Испарения из их лаборатории, пропитавшие почву и вызвавшие нашествие грызунов – не случайность. Они сделали это намеренно, заложив основу для будущего триумфа Лиама.

Я не думаю, что Фрайгус по-настоящему травили короля. Моргауза окружали лучшие лекари Октуса, они бы заметили яд, но… Есть иные способы навредить человеку. Неверные лекарства. Пустышка вместо целебной травы. И многое, многое другое»

— Что ж, нас ждёт занимательный бой. – улыбнулась Сейра, прикасаясь губами к бьющейся венке на его шее.

Кайрон резко выдохнул, прижав её к дивану:

— Когда всё это закончится, ты…

Но она лишь приложила ладонь к его губам, мягко улыбнувшись:

— Не надо. Не надо обещаний и клятв наперёд… Я хочу, чтобы мы обменялись ими на пороге новой эры. Когда все прежние горести останутся далеко позади.

Ирсалис Роузвуд молча смотрел на графин, наполненный тёмным терпким соком. Выжимка из диких ягод, что питала его тело и насыщала ум… Старик скривил губы и холодно уточнил:

— Так понимаю, он использовал свои таланты для вопиющего вредительства?

Мистер Райт склонил голову и дрогнувшим голосом пояснил:

— Мы и сами не ожидали, что всё зайдёт настолько… далеко. Агнес заметила, как он украдкой добавляет что-то в графин. Тщательная проверка показала наличие экстракта тлина.

Ирсалис издал мимолётный, раздражённый смех. Сейра, стоявшая у окна, тоже усмехнулась. Её «любезный» Фабьен не изменяет своим привычкам…

«Раньше он травил Старика, чтобы искоренить непокорных в поместье Шипов. Теперь же… Пытается усложнить жизнь лично мне. Ирсалис – тот, кто во всём поддерживает наследницу. Именно он удерживает шаткий баланс в клане. Исключи его из уравнения – и начнётся хаос, в коем Фабьен, наконец, получит больше свободы. Но на сей раз он просчитался»

— Тлин… сорная трава перекрёстков. Она растёт на свежих трупах, вбирая мёртвые соки. – протянул Ирсалис, поморщившись. — Принимая её экстракт, человек, разумеется, не умрёт так скоро… Но тлин окажет негативное воздействие на внутренние органы. Печень. Почки. Сердце… В конце концов, большие дозы тлина способны из вполне здорового сделать смертельно больного.

Сейра скривилась от отвращения. Что ж, теперь она точно знает, кто приложил руку к смерти Старика в прошлом… Действительно: сочетание тлина и ежедневных волнений истощит кого угодно. Даже Ирсалиса, который по сути своей был довольно крепким.

— Он будет отрицать свою вину. – мрачно проронил Райт. – Скажет, что не знал о губительном воздействии тлина… Мы можем обвинить Фабьена в злонамеренности, но его всего-то сошлют в дальние земли. Заточение, из которого он вполне может выбраться… Кровь Посвящённых, ценная и ненавистная!

Он стиснул зубы, раздражённо опустив подбородок.

— Не стоит нервничать, мистер Райт. Есть способ избавиться от него раз и навсегда. – лукаво проронила Сейра, щёлкнув пальцами. – Нам с вами известно наперёд, что Фабьен избежит… по-настоящему серьёзного наказания. Но мы вполне можем сгустить краски. Устроить маленькое, достоверное представление для него одного.

— Ты предлагаешь… - Ирсалис на мгновение смолк. – Напугать Фабьена?

— Он умён, но не слишком смел. – улыбнулась Сейра. – Если мы убедим его в том, что наказание будет по-настоящему серьёзным, он начнёт кусаться, как чумная крыса. Резко, панически, беспорядочно. Что более важно: в таком состоянии Фабьен склонен совершить фатальную ошибку. И после неё… Он не сможет вернуться в клан Роузвуд.

Сейра ласково, почти жизнерадостно улыбнулась, чувствуя будоражащий прилив сил. Она слишком долго выжидала, будто охотник в засаде… Но именно сейчас её загнанный шакал близок к тому, чтобы попасть в западню.

«Я подарю ему безысходность. Открою для него бездну отчаяния. Фабьен, в своей любви я отдала тебе всё… Но в ненависти также заберу всё без остатка»

— Да будет так. – медленно кивнул Ирсалис. – В данный момент… меня больше волнует личность преемника. Ты действительно решила поддержать незаконнорождённого?

