— Вы то здесь как оказались? — покачал я головой.

Но на самом деле это был мой шанс. Я нашёл в толпе уходящих дроу самого физически крепкого, сопоставимого с моими габаритами. Подловив момент, я медленно спустил на цепи свой меч и нанёс ему удар в спину, после чего подтянул труп к себе.

Так я разжился серой мешковатой робой, под которой смог скрыть свои классные штаны с карманами. Проблема была только с мечом. Под одеждой его было не спрятать. Поэтому с молитвами всем богам я попробовал всунуть его в карман штанов. Хотя по всем прикидкам, он не должен был туда пролезть, ну никак. Но артефактная одежда меня снова удивила. Стоило мне попытаться чуть сильнее впихнуть невпихуемое, как карман растянулся и [Истязатель] скрылся в его недрах. Туда же отправились и обе мои цепи. «Хм. Может сюда и мотоцикл бы влез?» — подумал я.

Но шутки шутками, а надо было действовать. И мне даже пришлось нацепить на себя так ненавистный мне рабский ошейник. Далее я начал наблюдать за группой людей. Их разделили на два отряда. Один отправили в какое-то другое место. А другой остался относительно неподалёку, с заданием таскать какие-то на вид очень тяжёлые мешки. «Отлично. Это мне подходит», — решил я.

Пришлось ещё около часа надзирать за надзирателями, ожидая удобного момента, чтобы влиться в новый трудовой коллектив. И мне повезло в том, что старая смена надсмотрщиков сначала принимала новую смену рабов, а потом уже сменяли их. Так что новопришедшие надзиратели не заметили, что внезапно среди рабов появился новый человек.

Я просто спрыгнул возле кучи мешков и как ни в чём ни бывало схватил два из них и взвалил на плечи. Стоявший в этот момент неподалёку темноволосый небритый парень с густыми бровями выпучил на меня глаза и хотело было задать вопрос:

— Ты ещё кто…

— Но я дёрнулся вперёд и нанёс ему лёгонький удар под дых.

— Эй⁈ Что у вас там⁈ — окликнул нас двергар, который только что сменил предыдущего.

— Всё нормально, шеф! У него просто спину прихватило от нагрузки! — ответил я.

А сам тем временем склонился над повисшим у меня на руке и прошептал ему на ухо:

— Заткнись и веди себя естественно, если хочешь жить.

Двергара же мой ответ не устроил, и он лично подошёл проверить, всё ли в порядке. И стоит отдать должное. Парень быстро взял себя в руки и столкнувшись лицом к лицу с полуросликом мило улыбнулся и затараторил:

— Простите, господин! Что-то щёлкнуло в спине! Я уже готов продолжать работу!

Надзиратель лишь хмуро окинул нас взглядом и не говоря ни слова огрел плёткой сначала темноволосого, а затем и меня.

— За работу! Живо! — проорал он во всю глотку. Настолько широко раскрывая рот, что я смог подробно рассмотреть его полусгнившие зубы.

«Шестёрка на удаление», — подумал я. И за свою задумчивость снова получил удар плетью по спине.

— Живее, мразь! Я кому говорю, тварь⁈

Я угрюмо подхватил мешки и понёс их на какую-то платформу, думая про себя: «Я тебя, сука, запомнил, и ты будешь умирать медленно».

Люди в рабских ошейниках непонимающе на меня косились. А потом косились уже удивлённо, когда замечали, что я с лёгкостью таскаю сразу по два мешка. Но, как ни странно, мне помог тот темноволосый. Он успокаивал своих товарищей, что-то шепча им. После чего они уже не так ошалело на меня таращились.

Я встретился с ним взглядом и кивнул в знак благодарности. Он ответил тем же, и мы продолжили работу. Гора мешков казалась просто бесконечной. Ненароком я открыл один из них, чтобы вообще понять, что за дрянь мы таскаем. Но это мало мне что дало. Какой-то чёрный порошок, состоящий из мелких и крупных частиц. Но тут я услышал за спиной:

— Это углерод.

Всё тот же парень подошёл к мешкам, чтобы взять новую ношу.

— Его в сплавы добавляют, — добавил он, взваливая ношу на плечи.

— Ну это понятно, — ответил я, повторяя за ним.

