Только один раз за вечер я поймала на себе недовольный взгляд матери Себастьяна. Я смотрела на неё, не отрываясь, в ответ. Она тихо хмыкнула и разорвала зрительный контакт.

— В конце этого года у вашего курса будет практика, — услышала я отца Алекса. — Нужно взять девочку под крыло.

— Тогда не только её и часть курса, — вздохнул второй отец парня, — но так хоть дети будут под присмотром.

— Пап, они аналитики, не оперативники!

— Знаю я этих аналитиков. Суют свои носы, куда не следует. Потом только успеваем их отлавливать и оттаскивать. Их же каждый год выпускается немало, а по факту остаётся работать единицы. Только те, кто выжил и не пострадал сильно.

— А куда остальные деваются? — спросила я у мужчин.

— Часть переквалифицируется в оперативников, кто-то вообще меняет профессию.

Ближе к концу вечера, когда уже достали торт, мне официально сделали предложение. Я едва не расплакалась от переизбытка чувств. Видела, как мама промокнула глаза салфеткой. Свадьбу договорились сыграть в конце лета, через месяц после свадьбы моих братьев.

— Всё будет хорошо, — сказал старший отец жене. — Мариша не Тоня и её судьбу не повторит.

Отцы Глеба стояли хмурые, видимо, из-за того, что они менталисты и чувствовали переживания матери.

— Да тем более дети никуда не поедут, — попытался подбодрить отец Глеба. — Никто их не пустит. У Мариши ещё учёба, а у некоторых работа. Давайте лучше договоримся, когда и где все семьи соберём.

— Конечно, у нас! — мать мигом взяла себя в руки. — Я надеюсь, мне скажут, кто этот волшебник, что готовил сегодня.

— Явки и пароли с радостью пришлю! — сказал подошедший Себастьян. — Анри готовил с братьями, и я знаю его давно. Раз сегодня все вместе, можем обсудить день, когда соберёмся?

— Давайте через две недели, — продолжил отец Себастьяна. — Нам на неделю нужно улететь, и потом будем снова в городе. У вас места хватит?

Но, видя выражение лица матери, он сразу извинился за вопрос.

— Хватит, папа. У них большой дом. Вот только мест для парковки мало.

— Рядом с домом есть парковка, — сказал один из моих отцов. — Скажите, сколько машин будет, я забронирую места.

Проводив вечером родителей, все выдохнули с облегчением. На моих запястьях красовались два красивых браслета, повторяющих по плетению то, что у моих женихов изображено на татуировках.

— Себастьян, твоя мать была немного странной, — задумчиво сказал Эмиль. — Что случилось?

— Дедушка с ней поговорил в весьма жёсткой форме. Напомнил, кем были её родители в молодости. И попросил нос не задирать, а то по нему может больно прилететь.

Утром меня ждали подарки. Каждый подарил мне комплект украшений, и я всерьёз задумалась о том, чтобы проколоть уши, потому что серьги были очень красивые. Сказала об этом своим мужчинам, и меня в тот же день сопроводили в салон. Это было больно, и я не смогла сдержать слёзы, но мужественно вытерпела всю процедуру. Теперь нужно неделю ухаживать за ушами специальным кремом, чтобы ускорить правильное заживление проколов. А потом я смогу носить свои новые серьги.

В академии парни первым делом заметили мои красные мочки ушей, а только потом браслеты на руках. Куратор сориентировался первым.

— Поздравляю с помолвкой. А что с ушами?

— Проколола.

— Их же пистолетиком?! — удивился один из парней, у которого в одном ухе было пять маленьких серёжек.

— Если бы! — сказала обиженно. — Сказали, что пистолетиком нельзя, может возникнуть аллергия. Поэтому прокалывали по старинке толстой иглой.

— Ничего, заживут! — успокоил куратор. — Свадьба-то когда?!

— Ближе к осени. Сначала братья женятся, потом я.

— Как знакомство с родителями прошло?

— Познавательно, узнала, что будет практика в конце года.

— Ну да, у тебя же теперь в родне половина — копы.

— Да, и я догадываюсь, кто курировать будет практику. Куратор, а что у нас на практике будет? Уже конец третьего курса, а я так и не поняла, чем мы будем заниматься!

