Пальцы в миг ослабели и «случайно» опрокинули кубок на расписную рубаху Соловья. В момент, когда тот отвлёкся, девица всплеснула руками, да так, что по носу въехала неудачливому ухажёру. Тут же, испугавшись, вскочила да со всей силы на ногу ему наступила.

— Ой, да как же это я? — прикрыла она от стыда лицо, на деле же пряча за ладонями улыбку широкую.

— Ничего страшного, — пытаясь не кривиться от боли, молвил Соловей, отходя на шаг от бедствия, что в богатый сарафан обряжено.

— Пятно-то какое! Замыть скорее нужно, — схватила Василиса кувшин с водой, недалеко стоявший. Быстрее поспешила к Соловью, да оступилась ненароком, в подоле запутавшись, и весь графин на беднягу выплеснула.

— Ой, — виновато посмотрела на мужчин, про себя думая, стоит ли эту тару уронить, или не стоит, дабы домовым работы не прибавлять, коим придётся осколки собирать. Решив, что и так уже достаточно сделала, вернула графин на стол да села на место своё.

— Прав ты, Соловей. Засиделась я в тереме батюшкином.

— Да может, оно и ничего. Не всем эта свобода нужна, — тут же поспешил откреститься от девицы разбойник. — Вон меня она до чего довела. Какую жизнь веду. А ты в тепле, в уюте. Кощей, я пойду? Отчёт ведь видел, всё по договору сделано.

— Иди, иди, — царственно разрешил Владыка, еле сдерживаясь, чтоб в голос не засмеяться. — И впредь будь добр, держи свои руки и мысли при себе. А то темниц свободных у меня много, место тебе всегда найдётся.

— Понял. Прощения прошу за наглость и невоспитанность свою, — мужчина поклонился сначала хозяину замка, затем княжне, бросив на неё взгляд опасливый, и поспешил скорее прочь, бурча себе под нос: — Вот баба своевольная, да я б её… Ай, — вскрикнул он, схватившись за зад, в который неожиданно прилетела свеча горящая, поторапливая гостя неприятного.

Василиса удивлённо перевела взгляд на Кощея. Явно же его рук дело. А она даже никакой волшбы рядом не заметила.

— Спасибо, что позволил сам отпор дать, — улыбнулась мягко. — Думала, не разрешишь.

Мужчина усмехнулся, вспоминая лицедейство, что княжна недавно совершила.

— Ох и не проста ты, Василиса Яромировна. Осторожнее с тобой нужно быть. А то кафтанов чистых не оберёшься.

— Тебе, Кощей, ничего не грозит. Знаю, что ни к чему неволить не станешь. Не таков ты, — предательский румянец вспыхнул на щеках, и она поскорее схватилась за кубок, что маленькая домовушка уже наполнить успела.

Не стал ничего колдун отвечать, на миг засмотревшись на лико порозовевшее и отметив характер стойкий, да ум острый и быстрый. И тоже взор отвёл, дабы девицу не смущать и самому мыслями не потеряться в думах ненужных, да опасных. Попутно Ягу недобрым словом вспоминая с её планами коварными и, кажется, не совсем уж проигрышными…

На утро дня следующего, уже на подходе к гриднице, княжна столкнулась с Кощеем, идущим прочь. В проёме дверном позади заметила она фигуру бессонника знакомого, неужто он весть какую неприятную принёс? Уж больно вид сосредоточенный, да хмурый у Владыки был. Неправильно от дум его отвлекать было, но любопытство девичье разыгралось не на шутку. Вдруг действительно что-то серьёзное и её судьбе угрожающее? Решилась таки вопрос задать мучающий:

— Доброе утро. Случилось что?

Мужчина остановился нехотя, кивая приветственно.

— Случилось. Ничего страшного и опасного, но не терпящее промедления. На землях моих, в лесочке ближнем, болотник без разрешения объявился. Чистый ручей запрудил, тиной всё затянул. Природу портить вздумал. Коли оставлю без внимания, так и другая нечисть наглеть начнёт.

— Так отчего же дружину свою не пошлёшь?

— Э, нет. Он посмел дела свои творить прямо под носом моим, такое я не спущу, сам накажу.

— Владыка, не посчитай за дерзость великую. Но можно ли мне с тобой? Раз дело не опасное, то дюже интересно посмотреть на работу твою, — и так просительно посмотрела на него, что не выдержало сердце за века долгие, казалось бы, окаменевшее.

— Не завтракала ведь… — попытался колдун всё же оставить Василису в замке.

