Поэтому пришлось и в нем, и в мангальной выдать повышенную премию работникам, потратив десять процентов дохода на нее.

Только ничего из местного бизнеса не может перебить по своим размерам будущую продажу большого количества криц высококачественного железа из партии в пять тонн, привезенных мной на корабле. Остальных металлов тоже набралось на пару тонн, вот со всего подобного объема ожидаются продажи уже в несколько тысяч тайлеров. Под усиленной охраной привезенное добро доставили на промплощадку, где все снова помощники Водера взвесили и разобрали под его постоянным контролем. На промплощадке построен из песчаника отдельный крепкий дом с мощными дверями, откуда теперь будет производиться торговля для асторских и других мастеров. Ведь немало деревенских кузниц раскидано по просторам Черноземья. Они теперь могут сразу самое высококачественное железо получать, до которого им самим никак не подняться в производстве.

— Если у них, конечно, такие деньги сразу найдутся? — сомневается Водер.

— Придется скидываться нескольким кузницам на одну крицу. Или сам можешь дать заказ на Север, чтобы делали их меньше по размеру. Нет смысла еще раз греть крицы, чтобы делить уже здесь. Лишние хлопоты получаются.

На самом деле спрос с дальнего юга и приморских Бейств на качественный металл установился очень высокий. Не смотря на не слишком приветливое отношение к нашим купцам в самой степи, старые связи в Талаке и еще паре Бейств, лежащих далее на берегу Голубого моря, вполне себе работают.

Шхуны постоянно ходят туда и обратно, возят всем нужную новую дешевую ткань из моего ткацкого производства, всякие железные изделия. Зато с юга везут теперь очень нужный мне хлопок, который мы скоро начнем превращать в нитроцеллюлозу.

— Хороший товар всегда себе дырочку найдет! — говорит мне Водер, страшно довольный тем, что оптовая торговля железом и прочими металлами самым монопольным образом переходит прямо к нему в руки.

— Почем будешь конкурентам металл продавать? — интересно мне узнать.

— Продумал уже все. Хороший немного дороже того, что они могли раньше получить сами, который поплоше — тот в ту же цену. Самим местным литейщикам и кузнецам никак не получить ничего похожего! — улыбается во все зубы кузнец, отлично понимающий, насколько теперь все у нас с ним схвачено в производстве металла и изделий из него. — А для нас прибыль просто отличная получается! На торговле оптом, как в розницу получать будем!

Тут он прав, в два раза точно еще прибыль вырастет без доставки сюда обогащенной руды. Так что с привезенного железа еще две-две с половиной тысячи золотых тайлеров получится.

— Промзона на Севере начала отбивать свое обустройство наконец-то! — с довольным видом я сообщаю кузнецу.

— Ну, Ольг, все-то у тебя получается! Это же сколько золота пришлось в северные земли закопать, чтобы такая отдача пошла! Считай, десять месяцев кормил там всех работников, сколько инструмента дорогого и продовольствия туда пошло! — поражается Водер.

Здесь он полностью прав, даже я, со своими огромными доходами, едва вытянул подобную стройку века.

«Вот и считай, как проще строить тому же государству при социализме большие проекты, чем частнику найти столько свободных средств. Как я собрал без всяких кредитов на постройку почти настоящего металлургического комбината в пустоте северных руд. Хорошо, еще пять тысяч золотых мне Клея смогла выдать, поэтому закрыл вопросы на половину года раньше, смог все нужное для работы промзоны и проживания работников заранее оплатить. Теперь и люди там есть в нужном количестве, и жилье для них построено. Пусть пока скромное, по половинке небольшого дома на семью, но все мастера могут отлично зарабатывать, дальше уже сами себе отдельные дома строить с садиками», — вспоминаю я, сколько золота у меня ушло на сам Север.