— Ох ты ж наивная наша! В конце прошлой недели ты как раз кое-что делала аккурат по нашей специальности. Ваша задача — проверять отчёты и ловить тех, кто занимается махинациями. Помнишь, как ты помогала Мику? Вот как раз на это ты и учишься. Но я ещё надеюсь натаскать вас по кибербезопасности, особенно некоторых талантливых.

После его слов о кибербезопасности я вспомнила Максима и то, как он меня соблазнил. Куратор что-то заподозрил, судя по моим красным щекам и его взгляду, но, к счастью, не стал спрашивать. В конце дня куратор вспомнил про мою семью:

— Мариша, а напомни мне, чем твои отцы занимаются?

— Мебелью и деревянными изделиями. Ещё, кажется, камнем начали заниматься.

— Каталог есть?

Я написала отцам, и они сразу прислали ссылку на каталог на сайте. А в конце учебного дня увидела их в академии. Братья с побратимами по двое несли связки длинных досок в один из кабинетов. Парни в академии смотрели на них, разинув рты.

— Да, братья у тебя сильные, — сказал староста. — И теперь я понимаю, что ты говорила про худых и жилистых.

Старший брат поймал меня отдельно и закружил на руках. Он тихо сказал:

— Ты будешь тётей!

Крепко обняла его, а чуть позже попросила своих женихов заехать в гости к моим родителям до большой встречи. Я соскучилась и хотелось увидеть Аню, особенно после такой новости. Мои любимые порадовались приятной новости о будущем пополнении в семье, и мы нагрянули во вторник вечером. Аня сама накинулась на меня с объятиями. Заметила, как мама вытирает слёзы, смотря на нас. Отцы обняли её и стали утешать.

— Что-то помочь? — спросил Глеб.

— Я просто радуюсь, — всхлипывая, сказала мама. — Анечка мне стала как дочка. Но мне так не хватает Антонины, сердце не на месте. Я понимаю, что уже двадцать лет прошло, но не верю я в несчастный случай!

— Я, мы постараемся узнать. Но правда может быть болезненной.

— Главное, правду узнать, — едва слышно сказала мама. — Я ведь столько заблуждалась... Даже младшенькой девочке из-за этого очень больно сделала. Не поддержала, когда она нуждалась во мне.

— Мы постараемся разузнать, но вы ждите ничего хорошего. К сожалению, наша профессия порой приносит только облегчение от справедливости, но слишком редко — радость.

Пообнимавшись с Аней, я получила сообщение от Мика, бухгалтера. Мои глаза увеличились, и я подошла к Себастьяну, показала сообщение. Прочитав, он рассмеялся.

— Я уже брату сочувствую, — сказал он, отсмеявшись.

— Колись, чего ржёшь? — спросил отец.

— О, вы как раз скоро познакомитесь с этим кадром.

— Это он так про своего старшего брата говорит. Пап, Мика помнишь, бухгалтера?

— Помню, хороший мальчик, серьёзный, честный.

— Он стал побратимом Ильи, брата Себастьяна. Вот, прочитай.

Мик спрашивал, как законно отлупить побратима и, если он того плёткой отхлестает за тупость, не будет ли это считаться незаконным.

— Я ему со своего номера пару советов напишу, — ответил задумчиво старший отец.

Я заметила, как мама вспыхнула румянцем.

— По молодости они частенько дрались, — сказала она нам. — Их вообще могло быть пятеро, но они ещё двоих отлупили и выставили из дома. Уж не знаю, что ребята им тогда сказали, что они так взбеленились.

— Таких имбецилов в семью принимать нельзя, — сквозь зубы сказал старший отец. Ещё два отца поддержали его согласно.

Мама решила сменить тему:

— Они уже пару нашли?

— Да, врач, которая меня оперировала в последний раз.

— О, она очень хорошенькая. Такая умная! Она мне много рассказала про прошлые операции, чудо, что ты вообще ноги чувствовала!

— Так-с, давайте о чём-то другом поговорим, — решила сменить тему. — Братцы! — братья дружно напряглись. — Вы начали составлять списки желаемых подарков и гостей?!

Аня хихикнула у меня на плече.

— А ты тоже список составляй на рождение малыша. А то все будут дарить ерунду и одинаковое.