— Ерунда. Я и не голодна вовсе, — почувствовав, что хозяин царства мёртвых готов сдаться, быстро продолжила: — От пропуска одного приёма пищи ничего не станется. А когда ещё возможность выпадет посмотреть на самого Кощея в деле? Но если в тягость я тебе, — ещё и хитростью решила закрепить, — то так и скажи. Всё пойму. Привык ты в одиночку делами заниматься, а тут я навязываюсь, — и снова грустными глазками хлоп-хлоп.

Вздохнул тяжело. Да делать нечего. И ведь видит он насквозь её задумку эту, а всё равно отказать не может. Удружила Яга, ничего не скажешь.

— Дело-то, может, и пустяковое, но поучительное, — сдался он. — Тебе полезно будет увидеть, как с духами буйными вести себя, а не только камни читать. Но пусть Аглая с собой хоть пирог завернёт, в лесу его съешь.

И только он договорить успел, как выплыла из гридницы Берегиня, держа в руках корзинку со снедью разной. Тут тебе и пироги сдобные, да сытные, и хлеб нарезанный с ломтиками буженины поверх него, блины и сырники в бумагу завёрнутые, крынка молока, и сметаны, да бутыль взвара.

— Слышала, Кощей, ты на прогулку собрался? А княжну голодом морить негоже, да и самому подкрепиться не помешает. Собрала немного вам. Внизу ещё полотно положила, чтобы сидеть удобнее было, — молвила дух, да сунула корзинку мужчине.

Хмыкнул тот на своеволие такое, но ничего не сказал, лишь поудобнее перехватил неожиданную поклажу и, кивнув Василисе, пошёл вперёд.

— В лес перенесёмся. Но делать это нужно в более просторном месте, поэтому надобно сначала до двора дойти, а потом уже волшбу применять, — слегка повернув голову, через несколько шагов всё же заговорил он.

Княжна, вспомнив ощущения те странные от переноса, еле лицо удержала, дабы не нахмуриться. Великая волшба это была, переносящая на любые расстояния, но чувствуешь себя после неё будто в хороводе не один час кружился.

Владыка, словно почувствовав её опаску, чуть замедлил шаг.

— Держись крепче за меня в этот раз, — тихо произнёс он, когда они вышли на крыльцо. — Я буду плести заклинание мягче, чтобы голову не мутило.

Впервые княжна, с тех пор, как прибыла сюда, вновь вышла через главные ворота. И неожиданно для себя чуть в отдалении заметила огромную просторную площадку, где оттачивала боевые приёмы дружина Кощея. Но не бравые воины в лёгких рубахах привлекли взор её, а украдкой наблюдавшая за ними из-за угла кучка разномастных девиц. И так это напомнило то, что происходило дома у Василисы. Да уж, не важно нечисть ты дворовая, али представительница богатого сословия, все едины перед желанием полюбоваться на молодцев ладных. Что уж скрывать, она и сама иногда из-за окошка тайком смотрела, перед этим несколько раз проверив, чтоб никто непотребства не заметил. Интересно, а каков сам Владыка в бою? Не магическом, а вот таком — с мечом.

Княжна незаметно скосила глаза на Кощея, что в это время отдавал поручение дворовому. Высок, статен, видно, что руки не только к волшбе привычны, но и к мечу. Когда вот только тренируется? Она бы может тоже посмотрела… Ой, не о том думаешь, Василиса Яромировна. Не о том! Раз за обучением пришла, то о нём все думы и должны быть, а не о хозяине замка. В любой момент домой отправить могут, сказав, что всему необходимому научена. И что потом с сердечком глупым делать? Уж замену такому, как Кощей точно не найти, любой в сравнении проиграет, оттого и мысли глупые, да несбыточные подпускать к себе нельзя.

Закончив, Владыка жестом подозвал ученицу ближе к себе и, как и обещал, слегка приобнял за талию. Но сделал это так отстранённо, что ни у кого и мысли о романтике возникнуть глядя на них, не могло. Зажал в ладони медальон волшбой наполненный, и уже через миг оказались они на полянке просторной среди деревьев могучих. И то ли близость леса сказалась, то ли действительно сам Кощей сделал это мягче, а может и вовсе организм Василисы уже на повторный перенос среагировал иначе, но в этот раз никакого сильного головокружения не было и ноги не подгибались. Однако сразу признаваться в этом не стала, ещё немного постояв прижимаясь к Владыке. Ну имеет же она право на небольшую слабость, правда?