня.

Старший брат мягко улыбнулся и сказал:

— Если ей так хочется, пусть будет белое, это ведь её праздник.

— Ой, прости, Мариша. Но я хотела предложить сыграть двойную свадьбу.

Звучало это так жалобно, что я насторожилась.

— А в чём подвох?

— В организаторе свадеб, — поморщилась Аня. — Мальчики не дадут соврать, я свадьбу братьев с трудом пережила. Никогда не считала себя кровожадной и до того дня ни разу не хотела кого-то убить с особой жестокостью. Но тогда хотелось проломить череп той… — она замялась, — даже слова не могу подобрать, чтобы не матерное.

Глеб хохотнул.

— Зато сколько милых эпитетов в этой юной головке. Но насколько я помню, на свадьбах сестёр программу можно заказывать.

— Братья заказывали, — сказала Аня с обидой. — А та женщина сделала всё стандартно. Помню, как все краснели от этой дебильной процедуры одаривания, потому что она озвучивала, что подарили и, если это были деньги, то сколько. А ещё она это всё комментировала!

— Понятно, мы её заказывать не будем, — успокоил Аню Рома.

— Но они все так делают! Кого не посмотришь, у всех есть этот пункт с одариванием. Но это так мерзко сделано!

— Аня, успокойся, мы найдём того, кто сделает наши свадьбы так, как нам нужно. Я тут уже нашла несколько молодых и талантливых ребят, у которых нет такой репутации. Они только заканчивают институт культуры или кто-то уже окончил и имеет небольшой опыт. Можем пригласить их пообщаться.