В таверне в основном всегда ужинали мужчины, отдыхая после тяжелого трудового дня, но сегодня лея заметила двух женщин, которые присели за один столик. Девушка обрадовалась и решила познакомиться с новыми посетительницами. Правительница подошла к их столику.

— Так вот ты, значит, какая, — скрипучим голосом произнесла одна из женщин.

Лея осмотрела незнакомку. Её платье, цвета выгоревшей на солнце соломы, казалось, не знало заботы ни одной швеи. Потёртая ткань, кое-где истлевшая до ниток, служила холстом для истории её трапез. На подоле, словно невеселые отпечатки прожитого дня, расплывались пятна от вчерашнего густого супа и, возможно, от ещё более жирного куска мяса.

Пятна эти были не просто следами еды, а своеобразными узорами, рассказывающими о неустанном труде и скудной, но такой необходимой пище. Они придавали образу небрежную, но до боли живую реальность. Светлые пряди волос, выбившиеся из-под простого платка, свидетельствовали о том, что причёска не была её приоритетом, как и всё, что касалось внешней оболочки.

Лее женщина показалась очень уж неопрятной.

— Какая такая? — опомнившись, спросила правительница.

— Конкурентка наша, — сказал вторая женщина, которая хоть и выглядела опрятнее своей подруги, но ее недружелюбный настрой выдавал колючий взгляд.

— Я ни с кем не соперничаю, — спокойно сказала Лея, понимая, что дружеского знакомства не выйдет.

— Мы вдвоем кормили наших мужчин. Они были довольны и ходили к нам с радостью. А теперь появилась ты и переманила наших покупателей на свою сторону, — проговорила грязнуля.

— И лишила нас заработка, — поддакнула вторая дама.

— Я имею полное право открывать таверну и кормить своих гостей. А они имеют право выбирать, куда им ходить, — Лея старалась не выйти из себя.

Внезапно грязнуля встала со своего места и залепила Лее звонкую пощечину. В таверне моментально образовалась тишина.

Глава 13

Лея находилась в шоке. Её щека горела, пульсируя в такт бешеному стуку сердца. Мир вокруг размылся, звуки исказились, превратившись едва различимый гул. Она стояла, застыв на месте, словно статуя, высеченная из мрамора, в то время как внутри неё бушевала буря. Каждое мгновение казалось вечностью, наполненной осознанием произошедшего.

Пальцы непроизвольно коснулись пылающей кожи. Холодные кончики пальцев принесли лишь мимолётное облегчение, тут же сменившееся новой волной жгучей боли. Что теперь? Этот вопрос беззвучно бился в её сознании, не находя ответа. Инстинкты, казалось, покинули её, оставив лишь пустоту и растерянность.

Взгляд её блуждал, пытаясь найти опору в этом внезапно перевернувшемся мире. Лица, знакомые ещё секунду назад, теперь казались чужими, искажёнными непрошеным осуждением или равнодушием. Она чувствовала себя обнажённой, беззащитной, словно все её мысли и чувства выставили напоказ, а теперь над ними глумились.

Внутренний голос, обычно такой спокойный и рассудительный, теперь кричал от боли и несправедливости. Но даже этот крик был заглушен всепоглощающим шоком.

Первым очнулся Карлос, который сидел рядом со своими друзьями и ужинал. Мужчина подскочил к правительнице и резко обернулся к женщинам.

— Римма, как ты посмела?

И тут Лея поняла. Это женщины, которые владеют другими двумя тавернами.

— Я не позволю, чтобы какая-то самозванка портила нам жизнь и забирала наших клиентов, — прикрикнула Римма.

Люди вокруг с любопытством наблюдали за происходящим.

— А ты пробовала просто вкусно готовить и сделать уборку. У тебя же находится невозможно. Ты на свой внешний вид-то посмотри, — прикрикнул кто-то из толпы мужчин.

— Да как вы смеете! — возмутилась Римма.

— Правду говорит, у тебя просто ужасно в таверне, — подхватил еще один голос.

— И невкусно, — поддержал еще один.

