Центр тяжести в строительстве вооруженных сил перемещался на создание мощной авиации, которая рассматривалась как основное средство борьбы против Англии и США на ближайший после сокрушения Советского Союза период. С этой целью была разработана так называемая «программа Геринга». 26 июня 1941 г. генерал-фельдмаршал Мильх, знакомя с этой программой начальника военно-экономического управления ОКВ генерала Томаса, говорил: «Нынешняя сила авиации никоим образом не достаточна, чтобы одержать победу. Исход войны решится действиями военно-воздушных сил. Поэтому надо в четыре раза увеличить мощь авиации... Сегодня в авиационной промышленности занято около 1,3 млн. рабочих. Для выполнения «программы Геринга» надо привлечь дополнительно по меньшей мере 3,5 млн. рабочих. Первой целью является повысить (производство бомбардировщиков) на 1200 боевых машин. Из них по меньшей мере 1/3 надо производить на хорошо оборудованных предприятиях на русской территории... Во время немецких воздушных налетов Англия выпускала ежемесячно 500 боевых самолетов, т. е. половину немецкого производства. Но США в последний месяц выпустили 2800 высококачественных моторов для боевых самолетов. Производство Англии и США уже 1.5.1941 г. превысило все производство Германии и Италии и при нынешнем уровне немецкого производства в конце 1942 г. в два раза превзойдет его. Поэтому нельзя терять ни минуты времени, чтобы по возможности быстрее поднять выпуск самолетов в Германии»[221].
«Программа Геринга» была построена на ложных предпосылках и обнаружила свою полную несостоятельность в первый же год войны фашистской Германии против СССР.
На второе по значению место после авиации были поставлены военно-морские силы. 30 марта 1941 г. Гитлер заявил, что после операции «Барбаросса» он «намерен произвести всеобъемлющее строительство военного флота»[222]. Причем решающая роль отводилась подводным силам, поскольку Гитлер и его советники из ОКВ пришли к выводу, что век крупных надводных кораблей прошел[223].
Первоочередными стратегическими задачами вермахта после сокрушения Советского Союза должны были стать операции по захвату Северной Африки, Гибралтара, стран Ближнего и Среднего Востока.
Подготовку к захвату Гибралтара с одновременной оккупацией Испанского Марокко предполагалось начать, когда война против Советского Союза будет близка к завершению. В Испанское Марокко гитлеровское командование намеревалось переправить, использовав французскую территорию, оперативную группу силою в семь дивизий[224]. Наряду с Гибралтаром должны были быть захвачены важные стратегические пункты на Средиземном море — Мальта, Кипр и Суэцкий качал.
28 июля 1941 г. ОКХ поставило главнокомандующего немецкими войсками на Западе в известность, что «проведение операции «Феликс» намечается еще в этом году по окончании боевых действий на Востоке»[225]. Наибольшего стратегического эффекта гитлеровские генералы рассчитывали добиться, если одновременно с операцией «Феликс» будет предпринято наступление на Египет и Палестину (док. № 22). Овладению британскими позициями на Ближнем Востоке они придавали важнейшее значение. Это нашло свое отражение в директиве ОКВ № 32, где содержались указания на проведение крупной стратегической операции на арабском Востоке тремя концентрическими ударами: с запада из Ливии в направлении Египта и Суэца, с северо-запада из Болгарии через Турцию в направлении Сирии и Палестины и, наконец, с севера из Закавказья через Иран в нефтеносные районы Ирака с выходом к Персидскому заливу у Басры.
В свете этого становится понятным стратегический смысл операций африканского корпуса Роммеля в Северной Африке. Они преследовали в перспективе далеко идущую цель — объединиться с немецкими войсками, которые должны были наступать из Закавказья на Ирак, и тем самым создать стратегически замкнутый европейско-североафриканский бастион для дальнейшего ведения войны против США и Англии.
В середине мая 1941 г. гитлеровское командование рассчитывало, что для операций из Ливии на Египет будет достаточно четырех танковых и трех моторизованных дивизий[226].
30 июня 1941 г. штаб Йодля известил немецкого представителя при итальянской ставке, что наступление на Египет запланировано на осень, и немецкий африканский корпус будет преобразован в танковую группу под командованием Роммеля[227].
Для осуществления операций в направлении Ирака с территории Советского Союза предусматривалось создать оперативную группу «Кавказ — Иран» в составе двух танковых, одной моторизованной и двух горно-стрелковых дивизий (док. №24).
Планированием этих операций занималось не только ОКВ, но и генеральный штаб сухопутных войск. 3 июля 1941 г. Гальдер писал в своем дневнике: «Подготовка наступления в направлении междуречья Нила и Евфрата как со стороны Киренаики, так и через Анатолию и, возможно, с Кавказа на Иран. Первое направление, которое постоянно будет зависеть от подвоза через море и поэтому останется подверженным всяким, не поддающимся учету случайностям, явится второстепенным театром военных действий и будет предоставлено главным образом итальянским силам... Операция через Анатолию против Сирии, в сочетании с вспомогательной операцией с Кавказа, будет начата после развертывания необходимых сил в Болгарии, которые одновременно следует использовать для политического давления на Турцию, чтобы добиться пропуска через нее войск»[228]. В случае отказа Турции директива № 32 предписывала «сломить ее сопротивление силой оружия» (док. № 22).
Захват Северной и Западной Африки гитлеровцы надеялись осуществить при поддержке не только Италии, но и франкистской Испании и вишистской Франции. Последним, как ожидалось, после победы вермахта на Востоке ничего не останется, как примкнуть к Германии в борьбе против Англии и США.
За день до нападения на Советский Союз ОКВ отдало специальную инструкцию, в которой «особый штаб Ф» под руководством генерала Фельми назначался «центральной инстанцией, занимающейся всеми вопросами арабского мира, касающимися вермахта». Он должен был «включиться во все планирование и все мероприятия на арабской территории»[229].
Другим важнейшим стратегическим актом, предусмотренным в планах гитлеровского командования после разгрома Советского Союза, должно было быть наступление через Афганистан на «жемчужину» Британской империи — Индию. Указание на разработку плана этой операции было отдано Гитлером еще 17 февраля 1941 г.[230]. По расчетам ОКХ для ее проведения потребовалось бы 17 немецких дивизий[231]. Очевидно, осуществление этой операции относилось на более позднее время, чем захват Гибралтара, Египта, стран Ближнего и Среднего Востока. Поэтому, возможно, вопрос о ней и не поднимался в директиве № 32.
Гитлеровские стратеги полагали, что выполнение перечисленных в директиве № 32 задач на периферии европейского театра военных действий окончательно подорвет волю Великобритании к сопротивлению, если она к этому времени уже не капитулирует. Подготовка вторжения в Англию сразу же после разгрома Советского Союза должна была, как отмечалось в директиве № 32, не только оттянуть английские силы из периферийных районов в метрополию, но и «вызвать и завершить наметившийся развал Англии» (док. № 22).
Для оккупации английских островов разрабатывался целый комплекс мероприятий, которые предусматривали создать оккупационную администрацию, систему концлагерей (три — в Англии, восемь — на континенте, каждый на 10 тыс человек[232]) и даже специальный «военно-экономический штаб» наподобие того, который был организован на захваченной советской территории.
