— Все, господин офицер, — мягко улыбнулся парень. — Он здоров.

— Да я вижу, что здоров… — ошалело посмотрел на него тот. — Спасибо тебе, человече! Ты кто вообще?

— Лориган, ученик Кейсава.

— Того самого Кейсава? Владетеля Наэрты?

— Да, того самого, — подтвердил Лори.

— Благодарю вас, уважаемый мэтр! — поклонился офицер. — Вы… Не могли бы вы помочь моему другу? У него дочка маленькая умирает… Лекари не знают, что с ней, только руками разводят…

Парень покосился на учителя, тот молча наклонил голову.

— Да, я готов помочь, — снова повернулся к офицеру он. — Ведите.

— Еще раз благодарю, мэтр! — обрадовался тот. — Хейд, я отлучусь на час-другой, подмени меня.

— Сделаю, господин лейтенант, — поклонился одноглазый верзила. — И от нас с ребятами спасибочки вам, мэтр, что Дирга спасли. Уж коли вам от нас какая помощь нужна будет, вы подойдите к казармам на Шестой улице, да меня кликните. Мы уж со всем старанием.

Офицер, представившийся, как Лорх, сын Шайда, открыл Кейсаву с Лори узкую калитку и повел по широкой улице. Прошлый раз чародей Зерт миновал, двигаясь из Сеенгара в Олантан, поэтому теперь ему было интересно посмотреть на город, четыре основных района которого жили по разным обычаям. Порой очень странным.

Судя по тому, что они направились на запад, друг Лорха жил в районе Гармика, где проживали почти все городские стражники. В общем, ничего удивительного, в других районах им было не слишком уютно. Особенно в Найорке, где не принято было приходить на помощь насилуемым женщинам, даже случайно забредшим на юг.

Углубившись в мешанину переулков, стражник несколько раз сворачивал, прежде чем остановился перед небольшим домиком с чахлым палисадником, за которым явно никто не ухаживал. Войдя во двор, он решительно постучал. Некоторое время ничего не происходило, затем дверь со скрипом отворилась и на пороге возник небритый мужчина средних лет с воспаленными глазами. Похоже, бедняга давно не спал и очень устал.

— Лорх? — удивился он. — Что-то случилось?

— Здравствуй, Корд. Я тебе чародея привел, он Дирга спас, — ответил офицер. — Какие-то прохвосты решили три воза сушеной черной травы провезти, нагло утверждая, что это обычное сено. И морды у каждого поперек себя шире, ну прям тебе крестьяне.

— Совсем контрабандисты охренели, — укоризненно покачал головой хозяин дома. — И чего дальше?

— Понятное дело, никто охамевшим ублюдкам не поверил, запах черной травы ни с чем не спутаешь, так они отбиться попытались и сбежать. Дирга, ты его знаешь, ржавым ножом в живот ткнули, как только кольчугу пробили, ума не приложу, видно стилет это был хорошо заточенный, между звеньев прошел. Мы их там всех положили, конечно, но раненому ничем помочь не могли. Стояли и смотрели, как он отходит, знаем же, что при ранах в живот человека трогать с места нельзя… А тут мэтр подошел, сказал, что может спасти бедолагу, я и разрешил в надежде, что не сбрехал. Потом все быстро случилось, мы даже не разглядели, чего он сделал, только раненый светом покрылся, и гляди, уже здоров, только шрам небольшой остался. Я и подумал сразу про твою дочку, попросил помочь. Мэтр согласился. Он ученик самого мастера Кейсава! Того самого, что Лэр и Таламар от тварей спас!

— Коли поможет, я твой должник по гроб жизни, дружище! — приложил руку к сердцу Корд, затем повернулся к Лори и поклонился. — Приветствую вас, уважаемый мэтр! Идемте скорее, Тила ночью так кричала и плакала, что никто в доме заснуть не мог…

— А кто с вами, мэтр? — подозрительно посмотрел на Кейсава Лорх.

— Наставник мой, — покосившись на согласно кивнувшего учителя, ответил парень.

— Кейсав, ученик Фаэра, — со вздохом открылся чародей. — Но работать будет Лориган. Он справится. Извините, что так, но вы, Корд, как отец, должны меня понять. У меня сына украли. Маленького! И передали сообщение, что если я хоть какое чародейство применю, то малыша убьют…

— Это что же за скоты такие⁈ — изменился в лице тот, поставив себя на место бедняги, он тоже сделал бы все ради спасения ребенка.