Я хотел спросить ещё кое-что, но надзиратель быстро пресёк все разговоры диким криком, оповещающим о том, что он всем нам вырвет языки, если услышит ещё хоть одно слово.

Пришлось просто работать аж до конца смены. Я даже сбился со счёта, сколько времени прошло. Но по ощущениям не менее часов двенадцати. Я уже думал, что скорее Игос откроет портал прямо здесь, чем эта скучная смена закончится.

Физически мне было совсем не тяжело. Несмотря на то, что я делал работу за двоих. Хотя потом я задался вопросом, а зачем я вообще это делаю, если можно было носить как все по одному мешку? Но вот девчонки, несмотря на то, что сила у них была чуть повыше, чем у обычного человека, к середине смены уже еле волочили ноги.

Я уже просто подходил к ним и молча взваливал на свои плечи ещё и их мешки. Надзиратель хотел было повозникать, но я зыркнул на него таким взглядом, что он как-то резко притих и больше не мешал помогать братьям и сёстрам моим меньшим.

Девушки смотрели на меня благодарными глазами. Особенно одна пышная блондинка с размером груди, выходящим за все рамки приличия. Даже находясь в такой ситуации, она пробовала со мной флиртовать лишь одним лицом. И я был даже благодарен этому двергару за то, что она так сильно всех напугал наказанием за разговорчики.

От нечего делать я также развлекался тем, что изучал окружающих. Пара воинских классов. Девчонки, ожидаемо, маги и целители. Несколько стрелков. Всё очень стандартно. Кроме темноволосого. У него был класс, доселе мне не встречавшийся.

Характеристики же этой группы не поднимались выше необычного ранга. Что, впрочем, для гражданских было уже хоть что-то. Значит, даже успели где-то раздобыть эссенции.

Так мы и отпахали до конца смены. Народ еле волочил ноги, а я флегматично наблюдал за тем, как отдельные погонщики двуногого скота отправляют нас на отдых. И тут я услышал за спиной:

— Этот может ещё смену отходил бы? Смотри, как бодро себя чувствует!

Я обернулся и увидел, что сразу двое погонщиков смотрели на меня и лыбились такими же гнилыми, как у их коллеги, зубами. И они даже не понимали, что сейчас собственными руками подписывали себе приговор. Терять ещё лишнее время на таскание грёбаных мешков я не собирался ни при каких условиях. Уж лучше я реально разнесу тут всё голыми руками.

Но тут меня удивил наш надзиратель, который вёл себя довольно тихо в последнее время. Он подошёл к погонщикам и сказал:

— Не надо. Он и так за двоих работал. Хороший раб.

— Хороший, говоришь? — усмехнулся один из погонщиков. — Ну ладно. Пусть набирается сегодня сил. Давай, пошёл!

Меня огрели по спине плетью, для проформы, но я даже почти не разозлился. Скорее я был удивлён поведением надзирателя и про себя подумал: «Ну ладно. По-возможности, я тебя пощажу».

Нас повели через цеха в длинный коридор, который, как оказалось, вёл в бараки. Это было несколько обширных помещений. Но прежде чем туда войти, мы проходили мимо пункта выдачи еды. Каждый по очереди подходил к жирному двергару стоящему возле огромной кастрюли и получал тарелку какой-то непонятной каши.

Когда подошла моя очередь, повар (или кто он здесь?) смерил меня взглядом и усмехнулся:

— Слишком ты уж жирный для целой порции. На тебе половинку! Худей.

И вместо полной миски он плюхнул мне этой жижи просто немного на донышко.

Я хмуро посмотрел на свою порцию, а потом на двергара и ответил:

— Знаешь? Ты прав. Надо бы немного похудеть. Не буду сегодня есть.

Сказав это, я отвёл руку с миской в противоположную сторону от повара и с размаху швырнул её прямо в наглую ухмыляющуюся рожу. Я уже готовился к предстоящей схватке с погонщиками. Но обернувшись, увидел, что они всем скопом ржут как кони, схватившись за животы. Пока повар пытается остановить кровь из носа.

Проржавшись один из погонщиков ткнул плетью девушку недалеко от меня и приказал ей:

— Займись им. Только без глупостей.

После этого он снял с неё ошейник. Что было странно. Обычно рабские ошейники не препятствовали самой возможности применения магии, если рабовладелец не против.