Кружки и бутылки разлетались по трейлеру с ужасным звуком, она видела, как мать вздрагивала каждый раз, но продолжала, оставляя после себя хаос. Маргарет ровно держала голову, закрывая глаза и чувствуя дикий страх.

Эшби оторвала зеркало со стены и кинула ей в ноги, оно тут же треснуло в нескольких местах. Хитоми схватила пепельницу и силой бросила её в окно, разбив его.

— Я старалась тебя поддерживать! — крикнула мать, тут же пожалев о том, что соврала.

— Ты ничего не делала! Даже не приехала в больницу, когда меня спасли! Даже не поговорила! Не обсудила! — ещё громче заорала Хитоми, встав на месте. — Да что ты знаешь, Маргарет, о том, что происходило у меня на душе всё это время, — Хитоми покрылись порезами от количества нанесённого ущерба дому, но её это не волновало. Девушка развернулась к выходу. — Пару лет назад, Сайман разворотил мой угол, и я убирала это на протяжении двух дней, — оглядев весь разгром, Хитоми кивнула ей. — Так вот, это тебе на прощание, Ньюман.

Пнув под ногами зеркало, она всё же разломала его до конца и направилась к двери, столкнувшись с Сайманом, что ломился всё это время. Увидев Хитоми в таком состоянии, он от ужаса открыл рот и быстро отошёл назад.

Стоя в этом разгроме от собственной дочери, Маргарет опустошённо села на край кровати, запустив руки в волосы. По щекам полились слёзы, одна за другой, подбородок задрожал и глаза покрылись белой пеленой. Она обняла свои плечи.

— Прости, — тихо прошептала женщина.

32. Дневник

«В письме обычно легче сказать: «Прости» или «Я тебя люблю». В жизни ты будешь искать тысячу оправданий своим словам и медлить на месте «А надо ли?».

Говорят, что легче сказать на другом языке эти слова, чем на родном. Ты не предаёшь им такого значения, как если бы понимал. Но почему я даже не могу написать Маргарет, что люблю её? Неужели та нить родители и дети, между нами, порвана?

Хотя, что тут гадать, если и так всё понятно. Будь я сильнее, давно бы уже поставила её на место, но я только могу молча пожинать плоды её урожая и блевотины. Отмывая каждый раз её лицо, переодевая в чистую одежду, я хочу лишь одного — взаимной любви и заботы.

Почему ненавидя её, я о ней переживаю? Да всё просто — она ведь моя мама.»

33. Воспоминания

Дорога до дома была покрыта молчанием. Не спрашивая ничего и не уточняя, почему руки были в крови, Алекс следил за её глазами, что беспрерывно пялились в одну точку. Хитоми нервно поджимала губы и пропускала слёзы. Он аккуратно положил руку ей на колено, пытаясь сделать хоть что-то, но в ответ видел лишь пустые глаза. Руками она старалась убрать слёзы с щёк и закрывала рот, скрывая крики внутри.

— Что произошло, расскажешь? — уже дома, обрабатывая её руки, Алекс аккуратно решил спросить.

— Я её отпустила.

— Отпустила? А кровь от куда? — не понимал он, встав с колен.

— Поранилась, пока разбрасывала вещи в трейлере, — она встала напротив него. — Всё хорошо.

— Уверена?

— Да, стало легче, но нужно ещё обдумать.

— Можешь рассказать мне, — Алекс аккуратно коснулся её подбородка и вытер след от крови на щеке.

— Я высказала ей всё, — Хитоми повела глаза в пол, прокрутив кольцо на пальце. — Сказала, что всё это только из-за неё. На эмоциях разбросала все вещи и поранилась об стекло. Внутри стало как-то пусто что ли… Не понимаю, — девушка взялась за голову и двинулась к кухне. — В любом случае, с Маргарет всё в прошлом.

— Она тебя не трогала?

— Нет, не посмела бы, — прозвучал тихий смех, и девушка отпила воду из стоявшего на барной стойке стакана. — Я её ненавижу, боже, как я раньше не могла всё это её сказать?! Почему я терпела?!

— Не вини себя в этом, Хит. Ты была ребёнком и до последнего верила в лучшее. Верила, что она сможет полюбить тебя, как мама. Лучше поздно, чем никогда, верно? — пытался подбодрить он.

