Разграничение после нападения фашистской Германии на СССР функций между ОКВ и главнокомандованием сухопутных войск в сильной мере отразилось на содержании дневника верховного главнокомандования. «С течением времени,— пишет Шрамм,— в записях Грейнера и моих Восточный фронт все более отступал на задний план. Поскольку описание событий на Восточном фронте входило в компетенцию генерального штаба сухопутных войск..., военный дневник штаба оперативного руководства охватывал только театры военных действий, подведомственные ОКВ»[31]. Это обстоятельство существенно снизило историческую ценность дневника.
20 апреля 1945 г., за несколько дней до того, как советские войска сомкнули кольцо окружения вокруг Берлина, штаб оперативного руководства вермахта был разбит на два оперативных штаба: «Норд» (А) и «Зюд» (Б). Ведение дневника в штабе «Норд» было поручено майору И. Шульцу. Однако он смог приступить к своим обязанностям лишь 4 мая по прибытии в штаб-квартиру преемника Гитлера — гросс-адмирала Деница. Здесь на основании документов и записей отдельных штабных работников он восстановил цепь событий с 20 апреля до последних дней третьей империи и продолжал их описание до 16 мая 1945 г. Так, за неделю до ареста «правительства» Деница и оперативного штаба «А» (23 мая) оборвался дневник ОКВ. Финал нацистского рейха, запечатленный Шульцем, был жалок и бесславен. Любопытна последующая судьба дневника ОКВ. В конце апреля 1945 г., видя свой неизбежный конец, главари фашистской Германии в стремлении замести следы своих чудовищных преступлений отдали приказ об уничтожении важнейших документов военного и политического руководства рейха. Шерф получил строгое указание Гиммлера уничтожить дневник ОКВ, протоколы совещаний и прочие дела ставки.
Однако часть материалов дневника сохранилась. Грейнер, работая в ставке, систематически собирал черновые записи на своей частной квартире в Потсдаме. В конце войны все свои бумаги он перевез в Обергоф (в Тюрингии). 4 апреля 1945 г. Грейнер был заключен в американский лагерь военнопленных в Крейцнахе. Узнав, что территория Тюрингии отходит по условиям Потсдамского соглашения к советской зоне оккупации и американские войска вскоре уйдут оттуда, он объявил представителям американского командования, что в Обергофе укрыты сделанные им записи дневника ОКВ. Его немедленно переодели в американскую форму, посадили на джип и в сопровождении офицера отправили в Обергоф. Таким образом, черновые записи Грейнера, правда, далеко не полные, оказались в руках американцев. До апреля 1946 г. он, используя свои стенограммы, работал по заданию американской разведки над составлением труда о германском военном руководстве в период с начала войны до Сталинградской битвы. В 1951 г. на его основе он издал книгу «Верховное главнокомандование вермахта 1939—1943»[32], в которой уже ярко представлена общая для послевоенной реакционной западногерманской историографии тенденция на реабилитацию генералитета вермахта путем его противопоставления Гитлеру, как-де единственному виновнику развязывания войны и поражения Германии.
П. Шрамму также удалось скрыть, а затем передать американцам часть своих записей[33]. Подобно Грейнеру, он занимался по заданию американцев их обработкой, и в 1948 г. представил в исторический отдел штаба армии США рукопись: «Немецкий вермахт на последней фазе войны (1.1.1945—7.5.1945)»[34]. По сохранившимся документам и записям Шрамм воссоздал почти полностью дневник ОКВ за 1944—1945 гг.[35]
Шульц также укрыл у себя второй экземпляр своих записей. В 1951 г. они были изданы в ФРГ Юргеном Торвальдом (настоящее имя Гейнц Бонгартц) отдельной книгой «Последние 30 дней»[36].