— Не только я. Дарксайды и Дезет тоже.

— Оба кандидата… не особо внушают доверие. – устало вздохнул Ирсалис. – Но твоя уверенность подкупает.

— Люди судачат о том, что этот молодой человек – самозванец. – осторожно вмешался Райт.

— Ложь. – чуть слышно проронила Сейра. – Более того: у него есть доказательство кровной связи.

— Матушка, что происходит? – Лиам ходил из стороны в сторону, с силой сжимая пальцы в замок за спиной. – Почему этот… этот недостойный до сих пор жив?

Мирия утомлённо вздохнула, сделав глоток цветочного чая. Она наблюдала за сыном исподлобья, то и дело постукивая костяшками по столу. При каждом ударе золотые браслеты на её запястьях призывно звенели.

— Это я должен был обнаружить пропавшие украшения из магазинов Прециос! Я! Так как же вышло, что они исчезли из оговорённого места, а затем ублюдок Бьёрк нашёл их? Немыслимо! Отцу даже пришлось прилюдно благодарить его!

Лиам стиснул зубы, едва не сбросив со стола фарфоровую чашку.

— Успокойся. – голос Мирии прозвучал монотонно и глухо, но молодой человек лишь сильнее разъярился:

— Каким образом, матушка?! Они сказали, что мы спасём людей от заражённых грызунов… Что я всех спасу! А в итоге? Фрайгус пришлось перенести лабораторию в другое место. Из-за этого грызуны появились только на окраинах города, и Бьёрк, этот вездесущий мерзавец, первым оказал помощь людям… В Октаэдре начинают говорить о том, что он по праву крови достоин править. Ты понимаешь, мама? Они больше не считают его самозванцем!

— Тихо! – впервые за долгое время Мирия повысила голос, и её сын, наконец, умолк.

Лиам бессильно упал на диван, дрожа от злости:

— Почему ты кричишь на меня? Я что-то не так сделал? Мы столько лет вели нищенский образ жизни… Прятали богатства, изображали скромность… Я устал от такой жизни. Мне всё это надоело!

— Думаешь, мне по нраву изображать вечную вдову, милый? – тихо и надменно уточнила Мирия. – Поверь, за долгие годы я пережила многое. Их насмешки, их презрение… Именно мне пришлось глотать неуважение Кровных, пробивая для тебя путь наружу.

— И что? – выпалил Лиам. – Что теперь с нами будет? Отец обещал: корона будет моей, но пока что всё катится в бездну!

— Не горячись. Ничего ещё не решено. – протянула Мирия, прикрыв глаза. – Да, горожане его полюбили, ну и что с того? Важны не они, а решение Совета Кровных. Большинство наследников на нашей стороне.

— Но перевес не столь велик. – процедил сквозь зубы Лиам. – Дарксайд, Дезет, Роузвуд… что они в нём нашли? Способности, должно быть, затуманили им разум!

Мирия промолчала, переводя задумчивый взгляд в окно. Наконец, через пару минут она глухо проронила:

— Я поговорю с твоим отцом. Мы так долго готовились к этому дню… не для того, чтобы в одночасье всего лишиться.

— Я не вернусь в бедность, матушка. – прошипел Лиам. – Хочу жить в золоте, как истинный сын Прециос…

— Конечно, дорогой. Так и будет.

Киракс Роузвуд нервно расхаживал по кабинету. Он напоминал беспокойного зверя, запертого в клетке, и едва ли не скалился от досады. Морщины, возникшие на его лбу, были знаком многочисленных забот, свалившихся на плечи лорда.

— Ты неуправляема. – наконец, выдохнул он, с обвинением глядя на Сейру. – Совершенно бесстыдная девица! Мало того, что из всех возможных кандидатов выбрала Дарксайда, так ещё и…

— В чём проблема, лорд? В том, что вы его боитесь? – сдержанно уточнила Сейра.

Сейчас, когда Октаэдр трясло изнутри, она не видела смысла играть в излишнюю скромность. Дом Розвуд принадлежит ей по праву Дара, и Кираксу придётся с этим смириться.

— Я недооценил тебя. – поморщился он, сузив глаза. – С виду такая смиренная, а на деле… Неужели, ты и моего брата обвела вокруг пальца?