«Не ты, Брайс. Сидеть», — приказал Азраэль.

Я, например, не был против того, что мудак не будет с нами.

ДИВАН ИЗ КОЖИ, на котором я развалился, был на удивление очень удобным. Я сидел здесь уже больше часа, наблюдая, как Кам, Слоан и Палмер играют в бильярд и дартс. Энергии что-либо делать становилось все меньше и меньше с каждой секундой. Между тоской по Багире, тоской по паре, которую я не мог вспомнить, возможной потерей Фишера — все это давало о себе знать.

«К, давай сыграем с нами, ты можешь быть партнером Палмер», — предложил Кам, пытаясь вовлечь меня.

«Да! Иди и помоги мне уничтожить этих двоих. Их нужно немного опустить на землю, или одиннадцать», — рассмеялась Палмер, и я улыбнулся.

Вздохнув, я поднялся и схватил кий. Остальные подшучивали и дразнили друг друга, пока мы делали свои ходы. У нас оставался только один шар, плюс восьмерка, и они были опасно близко друг к другу. Палмер пришлось бы быть очень осторожной, чтобы не задеть восьмой шар. Она наклонилась над столом и прицелилась. Шестой шар нашел свое место в боковой лузе, но угол, под которым биток ударил по восьмому, отправил его в угловую лузу.

«О, черт, ты только что проиграла», — усмехнулся Слоан, когда мы все смотрели, как восьмой шар приближается к своей цели. Как раз когда он должен был перевалиться через край и исчезнуть из виду, он завис там. Над лузой.

«Магия, чтобы жульничать, серьезно? Я ожидал от тебя лучшего, Палмер», — упрекнул Кам, качая головой, но с усмешкой на губах.

Палмер пожала плечами, и Слоан подошел, нажав на восьмой шар, чтобы он упал в лузу. Через секунду шар взлетел в воздух, ударившись о потолок, и звук, который я мог описать только как бешеный козел, наполнил комнату. Что, во имя звезд, это?

Вспышка серого вылетела из лузы и приземлилась на голову Слоана. Его визг был, наверное, самой смешной вещью, которую я когда-либо слышал.

«Какого хера это? Это крыса?» — Слоан крутился, пытаясь сбросить существо с головы, но оно уже зарылось в его роскошные локоны.

«Змея!» — отчитала Палмер, и лицо Слоана побледнело. Глаза Кама метались по земле в поисках змеи. То, что было на голове Слоана, перелетело через комнату и приземлилось на плечо Палмер. «Ты такой непослушный мальчик».

«Что это? Где, блядь, змея?» — потребовал Слоан, выглядя в двух секундах от того, чтобы забраться на бильярдный стол.

«Змеи нет. Ну, есть. Это Змей. Он мой фамильяр», — объяснила Палмер, когда маленькая мордочка выглянула из ее волос. «Он белка».

Я подошел поближе, чтобы рассмотреть получше, и увидел, что половина его лица была скелетной. То есть, обнаженная кость. Одного уха не было.

«Палмер... Кажется, твой фамильяр мертв».

Змей начал возмущенно цокать, сбегая по ее руке, чтобы сесть на ладонь. На его теле было больше скелетных частей. Задняя лапа, часть позвоночника. На его шее было два темно-красных, почти черных следа от клыков.

«Как он жив?» — спросил Кам в изумлении, протягивая руку к маленькому зверьку. Змей, должно быть, счел его заслуживающим доверия, потому что он немедленно запрыгнул ему на руку и позволил Каму изучить его.

«Часть моих сил. Помнишь, что Азраэль говорил о выходе за пределы? Когда я вышла за пределы, я обнаружила, что могу оживлять животных», — сказала Палмер, пожимая плечами, как будто это не имело значения.

«Некромант?» — выдохнул Слоан с благоговением.

«Да, но пока только с животными. На этого малыша напала змея, отсюда и его имя. Он возвращает его себе», — хихикнула она, и именно тогда я понял, что она выглядит расслабленной и спокойной впервые с момента прибытия сюда.

«Это чертовски круто. Я жутко завидую. Он выглядит как зомби-белка», — чуть не взвизгнул я от восторга.

Возьми себя в руки, Кай. Но, о боги, я любил животных.

«Змею не нравится, когда его называют зомби. Он предпочитает термин «гибернатор», — сказала нам Палмер, протягивая руку, чтобы Змей вернулся к ней.

«Это самый странный день в моей жизни», — сказал Слоан, и я рассмеялся. Хвост Змея пульсировал в явной угрозе Слоану, пока маг изучал его.