Наряду с этими документами и материалами ОКВ сохранился важнейший документальный источник верховного главнокомандования вермахта — служебный дневник генерала Йодля. Вопреки категорическому приказу о его уничтожении один из помощников Шерфа, ротмистр Шейдт, передал его в руки американцев[37]. До сего времени из дневника Йодля были опубликованы лишь отдельные части, относящиеся главным образом к довоенному времени и к войне на Западе в 1939—1940 гг. (за период с 13 октября 1939 г. по 30 января 1940 г. в западногерманском журнале «Die Welt als Geschichte», за период с 4 января 1937 г. по 25 августа 1939 г. и с 1 февраля 1940 г. по 26 мая 1940 г. в протоколах Нюрнбергского суда. На русском языке с 4 января 1937 г. по 15 июня 1940 г. в сборнике «Нюрнбергский процесс»[38])
В 1961 г. в ФРГ по поручению «Общества по исследованию военных вопросов», в котором окопались многие бывшие гитлеровские генералы, было начато издание военного дневника верховного главнокомандования. Закончено оно в 1965 г. За это время вышло в свет четыре тома[39] общим объемом в 6643 страницы, из них 292 страницы занимают комментарии, примечания и научный аппарат. В качестве издателей выступили Перси Шрамм совместно с Г. А. Якобсеном, А. Хильгрубером и В. Хубачем. Они широко пользовались помощью и консультациями многих бывших военных деятелей вермахта.
Это фундаментальное издание нельзя назвать военным дневником ОКВ, в строгом значении этого понятия, ибо, во-первых, оно является своего рода реставрацией, во-вторых, составители включили в него многие документы и материалы других командных и штабных инстанций вермахта, например, оперативного отдела генерального штаба сухопутных войск. Это было вызвано тем, что многие части дневника были уничтожены или бесследно пропали, и составители предпочли заполнить образовавшиеся пробелы другими документами и материалами германского командования. Весьма симптоматично, что они совершенно не использовали важного документального источника верховного главнокомандования — служебного дневника Йодля, хотя он, как никакой другой документ, имеет самое непосредственное отношение к дневнику ОКВ.
Наибольшую ценность для исследователя представляют содержащиеся в приложениях к дневнику документы — директивы, приказы, оперативно-стратегические разработки, донесения и пр. Что же касается записей официальных историографов ОКВ, то их нельзя считать строго достоверным историческим источником, и к ним надо подходить очень критически. Положение историографов в верховной ставке, характер их работы предопределяли большую тенденциозность и субъективизм в описании ими происходивших событий, не говоря уже о том, что на все они смотрели сквозь призму гитлеровского руководства. Достаточно привести в подтверждение этого следующее место из комментариев к дневнику: «В общем Грейнер мог при составлении военною дневника работать независимо. Лишь в отдельных случаях он должен был подчиняться ограничениям. Когда, например, в связи с оперативным планированием захвата Мальты весной 1941 г. в верховном руководстве вермахта возникли значительные разногласия, Гитлер распорядился через своего адъютанта полковника Шмундта, чтобы подобные расхождения во мнениях не фиксировались в военном дневнике штаба оперативного руководства... В 1939—1941 гг., пожалуй, только в трех случаях были предприняты прямые исправления в дневнике, когда некоторые формулировки, учитывая чувствительность Гитлера, были заменены на более мягкие»[40]. Ясно, что в условиях угодничества и раболепия, царивших в ставке Гитлера, составление дневника не могло быть объективным.
В первый том дневника, охватывающий период с 1 августа 1940 г. по 31 декабря 1941 г., вошли: сохранившаяся копия дневника ОКВ с 1 августа 1940 г. по 24 марта 1941 г.; отдельные наброски Грейнера за 1939 г. и 1941 г.; ежедневные рукописные записи Грейнера, по которым он диктовал окончательный текст дневника за период с 8 августа 1940 г. по 25 июня 1941 г.; военный дневник оперативного отдела генерального штаба сухопутных войск с 27 мая 1941 г. по 4 сентября 1941 г.; дневные сводки оперативного отдела генерального штаба сухопутных войск с 22 июня по 6 декабря 1941 г.; разведывательные сводки абвера с 8 декабря по 31 декабря 1941 г. и другие документы.