— Да, ты прав, — закрыв глаза, она опрокинула голову назад и тут же ощутила руки парня на талии. Он аккуратно обнял девушку, поцеловав в шею. — С тобой так хорошо, — прошептала Хитоми, вдыхая запах его кожи.

— Как и мне с тобой, милая. Чем хочешь заняться?

— Я бы поела!

— Поедем в ресторан? — предложил Алекс.

— Может мы приготовим ужин? — Хитоми улыбнулась и потянулась к нему за поцелуем.

— Как скажешь, — притянув ближе, он нежно поцеловал её в губы, не упуская возможности близости.

Отстранившись, они наконец взялись за приготовление ужина на двоих. Два куска мяса, картошка, множество овощей, зелени и разных специй. Девушка принялась за чистку картошки, а Мёрфи разделывался с мясом. Включив музыку на фон, Хитоми начала в темпе и подпевая чистить картофель, а затем раскладывать его на противень для духовки. Словно семья они смеялись и наслаждались совместной готовкой. Алекс, справившись с мясом, также положил его рядом с гарниром и глянул на девушку, что мыла овощи.

— Я думаю добавить сверху лука и помидоры, а из остальных овощей сделать салат?

— Отличная идея! — подхватил он. — С чем тебе помочь?

— Порежь лук? Я ненавижу его чистить и резать.

— Хорошо, — взяв две луковицы, Алекс встал подальше и начал кромсать овощ.

Хитоми была увлечена помидорами, но как только повернулась в сторону Мёрфи, не смогла оторвать взгляд от его красивых рук, которые ловко справлялись с поставленной задачей. Его руки – её слабость, поняла неожиданно для себя Эшби. Она заметила выделяющиеся вены на руках, что ей безумно нравилось. Девушка, не стесняясь, наблюдала за его движениями, пока сам Алекс не позвал её:

— Ты чего? — подойдя к противню, чтобы выложить лук, спросил.

— Просто у тебя очень красивые руки!

— Да? — немного удивился парень. — У тебя тоже нежные и красивые руки, — приблизившись к брюнетке, Алекс улыбнулся, оставляя расстояние между их губами. Хитоми покраснела и отвернулась.

Девушка вспомнила их ночь и тут же почувствовала, как яркая волна эмоций накатила на неё. Руки перестали слушаться, и девушка стала тихо хихикать под нос. Чтобы прийти в чувства, она резко побежала в туалет, плеснув холодный поток воды в лицо. Но видя в зеркале свои полыхающие щёки нервно стала стучать по ним.

— Стоит спрашивать, что тебя ввело в краску? — зайдя к девушке, поинтересовался он и сел на край ванны позади неё.

— Нет! — улыбаясь ответила она, всё ещё промывая лицо водой.

Остановив воду, Хитоми обернулась назад, оперившись сзади руками о раковину.

— Ты краснее обычного, — заметил Мёрфи.

— Знаю, замолчи! — смеялась она, прикрывая их руками.

— Ты что… вспомнила ночь у твоих родителей?

— Алекс…

На лице появилась еле заметная улыбка, он протянул руку к ней и Хитоми коснулась пальцами, оказавшись ближе к Алексу, между его ног. Он смотрел на неё снизу верх, видя, как она стеснялась. Убрав руки девушки от лица, Мёрфи сам провёл по ним пальцами:

— Тебе стоит перестать стесняться меня, — улыбался Алекс.

— Я не могу! Представляя тебя той ночью, внутри возникает пожар, я чувствую, как тело начинает неметь!

Пропустив руки через футболку девушки и коснувшись её живота, она тут же замолкла, а краснота с щёк ушла. Брови Хитоми слегка приподнялись, но она ощутила спокойствие и тишину внутри, смотря в серые глаза напротив.

— Если ты хочешь потрогать меня или поцеловать, просто сделай, а не убегай.

Она впервые потянула его за подбородок и аккуратно оставила поцелуй на губах. Мёрфи наслаждался моментом и изучал её красивые черты лица, не убирая руки с оголённой талии, водя большими пальцами по коже, чувствуя мурашки. Близость между ними была вызвана доверием к друг другу, девушка не ощущала опасности и тревоги. Её руки более смело принялись трогать тело парня, она проводила пальцами по его рукам, ключицам и шее. Интерес был сильнее, чем обычное желание секса, это было желание узнать его ближе и изучить каждую частичку тела.