Лея поняла, что тут разбираться без нее, и отправилась на кухню, на которой Амелия готовила и не догадывалась о том, что происходит.

Лея рассказала о случившемся, а Амелия отправила правительниц отдыхать, уверяя, что справится сама. Лея спорить не стала и решила отдохнуть.

Свет, проникавший сквозь мутное оконное стекло, казался сегодня особенно тусклым, словно отражая внутреннее состояние. Правительница сидела на краю кровати, ощущая, как тяжесть бытия давит на плечи. Как, спрашивала себя она, всё стало так? Совсем недавно её жизнь представлялась ясным, безоблачным небом, полным надежд и планов. Теперь же оно затянулось серыми тучами, и лишь редкие проблески солнца напоминали о былом.

Каждый встречный день приносил лишь новые разочарования, словно судьба решила сыграть с ней злую шутку. Она пыталась понять, где произошёл тот переломный момент, та невидимая трещина, которая породила эту пропасть. Были ли это её собственные ошибки, её нерешительность, её страхи? Или же это был рок, неумолимая сила, которая просто решила сломить её дух? Вопросы роились в голове, но ответов не находилось, а лишь углубляли ощущение безысходности.

В итоге правительница забылась тяжелым сном, а когда проснулась, то поняла, что находится она не в своей комнате. Но, где?

Глава 14

Правительница внимательно огляделась. Она снова каким-то неведомым образом оказалась на космическом корабле.

Каюта была небольшой, но продуманной до мелочей. Стены, выполненные из полированного металла, мягко отражали приглушённый свет, исходящий от панелей, встроенных в потолок. Обтекаемые формы мебели, словно выросшие из самого корабельного корпуса, создавали ощущение единства с пространством. Главным элементом была кровать, трансформирующаяся в рабочее место или кресло для отдыха одним нажатием сенсорной панели.

Справа от входа располагался небольшой санузел, его дверца открывалась бесшумно, скрывая за собой компактное, но функциональное пространство. Здесь были все необходимые удобства: душ с системой рециркуляции воды, раковина, встроенная в стену, и унитаз. Зеркало, занимавшее почти всю дверь, казалось, расширял и без того ограниченное пространство.

Напротив кровати находился встроенный шкаф, его передняя панель служила одновременно и экраном, на котором можно было просматривать бортовую информацию, общаться с командой или просто наслаждаться видами космоса. Интерфейс был интуитивно понятным, требующим минимальных усилий для навигации.

Небольшой иллюминатор, расположенный у изножья кровати, открывал захватывающий вид на мерцающие звёзды и далёкие туманности. Каждая деталь, от текстуры ткани на постельном белье до едва уловимого запаха очищенного воздуха, говорила о высоком уровне технологии и комфорта, призванных сделать долгие космические путешествия максимально приятными.

Не успела Лея полностью обойти каюту, как внезапно дверь открылась и вошла молодая девушка, в скромном платье.

— Где я? — сразу спросила Лея, но незнакомка лишь покачала головой.

В руках у девушки был поднос с едой, который она поставила на стол. Поклонилась и вышла.

— Странная какая, — проговорила Лея, посмотрела на еду и поняла, что голодна.

Но можно ли есть эту пищу? А вдруг она отравлена. Ведь Лея совершенно не знает, на чьем корабле она находится, и что с ней собираются делать.

— Ешь, — внезапно раздался женский голос откуда-то из потолка.

— Кто тут? — от неожиданности Лея подпрыгнула на месте.

— Не переживай. Еда не отравлена, — словно прочитав мысли, сказал незнакомый голос.

— Я не буду есть, пока не узнаю где, я и что от меня нужно.

Голос вздохнул и пробормотал.

— Жди.

Глава 15

Дверь в каюту отворилась с тихим шелестом, и на пороге появилась она — воплощение молодости и красоты. Её фигура, стройная и грациозная, была облачена в роскошное платье, словно сотканное из лунного света. Алого шёлка, оно облегало её стан, струясь до пола складками, которые переливались при каждом движении, отражая приглушённый свет каюты. Тонкие бретели изящно подчеркивали линию плеч, открывая взгляду нежную кожу.