— Жрецы Шиннаны, — скривился Кейсав. — А точнее, их глава — Грахва. Поставил на меня следилку каким-то образом. Но он не запретил мне учить, упустил это из виду. Вот я и нашел ученика, обучаю его всему, что знаю и умею, и жду, пока он окажется способным снять с меня следилку. Лечит Лориган уже очень хорошо, так что идем к вашей дочке. Возможно, на нее наложили проклятие. Хотя ума не приложу, кому это могло понадобиться. Даже жрецы Разрушительницы не стали бы трогать ребенка обычного стражника, разве что захотели бы отплатить вам за что-то.

— Я не простой стражник, а следователь городской управы, — вздохнул хозяин дома. — Немало незаконных делишек богатых господ вытащил на свет белый, так что зло затаить на меня многие могли. И нанять колдуна.

— В таком случае поспешим, проклятия очень опасны, особенно если наложены умелым малефиком, — ступил вперед чародей.

Корд кивнул и повел гостей внутрь дома. В небольшой комнате металась на кровати девочка лет шести, худая, как скелет, и мертвенно бледная. Видно было, что с нее льет пот и ей очень больно. Кейсав немедленно направился к бедняжке, активируя чародейское зрение и махнув рукой Лори, чтобы следовал за ним. К сожалению, он не ошибся в своих предположениях — это оказалось именно проклятие, а не болезнь. Придется обучать ученика на ходу, как справляться с таким. Хорошо хоть, что накладывал проклятие отнюдь не мастер, наподобие Грахвы, а какой-то криворукий недоучка — никакой элегантности и завершенности плетения не было и в помине. Оборванные концы, мохнатые клубки, неиспользуемые блоки, которые непонятно зачем добавили. Похоже, кто-то нашел готовое проклятие в чьей-то рукописи и полностью скопировал его, даже не собираясь разбираться, как оно работает и почему. Современные «чародеи» во всей их красе. Идиоты тупоголовые!

— Проклятие, как я и думал, — Кейсав повернулся к Корду. — К счастью, накладывал его полный неумеха, так что снять будет довольно просто. Понадобится живой петух, чтобы перенести плетение на него. Как только это будет сделано, вам, как отцу ребенка, придется этого петуха зарезать, потом сжечь на сильном огне. Ни в кое-случае нельзя есть его мясо! Отравитесь. После развеивания пепла петуха проклятие через зеркальный откат вернется к своему создателю, и ему станет очень весело. Узнайте завтра, кто в городе слег от внезапной болезни, и вы поймете, кто его наложил. Может, сумеете выяснить у него имя заказчика. Лори, иди сюда, сейчас я объясню тебе, как снимать такие проклятия. Это довольно просто. Затем наложишь на девочку среднее исцеление, его хватит для полного выздоровления.

— Петух? — вскинулся хозяин дома. — За ним и ходить никуда не надо, одного из своих принесу.

Он быстро вышел. Вскоре раздалось перепуганное кудахтанье, и вскоре Корд вернулся, неся за ноги здоровенного черного петуха. Тот слегка трепыхался, но при попытках клеваться получал ладонью по голове и обвисал.

— Жена уже растапливает дворовую печь, чтобы сжечь его, — сообщил следователь, на что Кейсав удовлетворенно кивнул.

— Смотри, Лори, видишь черное пятно в районе груди девочки? — не стал он терять времени.

— Вижу, учитель, — подтвердил тот.

— Проклятие создано одним цельным плетением, не связкой и не, тем более, конструктом, поэтому для обычного чародея считается неснимаемым. Но это далеко не так. Вспомни связку Брахта, мы с тобой проходили ее во время пути в Зерт.

— Помню. Но… как ее применить здесь?

— Очень просто, — усмехнулся Кейсав. — Создавший эту пакость малефик неумеха, он оставил шесть вариантов доступа к сердцу проклятия. Вот один — видишь эти никуда не подсоединеннные нити?

— Вижу, учитель, — подтвердил Лори.

— Теперь найди остальные пять и скажи, к какому, по твоему мнению, проще будет подключить выходные нити связки Брахта.

Парень принялся изучать проклятие. Вскоре стало ясно, почему учитель обозвал его создателя неумехой. Действительно, плетение было создано неуклюже, на отстань, лишь бы работало. Висячих концов видны были десятки, но далеко не все из них имели доступ к сердцу проклятия. Большинство вели либо к входным, либо к выходным контурам, последние как раз и обеспечивали медленную смерть человека, на которого это проклятие наложили.