Для Германии победа или поражение сухопутных войск будет в большой степени решать общий исход войны.
Но на победу или поражение сухопутных войск могут оказать решающее влияние успех или неуспех морской или воздушной войны.
Чем продолжительнее будет вооруженная борьба и чем заметнее станут уравновешиваться силы противников, тем все более решающим фактором для исхода войны может оказаться пропагандистская и экономическая война.
Если эти средства ведения войны окажут разлагающее воздействие на вражеское население или парализуют источники мощи врага, то разгром не сплоченного внутриполитически и зависимого от заграницы противника может быть осуществлен и без решительных побед над его вооруженными силами или станет возможным именно в результате использования этих средств борьбы.
Формы развязывания войны и открытия военных действий с течением времени меняются.
Государство, его вооруженные силы и население приводятся в состояние возможно более высокой мобилизационной готовности еще до опубликования приказа о мобилизации.
Фактор внезапности как предпосылка для быстрых и крупных первоначальных успехов часто будет вынуждать начинать боевые действия до окончания мобилизации и даже до завершения развертывания сухопутных войск.
Объявление войны уже не во всех случаях будет предшествовать началу военных действий.
В зависимости от того, насколько международные нормы ведения войны выгодны или невыгодны для воюющих сторон, последние будут считать себя в состоянии войны или в состоянии мира с нейтральными странами.
Только единство и сплоченность государства, вооруженных сил и народа обеспечивают успех в войне.
Сохранить это единство в условиях необычайно высоких требований, предъявляемых войной ко всем гражданам, является важнейшей и самой трудной задачей государственного руководства. Наша родина должна пойти на любые жертвы, чтобы обеспечить вооруженным силам победу в войне.
Но вооруженные силы своими корнями уходят в народ. Из него они черпают свои материальные и духовные силы.
Так, тесно переплетаясь между собой, наша родина, ее вооруженные силы и народ сливаются в одно неразрывное целое.
5.[103] Совещание руководителей вермахта 23 ноября 1939 г.[104] (выступление Гитлера)
...Когда я в 1933 г. пришел к власти, позади остался период тяжелейшей борьбы. Все, что существовало раньше, пришло в упадок. Мне пришлось все организовывать заново, начиная с самого народа и кончая вооруженными силами. Сначала идеологическая реорганизация, преодоление явлений разложения и пораженческого духа, воспитание в духе героизма[105]. В ходе идеологической реорганизации я взялся за выполнение другой задачи — освобождение Германии от международных обязательств. При этом следует особо подчеркнуть два момента — выход из Лиги наций и отказ от участия в конференции по разоружению. Это решение далось нелегко. Число людей, предсказывавших, что это приведет к оккупации Рейнской области, было велико. Число людей, веривших в успех,— незначительно. Я осуществил свой план, опираясь на нацию, которая как один человек стояла за мной. Затем последовал приказ о вооружении. И в этом случае объявились многочисленные пророки, предсказывавшие несчастье, и было слишком мало людей, веривших в правильность этого шага. В 1935 г. последовало введение воинской повинности. После этого — ремилитаризация Рейнской области, снова шаг, который в то время считали невозможным. Число людей, веривших в меня, было весьма незначительно. Затем последовало укрепление всех границ, прежде всего на Западе.