«Что у горячих женщин есть крутые питомцы? У Палмер есть Змей, а у С —» Слоан осекся, согнувшись пополам от боли и схватившись за голову.

Мы окружили его, бросая друг на друга обеспокоенные взгляды. С ним все в порядке? Страх скользнул по моей спине. В последнее время было слишком много потерь, мой мозг не мог выдержать больше.

«Слоан, что такое?» — прохрипел Кам, сжимая плечи Слоана в поддержку.

«Уф. Я не уверен. Я думал о том, как хвост Змея дергался, и это напомнило мне о чем-то. Мой мозг попытался соединить точки, а затем просто отключился. Теперь я в порядке». Он отмахнулся от нас, но на его лбу блестел тонкий слой пота.

«Ты говорил что-то о женщинах и их крутых питомцах», — пробормотала Палмер, выглядя обеспокоенной.

«К сожалению, что бы это ни было, теперь оно ушло. Может быть, оно вернется ко мне позже», — проворчал Слоан, падая на то место, где я сидел на диване.

«Ну, мне, наверное, стоит пойти найти Азраэля и подготовиться к тому, чтобы надрать кое-кому задницу...» — Палмер замолчала, когда зазвонил ее телефон. Она подошла к маленькому столику, где ее телефон вибрировал на поверхности. Искренняя улыбка расплылась на ее лице, когда она взглянула на экран.

«Секундочку, мне нужно ответить». Она отошла в сторону и оживленно заговорила с кем-то на другом конце провода.

«Чувак, что это было, блядь?» — спросил Кам у Слоана.

«Я был на грани того, чтобы вспомнить что-то. Я определенно помню белую лису. У того, кого я вспоминал, была белая лиса. Я уверен».

«Что, черт возьми, происходит?» — пробормотал я себе под нос.

Хихиканье Палмер привлекло наше внимание как раз вовремя, чтобы мы услышали, как она говорит: «Не волнуйся обо мне, Хантер. Я буду в порядке».

Тело Кама стало жестким, как доска. Черт, все наши тоже. Какова вероятность? Нет. Не может быть. Палмер закончила разговор и подошла к нам, все это время улыбаясь.

«Это твой парень?» — небрежно спросил Слоан.

«Нет. Он мой лучший друг», — поправила Палмер, закатывая глаза. «Что? Ты заинтересован?»

Слоан сделал свое лицо Слоана, то, где он ничего не выражал. «Ты мечтаешь». Палмер откинула голову назад, и ее чувственный смех наполнил комнату.

«Вы трое — интересная компания», — поддразнила она, в ее глазах блеснул огонек.

«Твой друг тоже работает на Монтегю?» — настаивал Кам, его голос был на удивление ровным. Я имею в виду, в мире много Хантеров. Но с учетом того, как все складывалось в последнее время, не мешало бы проверить.

«Да. Мы одного возраста, но он уже был здесь какое-то время к тому моменту, когда я прибыла в шестнадцать», — сказала нам Палмер, почесывая голову Змея.

«Мы встречали его раньше? У нас немного хреновая память. Простите», — извинился я.

«Я, на самом деле, не уверена. О, я могу показать вам наше фото пару недель назад? Посмотрим, не освежит ли это вашу память?» — предложила она, и я сдержался от хлопков.

«Какая у него фамилия?» — спросил Кам, приближаясь к ней.

«Джеймс. Хантер Джеймс».

Джеймс было вторым именем Хантера. Мой желудок начинал неприятно скручиваться.

«А, вот оно. Ты узнаешь его?» — Палмер скользнула своим телефоном в большую руку Кама, и огромный парень опустился на диван, моргнув несколько раз. О, черт.

«Д-да. Я узнаю его. Прошло много времени...» — в голосе Кама пробились эмоции, и я сглотнул. Я подошел сзади дивана и наклонился, чтобы взглянуть на изображение.

Святые лунные лучи. Это был на сто процентов Хантер. Это действительно был брат Кама, которого мы все считали мертвым много лет назад. Он был здесь, на фото, живой и здоровый. Его рука лежала на плече Палмер, ее голова откинута назад, чтобы посмотреть на него. У Хантера был светло-коричневый цвет, смесь, которую он получил от темной кожи своей матери и более светлого оттенка его донора спермы. Но эти глаза — они идеально совпадали с глазами Кама. Они должны быть от их безымянного отца. Там, где Кам был золотистым и суровым, Хантер был темным и чертовски красивым. Он действительно превратился в прекрасного мужчину.