Можно даже не вспоминать, и так все записано, примерно двадцать шесть тысяч золотых пришлось потратить на обустройство промзоны и наемный труд сотен рабочих в течении долгих месяцев. Не считая еще мою невероятную магию, которая смогла почти бесплатно создать огромное водохранилище, на которое ушло бы пару лет напряженного труда сотен работников. Если его вырубать в сплошной скале немагическими методами.

Зато теперь все производство металла в Черноземье через два-три месяца замкнется именно на моей промзоне, окончательно окажутся придушены конкуренты и перевозчики. К которым у меня есть интересное предложение насчет переоборудования их насыпных шхун в нефтеналивные даже за мой личный счет.

Так что за пару проведенных в Асторе дней жизнь показалась уже веселее, тем более я все же навел порядок на Севере.

«И еще меня очень порадовала моя магическая подруга Клея. Вот до глубины души порадовала своими словами».

Я ей много чего высказал про излишнее сострадание и прочую жалостливость. Смог образно донести, что очень недоволен ее возможным милосердием к нечаянным свидетелям и прочим людям, невольно узнавшим слишком много.

— Пойми, сам Храм — наше основное с тобой место силы! Никто не может увидеть его и уцелеть! Без него мы окажется обычным Магами, только без своего магического стола! Будем гонять караваны с камнями в Башни Севера по две осьмицы по времени, но все равно при себе тот же камень постоянно иметь не сможем. В моих Источниках сосредоточена огромная сила, которую можно тратить очень быстро и мощно, никакой магический камень не способен столько маны накопить и так быстро ее отдать! Поэтому иметь возможность заряжать Источники так близко к перевалам — наше очень большое преимущество над всеми врагами и как бы союзниками. Со временем придется поставить постоянную охрану на подходах к Храму, чтобы заворачивала всех любопытных заранее, — доносил я до нее реальное положение вещей.

И дальше делал упор на то, что иначе наша война окажется гораздо страшнее и кровавее:

— С Источниками мы обязательно победим, а без них — все уже далеко не только от нас зависит! Тогда придется смотреть на степняков, на то, что смогут выдать дворяне Сатума и много чего прочего учитывать. Создавать огромные армии, которые придется кормить за счет грабежа захваченных территорий. С Источниками нужно народа всяко не столько, которых можно набрать из одних добровольцев, чтобы шли воевать за свою новую жизнь.

Но я все-таки чувствовал в Клее серьезное внутреннее сопротивление, поэтому переживал из-за нее весьма серьезно. Если Добрая Королева вдруг окажется обычной жалостливой бабой, то вытаскивать ее из привычного мира и бросать в жернова кровавой гражданской войны всех со всеми — нет вообще никакого смысла.

— Добрая Королева должна быть настолько доброй, чтобы все враги тряслись от ужаса! — так ей и сказал на прощание еще тогда, после первого совместного выхода.

Так что, когда я позвонил Клее по скошу, она сразу же признала мою правоту, согласилась быть гораздо более жесткой и даже жестокой, поэтому у меня серьезно отлегло от сердца.

И я сказал ей готовиться к выезду на целый месяц. Прикинул, что так удобнее всего получается, осьмицу времени потратим, даже немного меньше, на ее обучение в Храме и мой выход на перевалы. Даже Палантиры потом можно не заряжать, и с пустыми нормально перелечу в грузинский Храм. Потом пару осьмиц или три недели в моем мире проведем вместе, дальше возвращение назад в Черноземье.

И ведь все вышло, как мы с ней договорились, я провел еще четыре дня в городе, облазил все производства, проинспектировал несколько раз рынок и строительство офисного центра. Водера отправил шхуной на север с осьмицей личной охраны.

— Должен наладить там производство пороха для пушек, отточить все остальные производства и оставить все работающим на полную мощь! — даю ему последние указания в гавани, пока оборудование грузят на шхуну. — За твоей семьей люди Аписа присмотрят, торговать металлом дальше твои же заместители и Глорий станут. Пора расти над собой, Водер! Не самому уже постоянно молотом стучать в кузнице, а только учить и проверять подмастерьев и других мастеров!