Через год последовала Австрия. И этот шаг считался весьма сомнительным. Он привел к существенному усилению Германии. Следующим шагом была Богемия, Моравия и Польша. Но этот план нельзя было провести одним ударом. Сначала требовалось закончить строительство Западного вала. Невозможно было достичь цели одним усилием. С самого начала я понимал, что я не могу остановиться на Судетской области. Это было лишь частичное решение. Было решено занять Богемию. Затем последовало установление протектората — тем самым была создана основа для захвата Польши. Но в тот период мне еще не было ясно, должен ли я буду выступить сначала против Востока и затем против Запада или же наоборот. Мольтке в свое время часто задумывался над подобным вопросом. Объективно получилось так, что сначала пришлось начать борьбу против Польши. Возможно, мне возразят — борьба и снова борьба. Я вижу в борьбе судьбу всего живого. Никто не может уйти от борьбы, если он не хочет погибнуть. Рост численности нации требовал большего жизненного пространства. Целью моей являлось установление разумных пропорций между численностью нации и ее жизненным пространством. А этого можно добиться только путем борьбы. От решения этого вопроса не может уйти ни один народ; если он откажется от этого, он постепенно погибнет. Этому учит история. Сначала последовало переселение народов на юго-восток, затем приведение численности нации в соответствие с ограниченным пространством путем эмиграции. В последнее время — приведение численности нации в соответствие с ограниченным пространством путем снижения рождаемости. Но это привело бы к гибели нации, к обескровливанию ее. Если нация пойдет по такому пути, то это приведет к ее быстрому ослаблению. Получается, что люди отказываются от применения насилия вовне и обращают его против самих себя, убивая ребенка. Это — величайшая трусость, истребление нации, ее обесценивание. Я решил идти по другому пути, по пути приведения жизненного пространства в соответствие с численностью нации. Важно осознать следующее: государство лишь тогда имеет смысл, если оно будет служить сохранению нации. У нас речь идет о 82 миллионах человек. Это накладывает на нас величайшую ответственность. Тот, кто не принимает на себя эту ответственность, не достоин быть членом нации. Это дало мне силы для борьбы. Это извечная проблема приведения численности германской нации в соответствие с территорией. Необходимо обеспечить нужное жизненное пространство. Никакое умничание здесь не поможет, решение возможно лишь с помощью меча. Народ, который не найдет в себе сил для борьбы, должен уйти со сцены. Борьба стала сегодня иной, нежели 100 лет тому назад. Сегодня мы можем говорить о расовой борьбе. Сегодня мы ведем борьбу за нефтяные источники, за каучук, полезные ископаемые и т. д. После Вестфальского мира Германия распалась[106]. Раздробленность, бессилие германской империи было закреплено договором. Это бессилие Германии было вновь преодолено благодаря созданию империи, когда Пруссия осознала свое назначение. Тогда начались противоречия с Францией и Англией. С 1870 г. Англия выступает против нас. Бисмарк и Мольтке сознавали, что предстоит еще одна схватка. В то время существовала опасность ведения войны на два фронта. Мольтке одно время склонялся к превентивной войне, стремясь использовать более медленное проведение мобилизации русскими. Военная мощь Германии использовалась неполностью. Руководящие личности проявляли недостаточную твердость. Основной идеей планов Мольтке было наступление. Он никогда не думал об обороне. После смерти Мольтке была упущена масса удобных случаев. Решения возможно было добиться лишь путем нападения на ту или иную страну при самых благоприятных условиях. Политическое и военное руководство повинно в том, что были упущены представлявшиеся удобные моменты. Военное руководство все время заявляло, что оно еще не готово. В 1914 г. началась война на несколько фронтов. Она не принесла решения проблемы.
Сегодня пишется второй акт этой драмы. В первый раз за последние 67 лет[107] можно констатировать, что нам не придется вести войну на два фронта. Наступили такие условия, о которых мечтали начиная с 1870 г. и которые фактически считали невозможными. Впервые в истории нам приходится вести борьбу на одном фронте, другой фронт в настоящее время не опасен. Но никто не знает, как долго продлится это состояние. Я долго колебался при решении вопроса, где мне следует сначала выступить — на Востоке или на Западе. В принципе я создал вооруженные силы не для того, чтобы бездействовать. Решение действовать было во мне всегда. Рано или поздно я намерен был решить проблему. Объективно получилось так, что сначала пришлось выступить на Востоке. Если войну против Польши удалось провести в такое короткое время, то причина этого в превосходстве наших вооруженных сил. Это самое славное явление в нашей истории. Сверх всех ожиданий мы понесли незначительные потери в людях и в технике. Сейчас Восточный фронт удерживается силами нескольких дивизий. Создалась такая обстановка, которую раньше мы считали совершенно невозможной. Сейчас обстановка такова: противник на Западе укрылся за своими укреплениями. Нет никакой возможности атаковать его. Решающим является вопрос: как долго мы сможем продержаться в этой обстановке? Россия в настоящее время опасности не представляет. Сейчас она ослаблена в результате многих внутренних процессов. Кроме того, у нас есть договор с Россией. Однако договоры соблюдаются до тех пор, пока они целесообразны. Россия будет соблюдать договор лишь до тех нор, пока она будет считать его для себя -выгодным. Бисмарк тоже был такого мнения. Вспомните договор перестраховки[108]. Сейчас Россия решает большие задачи, прежде всего по укреплению своих позиций на Балтийском море. Мы сможем выступить против России лишь после того, как освободимся на Западе. Кроме того, Россия стремится усилить свое влияние на Балканах и получить выход к Персидскому заливу[109]. Это является также и целью нашей внешней политики. Россия будет поступать так, как она это сочтет для себя выгодным... Трудно заглянуть в будущее. Фактом остается, что русские вооруженные силы в настоящее время имеют низкую боеспособность. В ближайшие один или два года сохранится нынешнее положение.
